Она избегала меня, когда вернулась из уборной, и я не стал обижать ее еще больше. Я знаю ее, ей нужно дать время, чтобы она перестала злиться, а вот потом я снова смогу быть с ней. Этот Хибики все-таки не отстал от нее после моего поджога. Назад они пошли вдвоем, а я не смог с собой ничего поделать и пошел за ними, вдруг он обидит ее, я ему не доверяю, мне хочется ему хорошенько врезать.
Он тащился за ней до самой гостиницы, и держал ее за руку. Почему-то, мне захотелось прибить его еще больше, хотя и мы с Люси часто ходим за руку, чтобы не потеряться в толпе. Вдруг он начал приближаться к ней. Что эта рыжая башка задумал? Тоже хочет попробовать ее? Я непроизвольно зарычал, мне не хотелось, чтобы кто-то еще пробовал ее, кроме меня. Она моя напарница!
Но Люси не дала ему этого сделать, и я облегченно вздохнул, но тут же задумался. А что если, ей совсем не нравится, когда ее пробуют? И она больше не позволит мне?
Наконец, он ушел, и Люси зашла в свой номер. Я быстро переместился к ее окну, усевшись на дереве напротив и уже приготовился, как обычно, зайти к ней, как вдруг замер. Она скинула с себя платье, стоя ко мне спиной и ушла в душ. Но от вида ее обнаженной спины меня словно ударило током. Я замер и не мог пошевелиться. Ее образ все еще стоял перед глазами.
Помню, на прошлых Магических играх, она сбила меня с дракона, в чем мать родила, и мы с ней вместе упали на землю, чудом оставшись целыми. Но тогда я был поглощён битвой, да и она быстро накричала на меня и заставила отвернуться. Но только сейчас я вспомнил, какой мягкой она была, когда прижималась тогда ко мне.
Тем временем она уже вернулась, укутавшись в халат, и направилась в кровать. Нет уж, Люська, еще рано спать.
Конец POV Нацу.
Люси легла в кровать и укуталась в пушистое одеяло, когда услышала глухой стук у окна. Она знала, что значит этот звук, она постоянно слышала его в своей квартирке в Магнолии, когда к ней заявлялся один беспардонный розововолосый убийца драконов.
— Люси, я голодный, — услышала она его привычное приветствие.
— Ничем не могу помочь, уходи, я уже легла, — буркнула недовольная девушка, накрываясь одеялом с головой.
С минуту было тихо, Люси даже подумала, что Нацу ушел, что было странно. Но не тут-то было, одеяло приподнялось, и в ее кровать привычно скользнула наглая морда саламандра.
— Ты обалдел что ли?! Пошел вон! — В ярости заорала возмущенная Хартфилия, а Нацу непонимающе смотрел на нее, невинно хлопая глазами. В Магнолии он часто забирался спать в ее кровать, и она с этим даже смирилась.
— Но, Люси, если я уйду, ты останешься здесь одна. А вдруг тебя снова похитят на какое-нибудь страшное испытание? — Нашелся парень и, увидев ее испуганные глаза, продолжил, — Кинут тебя в какую-нибудь темницу с крысами и грязью, где тебе придется сидеть, пока я тебя не найду.
Его план сработал. Девушка испуганно прижалась к нему, передумав выгонять напарника.
— Ладно, но только пока нет Миры, — буркнула Хартфилия.
Довольный Нацу устроился поудобнее и попытался приобнять девушку, но что та больно дала ему по руке.
— Руки не распускать, — приказала Люси и, вспомнив что-то, неуверенно продолжила, — Послушай, Нацу. Ты же понимаешь, что не можешь просто брать и целовать меня?
Драгнил удивленно уставился на Люси, сообразив, что она говорит о том, что он ее «пробовал».
— Почему? — Подавленно спросил он. Люси раздраженно дернула бровью, понимая, что ей еще и разжевывать этому ребенку все придется.
— Поцелуй — это не игрушки, Нацу. Понимаешь… Поцелуй — это нечто сокровенное. Его нельзя дарить кому попало. Сначала ты должен убедиться, что любишь эту девушку и готов провести с ней всю свою жизнь, потому что целовать нужно только одну единственную… — девушка слегка замялась, начиная краснеть, — Понимаешь?
— Тогда все в порядке, я готов провести с тобой всю жизнь, — заулыбался Нацу, переварив все сказанное девушкой, — Ты поэтому не разрешила Хибики себя поцеловать? Потому что теперь будешь целовать только меня?
