Комнатка оказалась небольшой, даже малюсенькой, метров семь квадратных. Однако, посреди пола, в переплетении мощных потоков магии времени, лежало нечто плоское, раздробленное до состояния неузнавания. Аура оказалась знакомой хозяину, только ощутимо сильнее, чем он помнил, но в остальном, это был несомненно Марак.

- Все-таки прикончили, – угрюмо попинал тело Креол. Воскресить такое он уже не мог. Мозг вхлам, а он всего лишь маг, а не Бог, все же. – Кто же знал, что тебя превратят в отбивную?

Креол еще раз обошел расплывшееся и ставшее непонятной формы тело, пару раз пнул, и лицо его осветилось предвкушающей улыбкой.

- И только вякни, что тебе что-то не так, вот только вякни!

Креол покинул комнату, и вернулся в нее только через неделю, но уже не один, а с двумя магами. Сильным, умелым магистром некромантом и с Шамшуддином. Выполнить Длань Нергала самому, ему и в голову не приходило, все же, ритуал рассчитан аж на троих архимагов, хотя могут и магистры провернуть, если возродить в виде высшей нежити нужно только одного человека. Проблема тут только одна. Этот самый человек, которого возвращают с того света, он должен быть воином до мозга костей, и умереть он должен в бою. Марак в этом подходил просто идеально. Будучи архимагом при жизни, он все равно воспринимал себя воином, а не магом. Креол этого не понимал, однако результаты говорили сами за себя. Слишком уж часто этот воин-маг выживал там, где не должен был, и возвращался с прибытком, будь то золото, серебро, артефакты или опыт.

Тело окружило ритуалом, потоки маны пронизали само пространство, и душа полутитана оказалась снова в теле. И пусть оно было больше похоже на желе, но постепенно восстанавливалось, пока Марак, уже будучи неживым, снова не открыл глаза.

- Кха! – эйнхерий, высшая нежить, воин и маг, он пытался продышаться, но не получалось. Кольчуга аж скрипела от расширений грудной клетки, а продышаться не получалось. – Что за хрень, – прохрипел воин, и попытался сесть. Получилось очень легко, только вот чувствительность тела оказалась хреновой. Словно издалека он ощущал давление кольчуги на плечи, вес тела и обмундирования, и даже свой центр тяжести. А сила оказалась просто невероятной, ведь когда он попытался приподняться, он едва не влепился в потолок головой. Едва утвердившись на ногах в хлюпающих кровью сапогах, Марак огляделся. – Креол, рад тебя видеть. Шамшуддин, друг мой.

И тут же полез обниматься. Обладающий силой десятерых, только не людей, а полутитанов, он едва не переломал друзьям спины, но вовремя сообразил, что к чему.

- Рассказывайте, и начните с того, кто это? – кивнул Марак на неизвестного некроманта.

- Знакомься, – проворчал Креол, отряхивая тунику Верховного. – Магистр Некромантии Гсаш, сын Роска – Машанский. А это мой знакомый полубог, Марак. Вы из одного города, кстати.

Вот так, под недовольное бурчание и состоялось на удивление приятное знакомство с вечно спокойным, словно даос, некромантом. Уже на следующий день, сидя во дворе Шахшанора, в тени пальм, Шамшуддин задал вопрос, которого все столь искусно избегали:

- Как тебя убили, мой друг Марак?

- Эх, раздавили сердце ударной волной, я так думаю... Давай я вам сначала расскажу.

Рассказ выдался нелегким, и при упоминании Дима, Марак и вовсе стал чернее тучи – смерть вампира оказала на него сильное воздействие. Под конец, когда рассказ подошел к бою с Зевсом, Креол уже скрипел зубами, а Шамшуддин, сам того не заметив, смял телекинезом изрядную часть забора, напротив которого сидел.

- Кое-что и мы можем добавить, – кивая чему-то, проговорил Креол. Он обладал большей чувствительностью, нежели побратим. – Недели полторы назад я почувствовал смерть сильного существа. Не титана, а скорее Бога, и не где-то там, в других мирах. Здесь, у нас, на Земле. Смерть была какая-то странная, словно убили, но не до конца. Волна прошла по всей планете, астрал корчило, да и вообще, всех магов.

- Подтверждаю, – кивнул Шамшуддин. – Я почувствовал, что кто-то воет столь мощно, что это слышно каждому во всем мире.

У Шамшуддина был развит магический слух, вместо магического зрения, так что его восприятие в чем-то было даже острее, но по большей части, сильно уступало Креолу.

