– Это был крошечный одномоторный самолет – и вроде бы его сбили нацисты? Я думаю, что с нашим все должно быть хорошо, – сказал Ник, приобняв девушку.

Огромный аэробус начал выруливать к взлетно-посадочной полосе, и Рейчел посмотрела в иллюминатор на другие самолеты, выстроившиеся в линию на взлетном поле: на концах их крыльев вспыхивали огни, каждый ждал своей очереди, чтобы взмыть в небо.

– Знаешь, до меня наконец стало доходить, что мы отправляемся в путешествие.

– Волнуешься?

– Немного. Думаю, самый волнующий момент – спать на настоящей кровати в самолете.

– А потом все пойдет по наклонной?

– Разумеется. На самом деле все идет по наклонной с самого дня знакомства. – Рейчел подмигнула, переплетая свои пальцы с пальцами Ника.

Для справки: Рейчел Чу не почувствовала пресловутого электрического разряда, когда впервые увидела Николаса Янга во внутреннем дворике пиццерии «Ла Лантерна ди Витторио». Конечно, этот Янг был ужасно красив, но Рейчел всегда с подозрением относилась к красавчикам, особенно к тем, что говорили с псевдобританским акцентом. Первые несколько минут она молча оценивала Николаса, задаваясь вопросом, во что Сильвия втянула ее на этот раз.

Сильвия Ван-Шварц, коллега Рейчел по экономическому факультету Нью-Йоркского университета, вошла как-то раз в их кабинет и заявила:

– Я только что провела утро с твоим будущим мужем.

Рейчел пропустила мимо ушей это странное заявление, очередную бредовую задумку Сильвии, и даже не оторвалась от экрана ноутбука.

– Нет, правда. Я нашла тебе мужа. Он был вместе со мной на встрече студенческого совета. Мы виделись в третий раз, и я уверена: он подходящая для тебя пара!

– Итак, мой будущий муж – студент? Вот спасибо. Ты же знаешь, как я люблю несовершеннолетних!

– Нет же! Он блестящий новый профессор с факультета истории, а еще консультант факультетского Общества любителей истории.

– Ты же знаешь, я не встречаюсь с профессорами. Особенно с факультета истории.

– Но этот парень не такой, как все, говорю же тебе. Впервые за долгие годы встречаю такого интересного молодого человека! Просто душка. И очень сексуальный. Я бы уже через секунду приударила за ним, не будь я замужем.

– А как его зовут? Может, мы уже знакомы?

– Николас Янг. Он начал работать в этом семестре, перевелся из Оксфорда.

– Англичанин? – Рейчел подняла голову, испытав укол любопытства.

– Нет-нет. – Сильвия положила папки, села и сделала глубокий вдох. – Я сейчас кое-что тебе скажу, но обещай меня выслушать, прежде чем дашь от ворот поворот.

Рейчел уже сидела как на иголках. Про какой же недостаток парня Сильвия умолчала?

– Он… азиат.

– Господи, Сильвия! – простонала Рейчел, закатывая глаза, и снова уставилась в экран ноутбука.

– Я знала, что ты отреагируешь именно так! Выслушай меня. Это не парень, а мечта, клянусь тебе…

– Не сомневаюсь, – язвительно процедила Рейчел.

– У него самый соблазнительный акцент, слегка британский. И он потрясающе одевается. Сегодня на нем был идеальный пиджак, помятый в нужных местах…

– Сильвия. Мне. Неинтересно, – с расстановкой произнесла Рейчел.

– Он немного похож на того японского актера из фильмов Вонг Карвая.

– Так он японец или китаец?

– А какая разница? Любого азиатского парня, который просто осмеливается посмотреть в твою сторону, ты награждаешь знаменитым взглядом Рейчел Чу, который в переводе означает «отвянь», и они отваливаются быстрее, чем ты даешь им хоть единый шанс.

– Это не так!

– Так! Я столько раз была этому свидетелем. Вспомни того парня на бранче у Яниры в прошлый уик-энд?

– Я была с ним очень мила.

– Ага, «мила»! Ты общалась с ним так, будто у него на лбу татуировка: «Герпес». Если честно, ты ненавидишь азиатов больше, чем все мои знакомые.

– О чем ты? Я не ненавижу азиатов. Кстати, а ты сама? Ты же выскочила за белого парня!

– Марк не белый, он еврей. Тот же азиат, вид сбоку. Это к делу не относится, но я, по крайней мере, успела побывать на свиданиях с целой кучей азиатов в свое время.

– Ну, я тоже.

– Когда это ты встречалась с азиатами? – Сильвия удивленно подняла брови.

– Сильвия, ты не представляешь, сколько азиатских парней я перевидала за эти годы. Давай-ка вспомним. Сначала был специалист по квантовой физике из Массачусетского технологического института, который видел во мне круглосуточную уборщицу по вызову, потом я общалась с тайваньским сынком богатых родителей, у которого сиськи были побольше моих. Следующий был чаппи[53], получивший степень МБА в Гарварде и одержимый Гордоном Гекко[54]. Мне продолжать?

– Уверена, они были вовсе не так плохи, как ты изображаешь.

– Они были достаточно плохи, чтобы я установила правило «никаких азиатов» около пяти лет назад, – настаивала Рейчел.

Сильвия вздохнула:

– Давай посмотрим правде в лицо. На самом деле ты так себя ведешь с азиатскими мужчинами, потому что твоя семья мечтает, чтобы ты привела домой именно такого, а ты протестуешь и отказываешься с ними встречаться!

– Ты далека от истины, – рассмеялась Рейчел, покачав головой.

– Ну, либо же, будучи представителем расового меньшинства, ты считаешь конечным актом ассимиляции брак с мужчиной доминантной расы. Вот почему ты всегда встречаешься с белыми протестантами англосаксонского происхождения… или с евротрэшем…

– Тебе доводилось бывать в Купертино, где я провела свои подростковые годы? Ты бы увидела, что там азиаты как раз таки доминантная раса. Прекрати проецировать на меня собственные проблемы.

– Тогда прими вызов и постарайся хотя бы раз отставить в сторону свои расовые предубеждения.

– Хорошо, я докажу, что ты ошибаешься. И как я должна представиться этому обаятельному азиату из Оксфорда?

– Ничего не нужно делать. Я уже пригласила его выпить с нами кофе в «Ла Лантерна» после работы! – весело сообщила Сильвия.

Когда неприветливая эстонская официантка подошла, чтобы принять у Николаса заказ, Сильвия сердито прошептала Рейчел на ухо:

– Эй, ты что, онемела? Опять за свое?!

Рейчел решила подыграть ей и вступить в разговор, но вскоре поняла: Николас понятия не имеет, что их встреча подстроена, и куда больше заинтересован в ее коллеге. Он был под впечатлением от междисциплинарного опыта Сильвии и засыпа́л ее вопросами о том, как организован экономический факультет. Сильвия грелась в лучах его внимания, кокетливо смеялась и накручивала прядку на палец, пока они перешучивались. Рейчел буравила Николаса взглядом. Этот чувак совсем бестолковый? Он не замечает обручального кольца Сильвии?

Только через двадцать минут Рейчел смогла преодолеть давнишние предрассудки и взвесить сложившуюся ситуацию. Это правда – в последние годы она не давала азиатским парням особого шанса. Ее мать даже сказала:

– Рейчел, я знаю, тебе трудно выстраивать правильные отношения с азиатскими мужчинами, так как ты росла без отца.

Рейчел этот доморощенный психоанализ показался излишним упрощением. Если бы все дело было только в этом! Проблемы начались практически в тот день, когда Рейчел достигла половой зрелости.

Она начала замечать, что происходило всякий раз, когда азиат противоположного пола входил в комнату. Азиатский парень мог вести себя совершенно нормально со всеми другими девушками, но в присутствии Рейчел переключался в особый режим. Во-первых, ее сканировали с ног до головы. Азиатские мальчики изучали ее физические параметры самым беззастенчивым образом, оценивая каждый дюйм тела по набору стандартов, отличавшихся от тех, что были припасены для европейских девочек. Насколько большими были ее глаза? Веки двойные от природы или ей сделали операцию?[55] Насколько светлая у нее кожа? Насколько прямые и блестящие волосы? Достаточно ли у нее широкие бедра для деторождения? У нее акцент? И какой у нее на самом деле рост без каблуков? Рейчел со своим ростом в сто семьдесят сантиметров считалась дылдой. Азиатские парни скорее выстрелят себе в пах, чем станут встречаться с девушкой выше себя.