Литмир - Электронная Библиотека

Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора

Принцесса

Проснувшись утром, четвертого февраля две тысячи пятого года от Христово рождества, я увидел перед собой женщину.

Вы, вероятно, посчитаете меня чудаком, раз я повествую вам о таких вещах. Или, что еще хуже, романтиком или тонкой натурой. Во всех этих определениях вы ошибетесь, скажу я вам! Все дело в том, что женщина, которую я увидел в утро четвертого февраля две тысячи (ну, вы поняли), там просто не могло быть!

И опять я выразился неуклюже и тем, конечно, родил в вашей голове неприятные фантазии и ассоциации. Первобытно мужская часть человеческих существ посчитает меня гомосеком (я не успеваю следить за полит корректным названием данного направления православия, так что назвал по-старинке). Стыдливо-хихикающая часть публики посчитает асексуальным. А какая-нибудь забытая и неизвестная мне часть аудитории, посчитает еще неизвестно что.

Той женщины, которая сидела на краешке моей кровати не могло быть по одной простой причине: я засыпал в одиночестве. В трезвом уме и вполне еще пригодной памяти я лег спать в 3:52 (на самом деле я ложился “далеко после трех”, но, согласитесь, 3:52 читается эффектно и очень четко). Дописав три страницы романа за четыре с лишним часа, я почистил зубы и лег спать. Все это я делал один. Все это я делаю один вот уже пять лет. Сразу после того, как моя горячо любимая дьяволом жена сложила свои куклы и бусы из коровьих черепов в свой китайский чемодан и попросила никогда ее не ждать. У этой женщины (сейчас я о жене) крыша совсем не в порядке, если она решила, что хоть одна живая душа на этой Земле Божьей станет рисовать пиктограммы на могилах младенцев, чтобы пообщаться с ней.

– Вы кто? – я спросил у этой женщины, что сидела на краю моей кровати.

– Я Изильда, принцесса Нумириса, – ответила женщина, что сидела на краю моей кровати.

– Меня призывают на войну? Нумирис в опасности? – я прекрасно знаю, что с дураками и представителями власти шутить опасно, но она в моей квартире, в конце концов!

– Нет, – спокойно ответила она, – я здесь, чтобы стать твоей женой. Наш король, Пронтимир Нумирицентесский, выбрал тебя в качестве рыцаря и продолжателя королевского рода.

– Ясно, – ответил я.

Я встал и прошел в ванну. Там пописал, поглядел на свое опухшее бледное лицо и почистил зубы. Обычно я делаю это ближе к вечеру, когда наступает время идти за обедом, но, когда на твоей кровати принцесса, не лишним будет и приятный запах изо рта.

– Я готов, – заявил я принцессе вытирая лицо полотенцем (чистым, для протокола).

– К чему, мой лорд? – вопрошала женщина.

– Ну, как ты там сказала: к рыцарству и продолжению рода. Это как происходит? Сперва продолжение рода и я автоматически становлюсь рыцарем, что логично. Или сперва рыцарь, а потом королевские кровосмешения? Или все вместе? Признаюсь, я не очень хорошо знаю обычаи ваших краев.

– Мой лорд сомневается в моих словах? – испугано пролепетала женщина, – я не достойна моего лорда.

– До чего ж у вас все быстро в плане самооценки, – задумался я вслух, – Хорошо. Давай так: я буду называть тебе адреса, а ты ничего не отвечай, просто слушай.

С вами я могу поделиться своей хитрой идеей. Дело в том, что я решил называть ей адреса разных психиатрических учреждений и смотреть за ее реакцией. В теории, одно из названий должно зародить в ней некие ассоциации или воспоминания, что натолкнет меня, в свою очередь, на то место, где ее ждут и, хотелось бы верить, потеряли.

– Загородное шоссе дом два, поселок Мещерское, Матросская тишина дом двадцать, Потешная улица дом три, Троицкое село дом пять, Волоколамское шоссе дом сорок семь.

Никакой реакции. Я назвал ей шесть разных адресов психиатрических больниц. Да что и говорить, это и так слишком много и, услышь я от кого столько адресов и залпом, подумал бы что человек сведущ. Но эта женщина смотрела на меня голубыми щенячьими глазами и, не моргая, слушала. Становилось даже жутковато.

