Уже стонет в голос? А ведь он даже пока не касался его ТАМ.

Ичиго был приятно удивлен тем, что парень хотел близости ничуть не меньше его самого.

Быстро расправившись с верхней частью одежды блондина, он прильнул языком к затвердевшим от одного касания соскам.

— Черт, как приятно! — прошептал блондин, прижимая рыжего за затылок поближе к себе.

Ичиго, не отрываясь от своего занятия, довольно ухмыльнулся. Ему нравилось чувствовать Хичиго, тающего в его объятиях даже от предварительных ласк, однако, судя по тесноте, образовавшейся в его паху, долгими эти ласки не будут.

Крепче сжав парня за бедра, он подхватил его и поднялся на ноги.

Помутневший от желания золотой взгляд сфокусировался на лице Куросаки. На тонких губах появилась понимающая улыбка.

— Ванна там, — изящно указал он левой ногой в направлении коридора.

Усмехнувшись ему в ответ, аранкар, поудобнее перехватив парня под тощими бёдрами, отправился к нужной двери.

Оказавшись в тесном помещении, сплошь покрытым кафелем, парни стремительно избавились от остаков мешавшей одежды.

Ичиго так жадно пожирал глазами каждый сантиметр оголившегося тела, что блондин, ощутив некую неловкость, прижался спиной к холодной стене.

— Не смотри на меня…так, — прошептал он, прикрывая лицо ладонью. Теплая вода, уже струившаяся из душа, довершила картину, сделав и без того привлекательного парня соблазнительно мокрым.

Повелитель аранкаров лукаво усмехнулся, накрывая горячей ладонью уже затвердевший член парня.

— Ты прав, чем смотреть, лучше действовать, — рывком приблизившись, горячо шепнул он ему на ухо.

— Аргх! — исторглось гортанное из глотки Хичиго, когда сильная ладонь заскользила по возбужденному половому органу, стискивая его в нужных местах.

Бледные руки парня ухватились за сильные мокрые плечи партнера, чтобы не осесть от переизбытка удовольствия раньше времени. Пальцы свободной руки Ичиго забрались в раскрытый рот блондина, скользя в нем и мешая стонать.

— И.чиго, — прохрипел он, старательно вылизывая пальцы.

— Извини. Опыта с парнями у меня нет, так что придется потерпеть.

Хичиго возмущенно застонал, очевидно, пытаясь выразить протест по поводу уточнения, что опыта не было только с парнями, однако, пальцы не спешили покидать его рот, скользя внутри и доставая едва ли не до самой глотки.

Блондин коснулся ладони, ублажавшей его член, призывая ускорить движения, чтобы позволить ему кончить, однако, вместо этого, Ичиго, вынув смазанные слюной пальцы наружу, провел ими вдоль заднего прохода.

— Аах! — блондин выгнулся навстречу прикосновению, сильнее упершись затылком в стенку. Потемневший золотой взгляд устремился куда-то в потолок, а тяжелые от воды волосы, приобретя пепельный оттенок, облепили красивое лицо. Все новые и новые потоки теплой воды струились по плоской груди, вздымавшейся и опадавшей от учащенного дыхания.

Правитель аранкаров, завороженно наблюдавший эту картину, не сразу расслышал, просьбу парня вставить хотя бы палец в задний проход.

Ичиго, раздосадованный, что всю слюну смыло водой, выдавил немного геля для душа, и растерев его меж пальцами, смазал тугой вход.

— Черт!.. — парень невольно подался вперед в попытке насадиться на пальцы.

Придержав блондина за узкое бедро, рыжий немного отодвинул его от душевой струи и стал медленно вводить в него средний палец.

Блондин забился в агонии. Боль от проникновения смешивалась с удовольствием от неспешно надрачивавшей все это время руки.

— Ннх…- Хичиго, уткнувшись лбом в предплечье Куросаки, заскреб пальцами ног по дну ванной, силясь справиться с нахлынувшими ощущениями.

— Прости, — шепнул ему в ухо Ичиго, попутно целуя, — потерпи. Когда растянется, должно быть полегче.

— Откуда…т.ты зна.а.аешь?

— С королем не только налоги обсуждают, знаешь ли, — насмешливо заметил он, постепенно добавляя и второй палец.

