- Никак нет, ничего подобного не видела, – с улыбкой ответила малышка. – Должно быть, вам показалось. Не мешало бы вам выспаться, чтобы наяву не мерещилось то, чего нет.

- Майор Щепкин… – обратился Калинин к третьему коротышке, в надежде, что он утвердительно ответит. – Вы видели, как меня ударил Утес?

- Никак нет, не видел, – ответил невозмутимо Щепкин. – Утесов никогда не обижает слабых коротышек. Эй, Имбирь! Будь добр, верни Калинина домой. Похоже, у того головокружение от повышения в должности.

Имбирь отвел Калинина к автомобилю, усадив его в салон на заднее сидение и усевшись напротив. Утес посоветовал на прощание уезжать как можно скорее, намекнув, что ему, Имбирю, тоже может достаться. Имбирь не стал испытывать судьбу, понимая, что Утес намного сильнее его и при том при оружии, поэтому велел шоферу Пирожку отправляться город. Скоро полночь. Начало нового дня.

Никогда ранее Имбирь не слышал такой отборной брани в таком количестве, как сейчас от Калинина. Казалось, перед ним не глава самого культурного город, а какой-то законченный невоспитанный грубиян.

- Я их уничтожу! – кричал Калинин, сжимая кулаки. – Этот Утес и Волна поплатятся за то, что поступили так со мной! Как и этот Щепкин. Все они будут умолять меня о пощаде, но так ее и не дождутся.

Покинув пределы полигоны, Калинин сердито посмотрел на Имбиря и спросил, почему тот сделал вид, что ничего не произошло на полигоне? Имбирь лишь повторил, что и вправду ничего не видел. Но если бы и видел, какая разница? За неугодное признание Утесов избил и его и Калинина заодно, а он, имбирь, еще хочет жить.

- Почему ты не сообщил мне, что Утес и Волна тоже из числа этих? – спросил Калинин, потирая ушибленный живот. – Ненормальных. Ведь когда я отдавал приказ Утесу, мне даже в голову не могло прийти, что перед мною стоит ненормальный, а он и словом не обмолвился.

- Он очень выдержанный коротышка, умеющий скрывать эмоции, – объяснил Имбирь. – Он обвел нас обоих вокруг пальца. Что насчет его статуса, я и вправду был не в курсе того, что он имеет какие-либо отношения с Волной.

- Ничего, я еще поквитаюсь с ними! – грозил Калинин, угрожая кулаком в пространство. – Я покажу, что с Калининым шутить нельзя. Калинин – это честь, ум и достоинство нашей эпохи!

- Калинин! – Имбирь приложил к лицу ладони, уже не в силах более сдерживать смех. – Какой же ты больной в своем возвеличивание все же. Неужели ты в серьез уверен, что являешься умным коротышкой? Умные коротышки себя не возвеличивают, чем ты как раз и занимался все эти годы.

- Ты что такое плетешь, глупец? – строгим тоном произнес Калинин. – Не зазнавайся! Забыл, что я главнее тебя?

- В каком месте ты главнее меня? – спросил Имбирь. – Ты всего лишь первый среди равных и не более того. Собственное назначение на пост главы с неограниченными полномочиями, не более чем фикция. Никакой реальной власти ты в городе не имеешь. Об тебя вытерли ноги Волна и Утес. Поблагодари, что не убили и не закопали на месте, а надо было бы. Ты говорил, что 2% коротышек, что против тебя – это дерьмо, я же отвечу, что 2% коротышек, что по-настоящему за тебя – это и есть настоящий навоз, а ты их навозный жук.

- Как ты смеешь меня оскорблять!? – воскликнул Калинин. – Я главный!

- Калинин, как же ты все же не компетентен! – продолжал Имбирь, качая головой. – Ненавистны тебе эти сладкие парочки и ты желаешь, чтобы их не было. Так поступил бы мудрее, чтобы от них избавиться. Настроил бы общество против них, наплел бы небылиц, мол любовь вредна для здоровья и все в этом духе. Будь уверен, что тебе непременно поверили бы. Но ты тупо, как баран решил решить вопрос запретами и запугиваниями и добился прямо противоположного результатов. Как можно быть таким не профессионалом? Как? Я не могу... Нацепил себе погоны. Зачем ты их нацепил? Какая в них практическая потребность? Я, равный тебе рангом, а погоны не ношу, а ты нацепил зачем-то. Пора бы их сорвать. Дай сюда! А то сейчас получишь…

Имбирь схватил Калинина и с яростью принялся срывать с его мундира золотые погоны с огромными звездами. Калинин сопротивлялся, толкая и царапая Имбиря, но тот нанес ему несколько ударов в живот.

