- Ничего себе, куда ты хватил! - усмехнулся Варан. - Потомки...
- Да, потомки, - повторил Симмер. - Ты станешь основателем новой великой династии, перед которой затрепещет даже сам Гурр.
- А ты, стало быть, подомнёшь под себя Бараканда?
- Конечно, нам двоим будет тесно в этом мире. Кроме того, его золотое время уже позади.
- А если я откажусь? - спросил Варан.
- А ты откажешься?
- Нет, - неожиданно для самого себя ответил бывший охотник за головами.
- Я так и думал, - удовлетворённо отозвался Симмер. - Я бы сказал, что твоё появление тут стало счастливой случайностью, но мы оба знаем, что совпадений не бывает.
- И когда мне выдвигаться? - спросил Варан. - Мы теряем время.
- Сначала мне нужно восстановить твоё тело. В таком состоянии ты не сможешь пройти и мили. Кроме того, Мэйлинн уже довольно далеко отсюда. Скоро они покинут Симмерские болота. Но ты - охотник за головами. Ты - лучшая гончая этого мира. Ты найдёшь их след. Теперь, когда они считают тебя мёртвым, они вновь будут вести себя непредусмотрительно.
- Тогда я отправлюсь, как только смогу.
- Конечно, - подтвердил Симмер. - И вот ещё что. Я знаю, что ты - сложный человек, и в будущем, оказавшись вдали от меня, ты можешь изменить условия нашего договора. Поэтому я подстраховался. Твоя душа запечатана в теле особой руной. Эта руна сгорит в первый день зимы, и тогда ты умрёшь. Если, конечно, до тех пор не доставишь мне лирру. Обрати внимание, насколько я щедр. Я даю тебе больше трёх месяцев. Это более, чем тебе потребуется.
- Я ценю это, - буркнул Варан. Действительно, ему приходила уже в голову мысль, что сейчас главное - выбраться отсюда, а там посмотрим.
- Ну вот и замечательно. А теперь мне потребуется несколько дней, чтобы поставить тебя на ноги. Так что - давай, засыпай...
***
Глаза никак не хотели открываться. Снова то же полное ощущение отсутствия собственного тела, и тот же запах озёрной воды. Кроме того - лёгкое шуршание тростника вокруг. Однако, на этот раз возвращение ощущения тела не сопровождалось болью. Точнее, боль была, но по ощущениям это была скорее боль уставших мышц, чем боль сломанных костей и проткнутых внутренностей. Такое пробуждение нравилось Варану определённо больше.
Глаза открылись. Не сразу и не вдруг, не без усилий, но открылись. И причина этого тяжкого открывания стала ясна. Варан лежал, погруженный в грязь. В прямом смысле - с головой. Точнее, его лицо находилось на поверхности, но и оно было обмазано жирным, пахнущим тиной и гнилью илом. С отвращением Варан понял, что этим же илом забит и его рот. Он стал отплёвываться, и вдруг понял, что язык больше не болит. Точнее, почти совсем не болит.
Варан постарался вырваться из грязевого плена, но не преуспел. Сил и так было немного, а ил держал очень цепко. Дёрнувшись раз, другой, и не добившись видимых успехов, он даже слегка забеспокоился. Стало очевидно, что ему не выбраться из этой грязевой ловушки. Однако Варан тут же подумал, что вряд ли Симмер стал бы заморачиваться с его оживлением и лечением только для того, чтобы забальзамировать его заживо в прибрежном глее.
И действительно - почти сразу появилось четверо гоблинов, которые принялись деловито его раскапывать.
- Ты же не думал, что я оставлю тебя здесь умирать! - прямо в голове раздался голос Симмера. - Эта грязь нужна была, чтобы исцелить тебя. Заметь, что прошло всего три дня, но ты уже сейчас можешь пользоваться своей правой рукой. А ещё через неделю и вовсе ничто не напомнит тебе о травме.
- Спасибо, - сплёвывая грязь, прохрипел Варан.
- Вот! Видишь, ты уже вполне сносно владеешь языком, а ведь он у тебя буквально болтался на ниточках. Теперь войди в мои воды, омойся, и будешь готов к путешествию.
Варан так и сделал. Он осторожно и медленно вошёл в холодную неподвижную воду - казалось, она расходится перед ним и тут же смыкается, словно это и не вода, а какая-то гораздо более вязкая субстанция. Зайдя по грудь, Варан задержал воздух и несколько раз присел, окунувшись с головой. Что-то необычное было в этой воде - она наполняла его силами, снимала боль и усталость, делала мысли более простыми и лёгкими.
Выходить из чудесной купели не хотелось, но Варан всё же вышел. Вода стекала с него тягучими струями.
- Отлично. Теперь ты готов. Увы, мои гоблины слишком глупы, чтобы поймать для тебя лошадь, а твоих лошадей увели спутники Мэйлинн, так что до перевала придётся идти пешком. Силы, которую ты впитал сейчас, тебе хватит, чтобы идти без остановок всю ночь и весь следующий день. Немного пищи есть в мешке, который лежит неподалёку от тебя. Но главное - я нашёл твой меч.
- Добрая новость, - ответил Варан, наклоняясь, и поднимая клинок. Обтерев его о рукав, он сунул его в ножны, которые так и оставались висеть у него за спиной. - Ну что ж, долгие проводы - лишние слёзы. Я отправляюсь.
- Отправляйся. И помни, что через несколько дней начнётся осень, а за нею придёт зима.
- Лучшее напутствие, которое я слышал, - пробормотал Варан, пробираясь через прибрежные заросли. - Я вот-вот расплачусь. Да, дружище Окорок, ввязались мы с тобой в историю!
Варан прекрасно помнил лёгкую улыбку Окорока, кровавое пятно, расплывающееся на его одежде, но привычка брала своё. