- От меня, зятек, далеко не убежишь! - иронично ухмыльнулась Ирен, вместо здрасьте, и, оттолкнув Феликса, деловито проследовала вглубь квартиры. - А у вас все по - прежнему - срач и бесхозяйственность! Ни тебе уюта, ни комфорта - ничего! - осмотрев все вокруг, грубоватым с наглецой, голосом, заключила она.

   - И тебе добрый день! - тяжело вздохнув, недовольно буркнул Фел. Он знал: отсутствие такта его теще не занимать.

   - Хорошо зарабатываешь...могли бы и подсуетиться, прикупить нечто эдакое! А так что? Срам! Приличным людям и войти стремно! На что вам, к примеру, сдался этот громоздкий уголок? Сейчас такие уже не в моде! Надо что-нибудь легкое, изящное... и места будет больше, и смотреться будет получше!- продолжала надменно поучать женщина.

   -О-о-о, нет!- раздраженно закатил Фел глаза. - Если ты приехала, чтобы давать советы - тогда прямо сейчас и выметайся обратно!- без лишних проволочек подвел черту под их разговором зять, не в состоянии больше терпеть всю эту наглость.

   -Я ни к тебе приехала!- с гордо поднятой головой вымолвила теща и после короткой паузы, внезапно спросила:

   - А кстати, где моя непутевая дочь? Что-то в этой хибарке я ее не наблюдаю!

   - Спроси что-нибудь полегче!- злобно фыркнул Киссаль.- Ее днем с огнем не сыщешь!

   - Что? Сбежала? Молодец! К кому это, позволь узнать?

   - Незнаю. - терял самообладание Фел. - Если где - нибудь ее увидишь, спроси об этом сама!

   -Осел! Я тебе доверила дочь не для того, чтобы ты сидел здесь и сопли в тряпочке жевал! Если не знаешь, где Марго - это одно, но если знаешь, паразит, и молчишь.... Пеняй на себя!

   - Да не - зна-ю я, не-зна-ю!- не сдержанно заорал Фел.

   - Нечего на меня голос повышать, придурок! Потерял Марго. А она, между прочим, тебе быстро - то замену нашла!

   - Что-о-о?

   - Да что слышал! Тебе давно было сказано, отправить этого копа.... А вместо этого ты что? Так попугал и отпустил....

   - Что-о-о? Что ты сказала? - ужаснулся Киссаль.

   - Ладно, расслабься, твоя Марго теперь никуда от тебя не денется .... - Продолжала гнуть свою линию теща. - С ним вместо тебя разобрались...

   - Значит ты... ты.... - широко раскрыв глаза, пытался соображать Киссаль. Сейчас ему было не до Марго. До него неожиданно дошло на кого работает его теща.

   - А ты что думал? Я в гости к тебе приехала? Да триста лет ты мне нужен! Мальчишка... Мне нужен Штельман - младший!

   - Зачем?

   - Он Штельман, и этим все сказано, разве непонятно?! Пока эти отродья бродят по земле, нам в полной мере покоя не будет! Для этого я и здесь! Дружба Марго с этой Иовой была нам очень на руку. Благодаря моей девочке мы целиком и полностью контролировали все передвижения этой твари и ее семейства. И будь ты попроворнее, сумел бы правильно воспользоваться положением, ведь не зря же тебя женили на Марго?!

   - Меня женили?- возмутился Феликс. По - твоему я что тупой?

   - А то как же?! По просьбе Гумблера... Подумаешь, делов -то! Устроили в нужном месте романтическую свиданку... потом то- се- любов- морковь - шуры - муры и свадьба! Молодежь вся одинаковая! С этим у вас быстро. Жаль только, что надежды возложенные на тебя не оправдал! Такую игру испортил! Все пустил насамотек! В итоге этот полицейский оказался малым пошустрее... Он- то и спрятал Марго с мальцом.... Но как ты знаешь у ордена всюду свои глаза и уши! Гумблер послал меня, чтобы правильным образом разрулить ситуацию.... Сиди дома на телефоне. В случае если появятся, ты знаешь, что делать! А я наведаюсь в монастырь...

   - Зачем?- насторожился Фел.

   - А затем! Дела у меня там... Недоделанные.... А ты не стой столбом! Лучше вещи мои разбери! На пару - тройку дней, думаю, я у вас задержусь...- с этими словами женщина хлопнула дверью перед носом зятя, и пошла по своим делам.

   - Вот корга! - нервно сплюнул Киссаль.- Женили они меня, уроды! Дело принимает неожиданный оборот... Значит она тоже с ними.... Тогда все становится на свои места! Но как они пронюхали?! Хотя, в нашем продажном мире нет ничего невозможного! Даже среди монахов могут быть подонки!- затем он достала мобильник и быстро набрал нужный номер. Как только услышал голос на том конце, без предисловий протараторил:

   - Андрес, ждите гостей с сюрпризом! Женщина 45 лет, мать Марго. - И тут же резко отключился. Потом чуть подумав, засобирался и сам.

