— Тоже мне, бедолага! — усмехнулся Артём, отправляя мяч обратно Филу. — Иди и свари.

— А вы продукты вчера купили? — отбил мяч Фил и передразнил: — Свари им…

— Сейчас сходим и купим! — крикнула Светка, отчаянно скача вокруг Артёма и пытаясь вырывать у него мяч.

Никакого «сейчас» не случилось ни через час, ни даже через два. Полтора часа они плескались в холодной воде, кувыркались на матрасах, пересекая волны. Потом Фил, увидев посиневшие Варины губы, буквально силой вытолкнул её на берег греться. За Варей вылезла Света и, накрыв плечи маленьким полотенцем, снова принялась рисовать. Фил с Артом ещё какое-то время покидались друг в друга мячами и поплавали на перегонки, но потом вылезли тоже. Подрагивающие от прохладного ветра, сдувающего с них капли.

Тогда Варя снова вернулась к разговору о продуктах:

— Нам надо съездить в Находку.

Фил, тщательно растиравший мокрые волосы полотенцем, буркнул:

— Тебе надо — ты и ехай. В чём проблема сходить в местные магазы и затариться по полной?

Варя вспыхнула. Показалось, что её просто укололи тысячами иголок.

— В местных магазах по полной не затаришься, — вставил Артём, роясь в вещах в поисках полотенца.

— И цены здесь… — Варя втянула подкопчённый воздух, пахший шашлыками, и тоскливо протянула: — Кусаются…

Фил махнул рукой и пообещал съездить чуть позже. Варя, закусив губу, обиженно скрестила руки на груди. Обычно она верила Филу, но не сейчас. Он пообещал таким лёгким тоном, что без труда можно было понять: исполнять он это не собирается. В чём-то Варя понимала его: не хотелось оставлять этот тёплый берег даже на час. Хотелось каждой клеточкой тела впитать тепло солнца и брызги солёной воды. Но Варю тянуло в город. Тянуло в цивилизацию.

Мягкая рука опустилась на её промокшее плечо.

— Поехали? — улыбнулся Артём, и в его глазах сверкнуло тепло.

— Света ревновать не будет? — благодарно усмехнулась Варя, аккуратно смахивая его руку и ныряя в машину за чемоданом.

— А Фил? — подмигнул Артём.

Через пятнадцать минут Варя, собрав влажные солёные волосы в хвост и жалея, что не может помыть голову, уже ждала Артёма в салоне, пропахшем цитрусовым освежителем. Сам Артём что-то бормотал Светке. Где был Фил — неизвестно. После разговора с Варей он пошёл гулять вдоль берега. Варя не собиралась бегать и искать его среди полусотни людей. Даже если бы очень захотела.

— Ну что, поехали! — бодро запрыгнул Артём на водительское место и пристегнулся ремнём. — Список составила?

— Примерный только.

— Уточни.

Варя скривилась:

— По ходу скорректирую.

— Нам бы хотя б приблизительно сумму прикинуть… — укоризненно прищурился Артём, хрустя колёсами по песку и палкам и поднимая столбы пыли. — А то на месте ты нарешаешь, я тебя знаю.

— Ой, — насупилась Варя, легонько пихая Артёма в плечо, — кажется, это не я в детстве тратила все карманные на булочки с корицей.

— Но я же ел их не один! — повёл бровью Артём, настраивая магнитолу на местное радио.

Варя хмыкнула, чувствуя, как на неё накатывает тепло воспоминаний. Она открыла заметки на телефоне и принялась прикидывать, какие продукты им будут нужны, чтобы прожить хотя бы неделю. «Плюс палаток в том, — размышляла она, вбивая в список мясо и помечая его тремя восклицательными знаками, — что можно в любой момент собраться и уехать. А не ждать, пока кончится арендная плата за дом». В целом, список выходил внушительным. Варя злилась, стирала продукт за продуктом, уменьшала объёмы. Радио бубнело над ухом новостями.

— Может, на музыку переключишь? — психанула Варя, когда в итоге список получился больше, чем был. — В чём прикол новости слушать?

— Тише, не кипишуй, — спокойно отозвался Артём. — В чём проблема.

— Всё хорошо!

— Не ве-рю. Скажи ещё раз, — Артём улыбнулся и в этот же миг напомнил Варе хитрого и молодого лиса: ещё не совсем мудрый, но уже опытный.

— Всё. Хорошо, — на последнем слове сами собой скрипнули зубы.

