– Не ждите меня! Надо поправить коробочку, – с этими словами Гаврюша окончательно исчез в темноте верхнего уровня.
Все присутствующие посчитали свою миссию по разгрузке контейнера выполненной и окончательно расслабились. И никто не обратил внимания, что лестница, по которой совершил своё восхождение отважный альпинист, заметно покосилась.
Я решил, что наступило самое удобное время для знакомства, как одновременно с этим, на лавочке ребята заметно активизировались и с настороженными лицами гурьбой направились обратно на склад. Я с интересом последовал за ними на некотором отдалении. Все обратили внимание, что лестница практически упала.
– А-у-у! Хватит спать, балласт! – крепыш в шортах всем своим внешним видом и манерой поведения подчёркивал своё руководящее положение.
– Куда пропал этот урод! – Лысый выражает общее нетерпение. Кроме того, чувствуется, что с Гаврюшей у них давние счёты.
– Тихо! Слышите… – приглушённый голос Сергея заставил всех замолчать.
Собравшиеся присели на корточки и напряжённо стали вслушиваться в "дыхание" рукотворной горы. Мне это напомнило сцену из фильма про взломщика сейфов. Разница только в том, что сейчас одновременно семеро "домушников" пытаются зафиксировать долгожданный щелчок в механизме замка. Кажется, я понял, что пытаются определить наши следопыты! Удивительно, смешно и, одновременно, страшно! Я первый раз сталкиваюсь с подобной ситуацией…
Очевидно, после того, как лестница "шевельнулась", Гаврюша потерял последнюю точку опоры и сорвался "солдатиком с головкой вниз" в колодец, образованный неаккуратно набросанными коробками.
– Кажись, какой-то стон… – Сергей неуверенно указывает на предполагаемое место источника звука.
– Непонятно… – задумчиво произнёс крепыш, идентифицированный мною, как начальник.
– Да, этот дурак, каким-то образом провалился на самое дно! – наконец, догадался Лысый.
–Нн-оо… Эт-то невозможно! – заикаясь, проговорил Сергей.
– Гаврюша может всё! Растаскиваем кучу! Живо! – начальник пришёл в себя.
– По-хорошему, этого "друга" следовало бы немножко там попридержать… – ворчит Лысый, но раскидывать коробки не перестаёт.
– Быстрее, быстрее! – начальник подгоняет сотрудников, но на помощь не спешит.
Завал в лихорадочном темпе ликвидирован. Видна ниша, в которой вниз головой с вытянутыми вдоль тела руками "стоит" Гаврюша и постанывает. Видна красноречивая трёхметровая глубина "колодца", на дне которого оказался, приземлившийся на голову, страдалец. Это расстояние он преодолел, словно торпеда, вылетевшая из пускового аппарата подводной лодки. "Спасатели" застыли в изумлении. Я же с самого начала спасательной операции, как открыл рот, так и не могу его закрыть в восхищении от разворачивающейся передо мной сцены.
– Если кому скажешь – не поверят… – Сергей в полной растерянности от увиденного феномена и не знает: то ли плакать, то ли смеяться.
– Да-а-а, уж… – задумчиво протягивает молодой парень в очках.
Очухавшись от первоначального шока, ребята бросились выколупывать Гаврюшу из образовавшегося "пенала" и переворачивать его на ноги. Бардовое от натуги, выпачканное в потной пыли и выражающее вселенские муки, перекошенное от головной боли, лицо Гаврюши с закрытыми глазами, казалось, ему не принадлежит. То, что он ещё немного живой выдаёт только тихий стон сквозь плотно сжатые губы.
– Крови нет? Сажай его на коробку… Да, не на эту! Передавит лампочки – и тогда для него точно наступит вафларамеевская ночь! – начальник интонационно пытается выразить своё соболезнование. Чувствуется, что он тоже потрясён увиденным.
–Варфоломеевская… – в надежде принять участие в общем разговоре, поправил я крепыша, но был прогнозируемо проигнорирован.
Сидящий на коробке Гаврюша держится за голову обеими руками и тихонько стонет, постепенно оживает и приходит в себя. Все участники спасательной операции полукругом обступили пострадавшего и соболезнуют, как могут.
