Все это я уже начертил, но увидев — ужаснулся сложности. Особенно — усложнение гранаты — их надо будет много. Поэтому решили оставить фитильное воспламенение — все равно у гранатометчика есть второй номер — заряжающий. Ему будет нетрудно ткнуть маленьким факелом в сопло гранаты.
Для расчета сделали специальный фанерный щит с сошками: метр сорок на девяносто, можно стрелять и стоя и с колена. Еще к ПУ идет маленький стальной щиток со стеклянным окошком, он одевается на трубу сверху.
Большой щит ставят или на длинную или на короткую сторону, опирают на сошки. На щите полукруглые вырезы — туда опирают гранатомет. Так что стрелок полностью закрыт двумя щитами, и от реактивной струи и от стрел.
* * *
Увеличение длины пусковой установки до полутора метров и оптимизация гранаты позволили увеличить дальность полета до четырехсот метров. Но пока это экспериментальная граната, в ее боевой части инертная масса и небольшой заряд дымного пороха, чтобы показать момент срабатывания замедлителя.
Дистанционная трубка расположена между реактивным двигателем и боевой частью гранаты. Поперёк корпуса вварена короткая трубка с отверстиями, в нее вставлен стальной цилиндр со шлицем на торце и канавками с порохом на боковой поверхности. Вращая отверткой цилиндр за шлиц, можно изменять длину прохождения пламени по канавкам с порохом, соответственно меняя время задержки до срабатывания взрывателя.
Вот только получить момент срабатывания ближе 120–150 метров не получается, замедлитель зажигается от порохового двигателя, а фронт пламени доходит до передней части двигателя не сразу. Зато это очень надежно, и делать другой принцип стартового воспламенения не стали.
Но зато благодаря невысокой скорости ракеты получили довольно точное срабатывания трубки по расстоянию. И разметку лимба дистанционной трубки произвели сразу в метрах.
Сделали боевую гранату. Боевая часть цилиндрическая, впереди конус. Корпус из тонкой жести. Это еще одно преимущество гранат перед снарядами, нагрузки при выстреле низкие и делать прочный корпус, съедающий большую часть массы снаряда, не надо. ГПЭ — цилиндрики 8х8 мм, 3 грамма, рубленая проволока.
Элементы еще и уложить надо ровно. Сделали так: из дерева сделали оправку — цилиндр с конусом. Пропитали маслом, чтобы клейстер не приставал, обклеили тремя слоями бумаги — папье-маше, просушили. Обмазали горячей канифолью. Нагревая элементы, прилепляли их на место. Заполнили всю поверхность и густо посыпали порошком канифоли. Всю эту «елку» засунули в корпус и нагрели. Когда остыло — вынули деревянную оправку, ролики и картон приклеились к жестяному корпусу. Поместилось 420 роликов, но это долго подбирали и рассчитывали, чтобы в вес уложиться.
Залили расплавленный тол, вставили еще одну оправку, место для детонатора оставить. Детонатор давно отработан — бронзовый стаканчик с пироксилином. Собрали все вместе — граната готова.
На стрельбище разложили колотые дрова, сколами вверх. Один гранатометчик уже опытный, граната взорвалась довольно точно над целью, на высоте около двадцати метров. Сплошного поражения нет, расстояние между точками попадания элементами большое, их мало. Вниз летит около полутора сотен роликов, остальные вверх и в стороны. Но если в кого попадет — мало не покажется, в дровах дырки глубиной 40–70 мм. Смертельная лотерея. Стрелять надо залпами, хотя бы по несколько гранат. И разлет роликов не только радиальный, коническая часть боеголовки формирует еще сноп элементов летящих вперед. Так что если даже будет недолет, что-то да попадет.
* * *
Да, дальность в четыреста метров — это слишком мало. Но комплекс получился удачный, решили принять на вооружение как вариант «ближней» гранаты, и продолжить работу над дальнобойной.
Граната получилась рациональная по ресурсам, почти ничего дефицитного нет. Корпус и ГПЭ из стали, в двигателе около килограмма селитры, даже серу не тратим. Без серы тяга почти такая же, а дыму меньше, и серу экономим. А селитры у нас десятки тонн.
