В голове все ещё царит полный беспорядок, а мысли, как перепуганные зайцы, мечутся внутри черепушки в каком-то истерическом припадке. Произошедшее с неделю назад все ещё не даёт мне покоя. И ладно бы Тобио потребовал от меня объяснений или хотя бы извинения, так нет же! Брюнет ведёт себя так, будто ничего не было. Это раздражает и сбивает с толку. Неужели ему настолько все равно? Быть такого не может! Человеку не может быть настолько наплевать на происходящее с ним. Немыслимо просто… Конечно, Кей предупреждал, что легко с Королем не будет, но кто же знал, что все так запущено.
— Девушка, Вы кого-то ждёте? — я и не заметила, как ко мне кто-то подкрался, а я ведь даже не заметила, как подошла к крытому бассейну. Около меня стоял молодой парень, студент или все ещё старшеклассник. От силы на год другой меня старше. Не особо высокий, волосы у него темные, по цвету как горький шоколад, а вот глаза светло-серые. Странная внешность. Пугающая.
— Нет. Мне нужен Ясуда-сан. Он все ещё работает?
— Да, конечно! — парень пытается быть милым, но меня это настораживает. Всегда не любила таких: слишком добрых и отзывчивых. — У нас как раз перерыв. Если хотите, я вас к нему отведу. Тут легко потеряться.
— Не стоит. — я смеряю брюнета холодным взглядом и он искренне недоумевает, почему я не повелась на его лесть. — Я все ещё помню, что и где находится.
Ухожу прежде чем новая порция лести начинает литься мне на голову. Я действительно помню все ходы в этом «лабиринте» из коридоров и дверей. Отчётливо помню через сколько поворотов будет тренерская: дважды направо, налево, дверь и ещё раз направо. На тёмной лакированной поверхности красуется именная табличка: «Тренер. Ясуда Шигеру.». Когда я выпускалась, её ещё не повесили, но теперь люди знают, кому принадлежит этот кабинет. Я стучу несколько раз, только чудом помня, как мужчина не любит, когда входят без приглашения, и дожидаюсь скупого: «Войдите!». Нажимаю на ручку и попадаю прямо-таки в логово зверя. Коим этот мужчина мне казался, когда я только попала в его секцию. Это я сейчас понимаю, что это был отбор: слабые уходили, сильные оставались. Может показаться неправильным: проверять детей на стойкость в 6-7 лет, но нет. Ясуда-сан всю жизнь готовил чемпионов, и те, кто смогли выдержать его суровый нрав, справятся и с другими.
— Надо же, какая важная птица залетела в наши края! Вернулась в отчий дом, сломленная Королева? — мужчине уже пошёл пятый десяток, на голове появились уже не редкие седые прядки, но голос у него все ещё надменный и насмешливый, а чёрные глаза по-юношески игривые.
— Сэнсэй, пожалуйста, не называйте меня так! — тренер усмехается, жестом приглашая меня присесть напротив него. Сколько себя помню, он всегда называл меня «Королева». Возможно из-за этого кто-то по дурости назвал меня так на национальных. Впрочем сейчас это не столь важно. С самого детства я слышала эту отвратительную кличку, она настолько приелась, что хочется выжечь ее. А ведь, почему «Королева»? Ясуда-сан всю жизнь воспитывал чемпионов, почему же я не стала одной из них? Почему он окрестил именно меня этим отвратительным именем?
— А как мне тебя называть? — мужчина хмыкает. Всего одна фраза, но саркастическая и колкая. Для кого-то она ничего не значит, но не для меня. Потому что Ясуда-сан умеет убивать морально одним только тоном. Неважно что он скажет, ты все равно все поймёшь. — Как только появились трудности ты поджала хвост и сбежала. Разве этот поступок достоин «чемпиона», которого я тренировал?
Ответить мне нечего. Опускаю взгляд в пол, не в силах смотреть на чуть улыбающегося мужчину. Он сам Дьявол во плоти. Режет без ножа, заставляет стыдиться своих поступков, даже если раньше они казались правильными. Ненавижу это в нем. Всей душой ненавижу.
— Я не сбежала! — слишком громко и резко. Голос подрагивает и не будь моей чёртовой гордости, точно бы разревелась. — Яя… Ками, Ясуда-сан, это все чертова психосоматика!
— Конкретней. — его тон говорит о том, что он не намерен слышать отказ. Что же, этот человек имеет право знать.