Люси захлебнулась в возмущении. Он за ней следил и даже не скрывает этого! Хам! Да как он вообще посмел? Девушка набрала в легкие воздуха, приготовившись высказать наглецу все, что думает о нем, как вдруг Нацу быстро навис над ней и уверенно поцеловал.
Слова, которые она хотела сказать ему так и застряли у нее во рту, медленно тая. Нацу осторожно провел горячей рукой по ее талии к бедру. Дыхание Люси сбилось, а тело налилось сладким свинцом. Драгнилу стало мало мягкости ее губ и он, поддавшись порыву, раздвинул языком ее рот и проник туда своим языком, неуверенно изучая новое открытие.
Люси сама не заметила, как начала отвечать ему, сплетаясь своим языком с его и вцепившись одной рукой в его розовую шевелюру, другой в плечо. Рука Саламандра перешла с бедра на упругий живот девушки, наслаждаясь нежной кожей.
Когда перестало хватать воздуха, Нацу неохотно отстранился, дотронувшись своим лбом лба девушки и заглянув ей в глаза.
— Я хочу целовать только тебя, Люси, — тяжело дыша, прошептал он.
Табун мурашек пронесся по телу девушки от этой фразы, которую она почувствовала на своей коже в виде его горячего дыхания.
— Нацу… — только и смогла выговорить девушка, обвивая его шею руками.
— Я хочу всегда быть рядом с тобой, — продолжил парень, — Я хочу убить любого, кто причинит тебе вред. Я хочу, чтобы ты всегда улыбалась. Я хочу… Ужасно хочу быть еще ближе к тебе, Люси. Ты знаешь, что это такое?
Девушка удивленно расширила глаза. Она привлекала Нацу, он ревновал ее, желал всегда оберегать ее. Как же она раньше этого не видела? Он испытывал к ней чувства, но не знал, не умел выражать их. Впрочем, как и она, для нее это все тоже было впервые. Понимание того, почему в объятиях Нацу она сгорала, а с Хибики не чувствовала ничего, накрыло ее с головой. Дело было не в том, что руки огненного убийцы драконов были невероятно горячи. Все дело в том, что и она была неравнодушна к своему забавному напарнику. Нежность, привязанность и симпатию она принимала за очень крепкую дружбу. Но нет, с другом не испытываешь таких чувств.
Все эти мысли пронеслись в ее голове за долю секунды. Она взглянула на своего лучшего друга уже иным взглядом. Ее глаза наполнились нежностью к нему, как же сильно она его, оказывается, любила. Она ласково приложила свои ладони к его щекам и притянула к себе.
Она вложила в этот поцелуй все свои чувства к этому чудаку. В поцелуе она гладила его по волосам, а парень, кажется, растаял в ее объятиях.
— И какой же у меня вкус, Нацу? — Отстранившись, лукаво поинтересовалась девушка.
— Как у Люси, — на лице Нацу засияла счастливая улыбка, — Моей Люси.
Девушка звонко рассмеялась, но вдруг, что-то вспомнив, посерьезнела.
— Нацу… — серьезно начала она, принимая сидячее положение, — Скажи мне честно. Ты когда-нибудь встречался с моей мамой? Или, может, имел к ней какое-то отношение? Я понимаю, что тогда ты был маленький, но постарайся вспомнить.
Драгнил удивленно уставился на нее. С чего вдруг такой вопрос? Он нахмурился, честно стараясь вспомнить, просидев так минут пять, так, что девушка уже начала волноваться.
— Если что-то такое и было, то я этого не помню. Я вообще не помню, что со мной происходило до встречи с Игнилом, — наконец ответил ей парень.
Девушка облегченно вздохнула и дала себе мысленную пощечину. Какая же она дура, нашла кому верить. То, что Нацу имел отношение к болезни и смерти ее матери, было абсурдом. Тогда Нацу, как и Люси, было примерно по пять лет отроду. Каким образом он мог бы убить? Бред. Но, все же, какое-то дурное предчувствие не покидало ее.
— Ты никогда не пытался узнать, что было с тобой до встречи с Игнилом?
— Неа, какая разница, — легкомысленно проговорил Нацу и усмехнулся, — Люси… Так что, ты теперь, — парень запнулся, пытаясь подобрать слова, — Моя?
Девушка раскраснелась от такого вопроса. Все так быстро изменилось.