Тринитротолуола чуть больше ста грамм, три грамма пироксилина и бронзовый стаканчик — вот и все дефицитные ресурсы, да и не особо дефицитные уже. Так что по материалам — можем производить сотнями, вопрос трудоемкости. Но пойдет в серию — что-нибудь придумают. Да и сотни не нужны, на бой нужно несколько десятков.
Сделали учебные гранаты, сталь потолще, чтобы не гнулись при падении, подогнали вес и баланс под боевую. Но часть гранат все равно гнется, каменистая у нас местность. Внутри боевой части немного дымного пороха, облачком отмечает место срабатывания. Начали тренировать гранатометчиков, восемь человек, но гранатомет пока один. Еще восемь заряжающих — тоже тренируются. Запланировали два гранатометных взвода, у нас во взводах по четыре отделения. В отделении гранатометчик и заряжающий, остальные таскают щиты и боеприпасы, из карабинов отстреливаются. Потому как такой взвод должен противостоять атаке кавалерии. Пока конница далеко — наносят урон гранатометом, когда приближается — из щитов делают черепаху и отстреливаются из карабинов.
Один из тонких моментов — определение дальности. На этих двух командиров взводов устроили конкурс — кто точнее определяет расстояние до километра, из приборов у нас — набор «треугольников», для разных целей. В основном для всадника и пешего.
Кандидатов возили по побережью, чтобы определяли расстояние в незнакомых местах. Но на больших расстояниях и погрешность большая, остроты зрения не хватает. Нужны оптические приборы, один монокль уже сделали. Теперь хочу стереоскопический дальномер, нарисовал эскиз, дал задание, но когда сделают — непонятно. С другой стороны пусть учатся без дальномера, с дальномером тогда — о-го-го!
Получается что такой взвод — «батарея» из четырех гранатометов. Командир предварительно определяет расстояние и называет целевую дальность. Гранатометчик выставляет дальность на прицеле, заряжающий — на гранате. Приготовились, заряжающий с факелом. Когда цель приближается к расчетному расстоянию, командир дает команду «Огонь!». Огонь суют в сопло — полетели. Для увеличения скорострельности второй заряжающий может уже готовить следующую гранату на меньшее расстояние. Порох хоть и малодымный, но стрелять в безветренную погоду очень сложно, плохая видимость.
К моменту выстрела на 150 метров все отделение должно быть готово превратиться в «черепаху», и отстреливаться из карабинов. Вот только страшно — не сходится. Пока конница проходит это расстояния, гранатометчики успевают сделать пять залпов, двадцать гранат один взвод, сорок — два взвода. Шесть тысяч роликов в нужном направлении. Какой будет процент поражения? При каком проценте потерь татары будут продолжать атаку? Надо делать более дальнобойные гранаты, а пока — тренируемся.
Глава 20
На «Гефест» поставили котлы и машины, загрузили углем, но это не помогло, он торчит из воды как поплавок, даже видны кончики лопастей винтов. Запустили одну машину с водяной помпой, накачали воды в балластные цистерны. Винты скрылись, но до расчетной ватерлинии еще далеко. Да сколько же у него водоизмещение! Но саму ватерлинию я на корпусе не рисовал, сделал только несколько меток с цифрами. Это чтобы не позориться, где должна проходить ватерлиния нет единого мнения даже у меня самого.
Я зашел на борт, прошелся по отсекам. Ну еще много чего не хватает — пресной воды — минимум, запасов продовольствия нет, орудий и боеприпасов нет. Даже мачты нет! Ясно, это они хотят побыстрее выйти в море, уже на месте машиной работают, но я не разрешал отдавать концы.
Вызвал капитана, выговорил ему за торопливость. Приказал нормально оборудовать корабль для выхода в море, прошлись уже вместе с ним и главным корабелом по недоделкам. Доделаем, говорит, но пушек — нет.
Пошел на завод, и вправду — на пушки очередь. Тут некоторые корабли захотели вторую пушку, приказ Командора, говорят. А пушки делают медленно, не пирожки это. Пришлось вручную расписывать очередь на пушки, для «Гефеста» хотя бы одну в ближайшее время. Тем более, ставить мачту и такелаж — это не один день работы.