— Вот…ка.ак

Рыжий, целуя блондина в шею, продолжал движения до тех пор, пока колечко мышц не стало разжиматься немного свободнее. Когда парень, постанывая, начал сам подаваться навстречу неторопливым движениям, Куросаки, перекрыв воду, поднял его на руки, и прихватив полотенце, понес в спальню.

— Х…холодно, — содрогаясь, блондин попытался теснее прижаться к груди возлюбленного, когда тот медленно опустил его на кровать.

Куросаки в ответ на этот жест только насмешливо повел бровью.

— Нда? А мне вот от этого всего так жарко, что уже начал подумывать повторно душ принять.

— Вот как? Ну, и иди тогда в свой душ, остудись, — заявил блондин, отпихнув его, демонстративно сел к нему спиной, принявшись растирать тело махровым полотенцем.

— Ты серьезно? — фыркнул рыжий, скрестив руки на груди — никакой ответной реакции.

Тогда Куросаки, забравшись на кровать, вновь опрокинул парня на спину и подмял его под себя, решительно настроенный разъяснить, что бросать его здесь одного никто не собирался.

Однако когда он увидел до неприличия довольное выражение лица блондина, понял, что ему самому не помешало бы пройти краткий курс взаимопонимания между партнерами. Блондин отплатил ему той же монетой.

— Что ж ты в душ не пошел? — хмыкнул парень, украдкой поцеловав его в шею.

— Пойдешь тут, — Куросаки выудил полотенце, отделявшее его от столь желанного тела.

— Мм, — довольно протянул блондин, обнимая его за шею и тем самым теснее прижимаясь к разгоряченному партнеру, — мне нравится перемена твоего настроения.

Янтарные глаза вновь загорелись потусторонним свечением. Чертовски сексуально. Хотел бы и он себе такой спецэффект, да превращение в человека накладывало некоторые ограничения на подобные вещи. А жаль.

Хичиго до боли закусил губу, когда рука аранкара вновь скользнула к его заднице, намереваясь завершить начатое. Ичиго, сосредоточенный на том, чтобы доставить ему наслаждение при минимуме боли выглядел неподражаемо. За созерцание подобного можно было даже простить некоторую холодность, приобретенную им, когда он перестал быть человеком.

— Ичиго, — позвал он, когда рука аранкара ощутимо ускорила ритмичные движения, — хватит.

Рыжий замер, слегка растерянно взглянув в лицо партнера.

Губы блондина исказила теплая улыбка. Очевидно, аранкар решил, что причинил ему боль, и, естественно, начал волноваться по этому поводу.

Хичиго, приподнявшись на локтях, лишь слегка коснулся его губ подобием поцелуя, после чего тихо заговорил прямо ему в рот: — Хватит пальцев, я хочу тебя. Хочу тебя с момента нашего разговора там, на крыше в городе-перевертыше. Хочу так сильно, что боюсь представить, что со мной произойдет, когда мы, наконец-то, вновь воссоединимся…

— Хичиго… — пораженно выдохнул рыжий, чуть отстранившись от партнера, чтобы лучше видеть выражение его лица, и не остался разочарован: — в его глазах была и горячая любовь и не менее горячее вожделение, подобно пламени, пожиравшее его изнутри.

Поняв, что ни один из них больше терпеть не в силах, аранкар приставил головку возбужденного члена к разработанному входу, и, упершись руками по обе стороны от блондина, принялся медленно входить в него.

Вспышка острой боли пронзила тело парня, заставляя забиться под аранкаром, в попытке отползти на безопасное от проникновения расстояния. Но было уже слишком поздно. Янтарные глаза аранкара, жадно следили за каждым его движением, а руки крепко впились в тощие бедра, пресекая повторные попытки бегства.

— Как…больно, — выдохнул парень сквозь навернувшиеся на глаза слезы, которые он так отчаянно силился сдержать. Член Куросаки, который вошел в него почти целиком, замер в этом положении.

— Мы…можем прекратить, — сделав над собой неимоверное усилие, предложил Куросаки.

Сглотнув ком в горле, блондин замотал головой, и, крепко сжав плечи партнера, попросил продолжать, уверив, что он примет от него что угодно, в том числе и такую боль, лишь бы они больше никогда не разлучались. Потому что та боль — самая страшная, которую он испытывал за всю свою жизнь.