   Феликс Киссаль был коренастым, шустрым малым 29 лет. Его ничем не примечательная внешность компенсировалась могучим телосложением, на котором повсюду выведнялись гигантские мускулы. Поджарое тело, короткая, каштановая стрижка, жесткий нос с горбинкой и пронизывающий насквозь, неопределенного цвета, критический взгляд - все это, при виде этого мужчины, бросалось в глаза в первую очередь. И только потом, просматривался слаборазвитый, заостренный подбородок, дополняемый тонкими, ехидноватыми губами, часто кривившимися в презрительной ухмылке, а вечно загадочные, дугообразные брови в противовес им вели себя наивно и удивленно, словно вещали: " Мы тут ни при чем!". Таким двояким было не только лицо! Присущие Фелу двойственность и сложность натуры не дают в полной мере возможности оценить этого человека однозначно. При первом знакомстве Феликс Киссаль всегда производил неизменное ощущение "своего парня", однако те, кто общался с ним ближе, вскоре понимали, что первое впечатление совершенно обманчиво. И приветливость, и верность и щедрость у этого человека весьма неискренни и даже опасны, а проявлялись они обычно только тогда, когда его ждала близкая и непосредственная выгода. Непередаваемая любовь к деньгам и принципиальности иногда переростала в идею фикс, но лишь до тех пор, пока не возникал иной, более выгодный интерес. Неординарная личность Феликса заставляла его врагов трепетать. Никто по - настоящему не мог понять, что у того на уме. Специалист в своей области Феликс по - настоящему никогда никого не любил, не слушал и не воспринимал. Ко всем без исключения, подозрительный и осторожный, он, тем не менее, вел себя внешне довольно простовато и по - мальчишески, беззаботно. Иногда в беседе перескакивая с одной темы на другую, создавал даже впечатление легкого, поверхностного человека, но отнюдь не был таковым. Напротив, наблюдательный и умный, он умел давать верную оценку людями и анализировать все их поступки. Будучи неплохим знатоком человеческой психологии, Феликс притворялся очень часто. Работа обязывала. Ведь для того чтобы понять истинные мотивы человека нужно выудить из него истинные переживания. А для того, чтобы выудить эти переживания, стоит самому быть предельно откровенным и простодушным, что Феликсу часто и приходилось делать. Однако с простодушием иногда возникали проблемы. Он до такой степени входил в роль, что иногда не мог из нее выйти, а иногда просто запутывался в собственных иллюзиях. Дабы не переборщить, Фел успевал вовремя ретироваться. Спасали лишь выдуманные и проработанные до мелочей шаблоны легенд, в которых, впрочем, он тоже порой, плавал, но не слишком. Выручала привычка мало говорить. И чего греха таить? Фел был не из тех, кто много болтает и мало делает. Наоборот, он делал значительно больше, чем думал или говорил. За это и имел авторитет и уважение окружающих. Его упрямство и настойчивость в свершении намерений были столь неутомимы и чрезмерны, что порой доводили Фела до полного иступления. Извечный девиз Киссаля: "Работа, работа и еще раз работа!" целиком поглощал все его силы. Фел Киссаль был из той редкой породы людей, которая работает на износ, ради достижения цели. Но далеко не любой цели, а личных идеалов. Идеалист по натуре, он стремился к придуманным им самим идеалам, стремился честно и добросовестно. Для него всегда и везде существовали лишь он и его идеи, все остальное - ошибочное и нездоровое. Хотя в принципе, иногда ему все же приходилось считаться с чужим мнением, но скрепя сердцем и не более того. Таких людей было немного и в основном все среди начальства. Он к ним скорее снисходил, чем принимал и мирился с их нелепыми, сложными доводами, приказами и заданиями. Поэтому, невзирая на личности, часто и густо делал по - своему, так как находил нужным и правильным. Вопреки расхожему о нем мнению, Фел никогда не искал легких, обходных путей. Как всякого азартного игрока его вдохновляли трудности и головоломки. Почитатель адреналина, он ежедневно шел по жизни напролом сложным, но свои курсом. Никогда не был карьеристом, но и человеком без амбиций тоже не был. Фел умел поддерживать в себе нужный для его профессиональнализма баланс. Никогда не рубил с плеча, привык обдумывать все до мелочей, и был фанатично предан делу. К самым большим его недостаткам можно, пожалуй, отнести спонтанные реакции и неоправданный эгоцентризм, который проявлялся в нем сплошь и рядом. Трудно до конца предсказать его действия и поступки. С ним Марго, что ни день, жила как на вулкане, не знаешь, в которую минуту что вытворит! Грубоватый и неотесанный, для пользы дела Фел иногда, впрочем, мог быть, нежным и ласковым, как котенок. Но долго лицемерить дома не мог. И вообще женщины интересовали его постольку - поскольку.... Сюси - пуси - ни его конек! Поэтому и приходилось, в те редкие дни, когда он находился дома, часто и густо довольствоваться грустной и обиженной миной благоверной. Однако этот печальный факт мало его беспокоил.