- То есть, деда больше нет, а Зевс, этот ублюдок – победил, – покачал головой Марак.

- И не только. В тот же день, я думаю, он стал новым Богом, – забил последний гвоздь в крышку гроба Креол.

- Черт! – рявкнул взбешенный Марак, и чтобы выпустить сжигающий его гнев, саданул в воздух заклятием Столба Раскаленного Воздуха. Вовремя сообразил, что нагревать отдельные места в атмосфере, тем более на высоте облаков, чревато, развеял заклятье, и угрюмо уставился на утоптанную землю двора. – И что теперь делать? Я и с титаном-то не справился, а теперь он и вовсе – Бог.

- Пока не знаю. Нужно посоветоваться с одной знакомой, – равнодушно сказал Креол. Позвал раба, и тот принес еще сока из винограда.

- С кем? – заинтересовался Марак. Чтобы Креол сам сказал, что он чего-то не знает, это что же должно было случиться такого?!!

- Неважно пока. Ответит, тогда и посмотрим... – неопределенно махнул рукой Верховный маг. – Лучше расскажи мне подробней про адамант.

- Держи, – протянул Марак ладонь, на которой перекатывался небольшой сиреневый шарик. – Заначка, так что цени.

- А еще есть? – принял он с восторгом этот дар.

- Ты что думаешь, я его сам создаю, что ли?! – возмутился эйнхерий.

- Ну... а вдруг. С тобой никогда нельзя быть уверенным. В Тартар же спустился, и даже обратно поднялся... А потом, будучи убитым, снова вернулся в наш мир, – улыбнулся кушит, подмигивая Креолу. Тот задорно оскалился в ответ и вопросительно уставился на Марака.

- Ну, есть у меня еще столько же, но не отдам. Страховку я отдал, а это страховка страховки, если так вообще можно сказать. И не скальтесь, у меня тут Бог во врагах, и я уверен, что он уже знает, что я жив. Ну, или почти жив. Короче, нет и все. Обсуждение окончено.

- Жадина, – буркнул Креол.

- Даже тот кусочек, что я тебе дал, стоит как сотня подобных дворцов, и я еще и жадина?! – Возмутился Марак, но тут же успокоился и поставил друга перед фактом: – Я пока у тебя поживу.

- Да живи сколько хочешь, – отмахнулся Креол.

- Что там с моими? Ты в курсе? – задал вопрос, который его сильно волновал.

- Я давно снял с себя заботу о них. Твоя младшая сестра стала магессой, вот и пусть сама заботится.

- Серьезно? Маленькая Ранса стала магессой? И какое направление выбрала?

- Или магия иллюзий, или флористика... Вроде... Да не помню я! Я не обязан запоминать всяких там подмастерьев! Пока за ними приглядывал я, они не ведали нужды и проблем. Всё.

- Что, поручил кому-то из рабов? – хмыкнул Марак.

- Управл!.. То есть, нет конечно, сам, все сам. И вообще!..

- Понятно. Я благодарен, – серьезно сказал Марак. – Завтра навещу, посмотрю, что и как. Восстановишь меня в Гильдии?

- Угу, – зевнул Верховный, и тут же остальные стали позевывать. Впрочем Мараку, как нежити, спать было не нужно, хотя он и мог впадать в странное состояние между сном и медитацией.

- Ты долго еще тут будешь сидеть?! – вошел в библиотеку своего дворца Креол.

- Пока не кончится сезон дождей, – фыркнул Марак и отложил в сторону звездные таблицы Ра. Креол привез это чудо из Та-Кемет лет пятнадцать назад, и оказалось, что с ними разбираться с некромантией в разы проще, чем без них. Некромантия стала приоритетным направлением развития, поскольку после смерти и возрождения высшей нежитью, способности к ней изрядно возросли. Марак налегал на эту науку изо всех сил по двум причинам. Первое, потому что считал грехом не развить собственные способности, пусть и проявившиеся в подобных условиях, а второе – ему нужно было стать сильнее. Собственное убийство прощать он не собирался, и не важно, Бог теперь Зевс или нет. Учитывая, что общая сила развивается быстрей, если маг тренируется в своей школе магии, то Некромантия оказалась удивительно к месту, позволяя ускорить достижение второго уровня Архимага с десятка лет, до четырех-пяти. Разница ощутимая, пусть для бессмертного ныне эйнхерия и не сказать чтобы особо большая. Хорошо, что эйнхерий, это не простая нежить, и имеет полноценную душу, а потому может учиться и развиваться в отличие от любой другой, кроме, пожалуй, личей.