***
От разговора с бывшим тренером легче не стало. От слова «соревнования» мне все ещё плохо, а если вспомнить национальные, плечо все ещё неистово ноет. Ясуда-сан обещал помочь с восстановлением, если надумаю возвращаться, но я уже твёрдо для себя решила: «нет». Не хочу, не буду. И даже если я сейчас так говорю, это ничего уже не значит. Я сижу на бортике бассейна в спортивном комплексе Сендай. А все почему? Потому что наш класс уговорил классного руководителя, а так как занимать целый бассейн на три часа это дорого, мы (они) решили поехать двумя классами. И как бы это не было иронично, с нашим «1-4» поехал «1-3».
Кей сидел рядом со мной, а на его лице явно читалось: «А что я тут забыл?». Собственно, у меня точно такие же мысли. Царившее вокруг нас веселье никак не укладывалось в мой привычный образ жизни. В голове, как и прежде, гудит заевшей пластинкой жизненное кредо: «Плаванье — это спорт, а не досуг». От того мне сложно понять своих одноклассников и ребят с параллельного класса, для которых все происходящее просто игра. Вот одноклассник Юми плывет кролем, но зрелище это настолько отвратительное и комичное, что я не удерживаю себя от тихого едкого комментария. Тсукки слышит и фыркает — безмолвное согласие. Его друг, кажется уже наш одноклассник, ещё смешнее плывет баттерфляем. С одной стороны я понимаю, что они не «про» и требовать от них техники не стоит, но так же я не понимаю, зачем плавать используя самый сложный стиль, если не умеешь. Это ведь так глупо. Недолго и травму получить.
— Нет, ну ты видел?! — шиплю достаточно громко, для того, чтобы меня слышал блондин, но не достаточно громко, чтобы нас услышали окружающие. — Локти проваливаются, гребки мелкие, Ками, а ноги! Зачем он колени так сгибает?!
— Нитами, я рад, что у тебя превосходная техника, но ты можешь делать замечания молча? — шипит Кей, кривя лицо. Какая досада, я его достала! — Если тебе не нравится, покажи ему как нужно.
— А знаешь, я так и сделаю! — я фыркаю, вскакивая на ноги, и едва не падаю поскользнувшись на кафеле. — Только сам меня будешь вылавливать, если плечо сведёт.
Кей ещё что-то ворчит себе под нос, но я его уже не слушаю. В конце концов он так и сделает, иначе его и моя мама съедят ему мозг. Шатен как раз отталкивается от стенки и плывет обратно, настолько медленно, что я бы наверное смогла два раза туда-обратно сплавать. Кто-то ему хлопает и «улюлюкает» в знак одобрения, но у меня это зрелище не вызывает ничего кроме жалости. Несколько человек окружают «великого пловца», когда он касается руками бортика; едва не выбивает пальцы, не рассчитав расстояние. Он об этом никому не говорит, но я то видела как он скривился.
— Не хочу тебя расстраивать, но плаваешь ты откровенно хреново. — я сажусь на бортик, погрузив ноги в воду. Компания из нескольких человек замолкает да и кажется, во всем помещение стало резко тихо. Я вижу, как Тсукишима корчит гримасу, которую можно истолковать только как: «Ну кто тебя дуру за язык тянул?». И правда, зачем я это делаю.
— Что ты имеешь в виду?
— Когда ты выходишь из-под воды, руки неправильно держишь. От этого у тебя проваливаются локти. Гребки короткие. И ты ногами работаешь «от бедра», а не «от колена». В результате усиление идёт не назад, а вверх.
— И что с того? — парень фыркает. Смотрит с мнимым превосходством. — Я три года занимался плаванием, мне наверное виднее.
Я усмехаюсь. Всего три года? Серьёзно? Три года, и все равно такая отвратительная техника? Ладно локти, это ещё можно пережить, но ноги? Кто так ногами то работает?
— Молодец. — но сарказм из голоса все равно не убираю. — Раз ты так много занимался, давай стометровку на скорость? Или слабо?
— А давай!
Поверь, ты зря согласился.
Все как и положено. Старт с тумбы. Перед началом он что-то обещает своим друзьям, видимо показать «выскочке» ее место. А я лишь случайно пересекаюсь взглядом с Тобио. И только одного заинтересованного взгляда синих глаз хватает для того, чтобы заставить себя не нервничать. Лишь бы рука не подвела. Сердце стучит где-то в пищеводе, но это скорее страх, чем волнение. Давай Аяно, соберись!