- Пирожок!!! – в ужасе кричал Калинин шоферу, ища спасения. – Немедленно останови автомобиль! Не видишь, что меня бьют? Необходимо позвонить в милицию!

Однако Пирожок и не думал останавливать автомобиль, словно не слыша приказа начальника. Имбирь с “мясом” сорвал погоны с Калинина, бросив их на пол.

- Верни мне погону! – кричал председатель Президиума.

- Какую погону!? – с досадой потянул Имбирь. – Погоны! Я их две сорвал! Говорить надо правильно, не позорься! Ты же в Солнечном Совете служишь! Глава города он! Баран ты, а не глава!

Имбирь сорвав погоны с Калинина, сорвал с его груди и медали с орденами, выкинув их в окно ехавшего автомобиля, а затем еще несколько раз ударив Калинина по животу, и лишь затем уселся напротив, переводя дух от произошедшего. Ничего не поделаешь. Назад пути нет. Имбирь приказал Пирожку остановить автомобиль, хотя до города, сиявшего во тьме, они еще не добрались.

- Поздравляю, Калинин, – обратился Имбирь к избитому и помятому Калинину. – С завтрашнего дня тебя ждут большие проблемы. Очень большие. Я обеспечу это. Тебя выведут из состава Президиума, а возможно и из Солнечного Совета.

- Ты не сможешь этого сделать! – с яростью ответил Калинин. – Я глава города! Весь город стоит на моей стороне! Ты будешь один, против всех.

Имбирь из под одежды неспешно извлек небольшое устройство, показав его Калинину. Это была его козырная карта, если пользоваться терминологией недавно появившейся в городе карточной игры. Об этой детали никто ранее не был в курсе, но Имбирю сейчас придется раскрыть один свой маленький секрет.

- Что это такое? – спросил Калинин. – Решил напугать меня какой-то штучкой?

- Это диктофон! – воскликнул Имбирь. – Особой модели. Я всегда ношу его включенным при себе, видя запись всего, что вокруг происходит. Это очень удобно. Ведь слово не воробей, улетит, не поймаешь, а я нашел способ ловли слов. Гениально, но просто. Здесь на инфочипы записаны все разговоры, в которых я принимал участие с самого утра. В том числе и наш разговор с Утесом. Каждое твое слово здесь. И о попытке стать единоличным главой города! И о зоопарке с малышами и малышками! И о параде раздетых коротышек! И о попытке подарить мне двенадцать малышек…

- Не двенадцать, а десять! – возразил Калинин бледнея лицом. – Забыл что ли?

- Жадина ты, Калинин! – рассмеялся Имбирь. – Пожадничал на две малышки, а их должно быть по числу месяцев в году! Из-за твоей жадности эти записи окажутся теперь в радиоэфире, и станут достоянием для всех. Представь Калинин, сколько к тебе вопросов будет завтра утром.

- Ты этого не сделаешь! – пробормотал Калинин, промокнув с ног до головы от ужаса. – Тебе никто не поверит. Кто ты такой, чтобы тебе верили?

- Так мы проверим, поверят или нет! – ответил с издевкой Имбирь, пряча устройство под одежду. – Эй, Пирожок! Курс на радиоцентр! Я специально попрошу, чтобы в эфире “Рассвета” вместо музыки крутили эту запись. Как раз студия круглосуточная. Кто не спит, услышит ее первым. Заодно загружу данные в информационную сеть.

Калинин отчаянно пытался отобрать у Имбиря диктофон с инфочипами, но противник снова поколотил его. Взяв Калинина за шиворот, Имбирь толкнул его вперед, заодно пнув вдогонку.

- Что прикажешь, Имбирь? – спросил Пирожок, сидя за водительским местом и видя крики Калинина снаружи, который барабанил кулаками в окна. – Тебя отвезти домой?

Имбирь за день сильно утомился, и не прочь был понежится в постели, но все же велел Пирожку ехать в радиостудию, давая понять, что он не станет бросать слов на ветер. День завтра выдастся жарким. Особенно для Калинина. Впрочем, скорее всего и он, Имбирь, вынужден будет отвечать на неудобные вопросы перед обществом. Пирожок исполнил указание Имбиря, и оставив Калинина посреди ночной пустынной улицы, направился к центру Калининграда… Вернее снова Солнечного города.