— А теперь ещё раз! — Артём объехал вишнёвое «Ауди» и тепло посмотрел на Варю.

— Всё хорошо, — выдохнула Варя, и почувствовала, что её отпустило.

Словно бы огромная волна накрыла её с головой, а потом ушла, забрав с собой раздражение, нервозность и озлобленность на мир. Варя с благодарностью глянула на друга и уверенно кивнула:

— Правда… Просто список всё растёт и растёт.

— Так мы это решим, — подмигнул Артём. — Грузчик у нас один: это я. Так что все овощи-фрукты, если ты хотела их брать, уменьшай в два раза.

— А я? — запоздало вклинилась в его рассуждения Варя, ощущая себя виноватой.

— Что — ты?

— А я. Грузить?

Артём мотнул головой и категорически заявил, чтобы даже мысли не допускала. При этом он так плотно сжал губы и нахмурился, что Варя не рискнула с ним спорить. Она молча кивала и следовала его советам. Убирала то, что в сумме превысит объёмы походного ведра-холодильника, уменьшала планируемую массу продуктов. И в итоге получила список в два раза меньше предыдущего.

— Ты не только дипломат, но ещё рационалист, — заметила Варя, со спокойной совестью пряча телефон в карман и наконец-то расслабленно откидываясь на спинку пассажирского кресла.

— Просто мне надо ещё в центр заехать, купить кое-что Свете.

Варя, закусив губу, посмотрела за окно: на высокие скалы, поросшие изумрудно-зелёными кустами и бросавшие приятную прохладную тень на крутую дорогу.

Варя чувствовала, что лучшего момента задать вопрос о Свете просто не будет, но боялась выглядеть в глазах Артёма ревнивицей. Или — что ещё хуже — собственницей.

— Тём-м, — протянула она, постукивая пальцами по ручке двери, и отвела взгляд от скал: от мелькания её уже начало мутить.

— Ммм? — протянул в ответ Артём.

Варя, посмеиваясь его манерам, заправила за ухо прядь, а потом спросила прямо в лоб, как любил спрашивать Артём:

— А как ты со Светой познакомился?

— Ты поэтому на людей бросаешься второй день? — Артём как будто просиял от своей догадки и как-то насмешливо посмотрел на неё сверху вниз.

— Оч-чень смешно. — Варя, обиженно фыркнув, скрестила руки на груди. — Если шутки кончились, то я хочу услышать полную историю.

Артём взъерошил пятернёй волосы, потёр шею, вздохнул и, едко (хотя и правдиво) заметил, что своим любопытством она и мёртвого достанет. Варя выжидающе прожигала Артёма взглядом, тот ещё раз вздохнул. На этот раз решительно и обречённо, и всё-таки рассказал Варе их со Светой историю.

Познакомились они со Светкой в начале декабря, когда Питер окутал пушистый мокрый снег и на пары с утра пораньше торопиться никто не хотел. Блондинка Ленка Шталь из их группы, тусившая до ночи у подруги, клятвенно обещала прийти к третьей паре. После первой пары уже выжатые, как лимоны, студенты торопились вниз, к автоматам, чтобы купить поесть каких-нибудь шоколадок. А рядом с аудиторией неловко замерла рыжая девчонка с Ленкиными глазами. В руках она держала фиолетовый пакет, из которого тянуло фаршированными блинами. Да так аппетитно, что вся группа пускала слюни.

— Ну, вы-то не знаете, что такое «голодный студент», — вдруг сделал лирическое отступление Артём.

Варя почувствовала в словах друга лёгкий укол и ответила:

— А не надо было родину бросать.

— Это не я её бросил, а она меня. В тюрьму.

Варя закатила глаза и попросила Артёма продолжать.

Потом студенты выяснили, что девочка в тёмно-синей флисовой юбочке в красную клетку, не кто иная как сестра Лены Шталь — пятнадцатилетняя Света Шталь. И она принесла старшей сестре завтрак. «Святая девочка! — страдальчески выкрикнул кто-то из группы: — Мне бы кто приносил!»

— А эта наивная девочка впихнула мне, — Артём нервно взъерошил волосы и рассмеялся: — Знаешь, я до сих пор не добился от неё ответа, почему именно мне. Так вот, впихнула она мне этот адский контейнер. И съесть я не могу — не я готовил, не моя еда, да и стыдно. И отдать? Кому? Мы ж Ленку знаем: если сказала, что к третьей паре, то это прости прощай…