– Как ты сюда попала? – будь я человеком менее одиноким, задал бы этот вопрос в первую очередь. Или, хотя бы, удивился бы, что она вообще здесь сидит.

– Ученые из нашей вселенной переместили меня сюда. Меня расщепили на атомы в моем мире, в Нумирисе и собрали в твоей квартире, милорд, – эту даму отлично подготовили, хочу сказать. Она ответила быстро и четко, словно зная, что я спрошу.

– А, ваш король Притен-чтототам, он выбирал случайно, лотереей? Или я выбран исходя из выдающего потенциала личности? – похоже, она золотая жила лести, поэтому нужно пользоваться.

– Дело в том, милорд, что ваша квартира находиться в точно тех же координатах, что и моя опочивальня, – звучит стремно, не находите? – поэтому, чтобы мне вернуться назад без каких-либо проблем, были выбраны именно вы.

– М-да, – огорчился я, – как-то совсем не комплимент.

– Я огорчила своего господина! – вскинула руки над головой женщина.

– Нет нет! – я быстро взял в руки настольные часы, прямо из-под носа принцессы, – это, чтобы вы, дорогая, не решили себя ими по голове бить.

Вот всегда так. Даже с непонятными шизофреничками вроде этой принцессы умудряюсь сесть в лужу. Плевать. Нужно думать, что с ней делать. Я подошел к телефону. Поднял трубку. Из трубки поплыл ровный гул длинного гудка. Я смотрел на эту женщину, что сидела на самом углу моей кровати. Внешне, она действительно походила на героиню фильмов о Робин Гуде или на странную женскую копию Арагорна из Властелина колец. Темные ленты в золотистых волосах, платье и всякие перстни. “Странная она, – прыснул я в трубку”.

– Регистратура, – усталым голосом произнесли на том конце.

Я хотел сказать в трубку, что тут один из их пациентов. Может и не их конкретно, но то, что передо мной пациент психушки – уверен на все сто. Я сказал бы, что живу по такому-то адресу и что буду дома до приезда санитаров. Принцесса бы слушала все это с испуганными глазами и качала бы головой, сложив руки в умоляющем жесте. Я чувствовал бы себя прекрасно. Легкое чувство вины и прекрасное ощущение власти над больным и убогим – маленькие слабости современного мецената двадцать первого века.

– Здравствуйте, – задорным тоном начал я, – я беспокою вас вот по какому вопросу: сегодня, с самого утра, в моей квартире сидит какая-то женщина. По виду – сумасшедшая. Утверждает, что она принцесса с какой-то там чертьего знает какой планеты. Не могли бы вы прислать бригаду, чтобы ее забрать.

– Эммм, – затянул голос на том конце, – а как она к вам попала?

– Сейчас, – я повернулся к принцессе и спросил, – Как ты сюда попала, милая?

– Я же говорю, что телепортировалась, – ответила принцесса.

– Говорит, что телепортировалась, – передал я голосу на регистратуре.

– Понятно, – вероятно кивнул голос, – где вы живете?

– Переулок…

И тут до меня дошло: если санитары и приедут, заберут они не принцессу. Она может и убежать, исчезнуть или что угодно. Приехав, санитары сочтут ее кем угодно, но только не тем, кому нужна помощь. Они заберут меня и только меня. Как еще может быть, если утром четвертого февраля им звонит мужской голос и перечисляет всю эту нелепицу?

Я повесил трубку.

– Довольна? – спросил я женщину на кровати.

– Нет, – она понимающе покачала головой, – я не хотела, чтобы этот вариант событий имел место. Я высчитала все вероятности твоего поведения и предполагала именно звонок в лечебницу.

– Ты и так можешь? – издевался я.

– Да, – снова качала головой, – я могу знать, что ты думаешь и собираешься сделать.

– А вот это уже жутко.

За окном залаяла собака. Тонким свистом она сорвала остатки зимней черноты, словно впустив шумом утренний свет. Я вдруг вспомнил о своей собаке. Она умерла в прошлом году. Мне стало грустно.

– Это твой новый рассказ? – спросила она, указывая на исписанные листы на столе.

1
{"b":"656095","o":1}