– Да-а-а… – снова протянул парень в очках.
– Ко всему был готов, но такое… Честно, не ожидал… – с восхищением в голосе от увиденного кошмара проговорил Лысый.
Определённым усилием воли мне всё же удалось закрыть открытый в удивлении рот. Время для знакомства с сотрудниками ещё явно не наступило. Нужна пауза, чтобы переварить полученные впечатления, переосмыслить текущую повестку дня, подумать о бренности бытия… Должна же, в конце-то концов, пройти эта взбудораженность, какая-то болезненная!
Какой интересный получается у меня первый рабочий день! Я ещё не успел устроиться… Не успел даже дойти до того места, где устраивают на работу, как посыпались приключения, одно другого занимательнее! Самое время задуматься, а потяну ли я такой напряжённый в эмоциональном плане график… Надеюсь, что сегодня просто такой день выдался… Чтобы я его навсегда запомнил, как нечто судьбоносное и неординарное.
Воспользуюсь, пожалуй, я любезным приглашением Сергея и начну своё официальное знакомство с конторой, как и планировал, с её руководства. С рядовыми сотрудниками поговорю попозже, когда все оклемаются…
Я отыскал Сергея и напомнил ему о своём намерении с его помощью пробраться к директору. Понятно, что человеку нужно немного успокоиться от столь будоражащей разгрузки и её последствий. Мы отошли в сторонку и разговорились. Общими словами он сориентировал меня в складской системе координат и том месте, которое он в ней занимает. Сергей – сотрудник фирмы, отвечающий за обеспечение склада товаром. Ответственное и официальное лицо! Старается быть в стороне от событий, но обязанности, на него возложенные, этого сделать не позволяют. Самый критикуемый (смягчим определение) из постоянно "доступных" для кладовщиков персонаж. Является наглядным образчиком общего беспредела, творящегося в фирме в области снабжения. Скачкообразное поступление товара на склад (кладовщики неделю "сосут лапу" – неделю загибаются от перенапряжения в попытке разгрести привоз) выматывает и не улучшается из года в год – Серёга под рукой, ему и по шапке. Не во всём он объективно виноват, но критикуется всегда.
Кладовщики знают о "подневольной" должности снабженца и долго зла на него не держат. Один из самых профессионально подготовленных сотрудников фирмы, реалист, но "инфицирован" тотальным равнодушием и легко может "забить" на какой-то второстепенный вопрос. Его можно охарактеризовать как жизнерадостным хамом и добродушным матершинником, так и просто уставшим от пахоты конём, стремящимся "соскочить" с пашни в холодок. Кладовщикам помогает на разгрузке совсем нечасто, а сегодня – вообще, форс – мажор.
Полученные из беседы сведения я аккуратно сложил в копилочку своих знаний о конторе, но конкретных выводов делать не торопился. Определённое мнение сложилось, но торопливое принятие решения о конторе и моём в ней месте, если таковое случится – дело последнее… Стал мысленно перебирать все имеющиеся пословицы и поговорки о труде, но зациклился на испуганных глазах и работающих руках, плюнул… Опять всплыл образ Гаврюши, стоящего на ушах. Надо поскорее забыть этот образ, какой-то демотиватор несвоевременный… Надо срочно переключиться на позитив! Негоже, вот так, сразу включать заднюю передачу… По всем раскладам день сегодня явно не ординарный и спешить не стоит. Я даже на склад ещё не зашёл.
Глава 4. Разговор с директором.
Пока мы перекуривали, освободился генеральный директор, и Сергей проводил меня бочком – бочком по "тропинке", образованной выгруженным товаром, в его кабинет. Этот кабинет – обыкновенная выгородка из гипсокартона, смастерённая местным самоделкиным – завхозом. Таких "кабинетов" в административной секции, отделённой от производственного помещения склада, несколько. Заняты они бухгалтерией и прочим секретариатом. Вместе с боссом в этой коммуналке ютятся ещё трое обитателей. Я их не вижу, но очень хорошо слышу.