— Согласен, — кивает Такеши и, повернувшись к Тсуеши-сану, собрался что-то спросить, но не успел.

— Оружие не берем, — предугадывая его просьбы, сообщаю я, но, заметив ошарашенные взгляды, добавляю. — Вернее, мечи, ножи и любой другой колюще режущий инструмент не берем, свою биту, Такеши, можешь брать со спокойной совестью, как, впрочем, и Кея — тонфы.

— Согласен, — кивает Тсуеши-сан. — Наблюдатели от Иемицу-сама никуда не делись.

— Киоко, ты остаешься в этом доме с Тсуеши-саном, — едва уловимо морщусь на имени своего отца, но когда поворачиваюсь к подруге, голос мой звучит твердо. — В бою ты ничем не поможешь, зато после твоя помощь будет неоценима.

— Согласна, — пожимает плечами Киоко. — Я приготовлю аптечку и вообще все необходимое.

— А вот я не согласен, — спокойно заявляет Тсуеши-сан. — В бою от меня больше пользы, чем от вас четверых, да и опыта побольше.

— Согласна, но сразу же вступать в бой вам нельзя, — качаю головой и добавляю. — Вы нас подстрахуете, все же больше, чем человек десять-двадцать они за раз не подвезут.

— Откуда такая уверенность, Еши? — с интересом уточняет у меня Такеши.

— У Тсуеши-сана есть определенный авторитет среди якудза, да и защита Вонголы, об этом знают все заинтересованные лица, — пожимаю плечами я. — Значит, проникнуть на территорию его собственности они могут только тайно, а сделать это можно лишь с доставкой товаров. Ну, а много ли человек поместятся в машины доставки? Учитывая, что избавиться от их груза им не выйдет, надо же как-то будет просочиться внутрь?

— Им ничто не помешает пригнать несколько машин, — фыркнул Рёхей.

— Не помешает, но у нас спальный район, большое количество машин привлечет ненужное внимание, — качаю головой. — Они на это не пойдут.

— Что будешь делать ты, химе? — слушая мои рассуждения Тсуеши-сан, лишь довольно кивал. — Ты ведь без гипер режима тоже весьма уязвима, да и большой физической силы у тебя нет. Удары в болевые точки могут не сработать, они якудза и опыт разборок имеют неплохой.

— Я буду приманкой и заведу часть людей в дом, — поджимаю губы, понимая, что это самая рискованная часть плана. — Ребята их вырубят, а после пойдут разбираться с остальными.

— Рискованно/Травоядное, — хором заявили парни.

— Учитывая мою интуицию, больше никто не подойдет, — качаю головой. — Я же на опасность успею среагировать, да и не выгляжу я сильной. Мне легче остальных удастся играть глупышку, которая сама не знает кого приютила, да и, — вот теперь я ухмыляюсь, — утренние события мне на руку.

— Утренние события? — удивились парни, а вот Киоко захихикала.

— Мое лазание по беседке и чем оно закончилось, — хмыкнула я. — Они уже следили за нами в тот момент и мнение у них сложилось не самое лестное, да и выглядел Кея не очень.

— Но… — все возражения ребят обрывает громкий гудок машины.

— Хозяева! — грубый мужской голос следует с небольшим запозданием и опять гудки. Кто их вообще учил? Разве так себя ведут доставщики?

— Действуем по плану, — обрываю я наш спор и, пока меня не остановили, выскальзываю из додзе. За мной быстрой тенью скользит Кея, спустя пару мгновений присоединяются недовольные Рехей и Такеши. Я тороплюсь пересечь дом и достигнуть выходной двери, благо, домой зайти можно и через внутренний дворик, который не просматривается с дороги.

— Хай-хай! — открываю двери, попутно натягивая самое беззащитное выражение из всего своего арсенала.

— Где твои родители, девочка? — грубым тоном интересуется у меня еще недавно оравший призывы мужчина, что примечательно, на месте водителя сидит еще один.

— Оджи-сан сейчас немного занят в додзе, а что? — усиленно хлопаю глазами, а в голове крутится надоедливая строчка из одной песенки — «хлопай ресницами и взлетай».

— Мы привезли кухню, кто будет принимать? — игнорируя мой вопрос и, переглянувшись с вынырнувшим из кабины сообщником, интересуется он.

— О, меня об этом предупреждали! — тут же начинаю кивать, как китайский болванчик и, подскочив к калитке, открываю ее, гостеприимно добавляя. — Проходите, я вас провожу!

— Конечно, — за мной идет водитель, а вот второй отправляется к задним дверцам машинки наподобие газельки.

— Заходите, — поворачиваюсь к ним спиной, стараясь не показывать своего напряжения и иду к дверям, которые широко распахиваю, но не задерживаюсь. — Сюда, — указываю на открытые двери, причем, этот проем и, правда ведет в кухню и там, сейчас, ощущается мной Кея и Рёхей, Такеши находится чуть дальше, в гостиной.

Стоило этому непонятному типу подойти поближе к двери, как его быстро затягивает внутрь рука Рёхея (бинты на них наматывает только он) и слышится глухой удар. Хм… похоже Кея его тонфа проконтролировал. Вот и хорошо, совершенно спокойно поворачиваюсь к дверям, в которые резко врывается еще пятерка мужчин, у одного даже пистолет имеется, причем старая добрая ПМ-ка. Угу, не снятый с предохранителя, уж это я заметила, благо, дед в свое время мне весь мозг съел с такими мелочами.

— Обыскать тут все! — рявкает дуболом с пушкой и наставляет ее на меня, а я с трудом сдерживаю желание с него посмеяться, но нельзя. — А ты не дергайся и останешься жить.

— Х-хорошо, — заикаюсь и стараюсь представить себе, что-нибудь неприятное, чтобы побледнеть. Мой больной мозг выдает предложение представить накрашенного Рёхея, но тут же вспоминается картина нашего первого знакомства и я понимаю, что это не прокатит, поэтому ищу альтернативу и… перед моим внутренним взором появляется накрашенный Кея в стрингах. Картинка яркая, вызывающая дикий прилив отвращения и бледность у меня уже не наигранная.

— Вот и молодец, — этот дуболом купился и подошел, чтобы похлопать меня по плечу, а большего мне и не надо.

Делаю резкий рывок в сторону и вниз, рукой пробивая в солнышко и подсекая мужика. Он еще не успевает упасть, а из кухни уже вырываются Кея и Рёхей, которые отвлекают внимание от Такеши, что идет на незваных гостей в лоб. Впрочем, фиксирую это лишь краем глаза, не упуская из виду свою жертву, которой добавляю локтем в горло. Удар недостаточно силен, чтобы смять гортань, но лишает мужчину голоса, а я не теряю время, перехватываю выпущенный пистолет и снимаю с предохранителя. Впрочем, зря, все уже кончено и остальные нападавшие лежат без сознания, а Кея метким ударом тонфа отключает и этого.

— Травоядное, — одним словом, он умудряется выразить все свое отношение к моим действиям.

— На улице есть еще парочка, — возвращаю предохранитель на место и, достав платочек, начинаю вытирать свои отпечатки, попутно прислушиваясь к своим ощущениям. Причем, договариваю уже в спину, выскользнувшему на улицу Кее, за которым, как привязанные, проследовали и Такеши с Рёхеем.

— Держи, — сзади появляется Киоко и вручает мне в руки моток веревок.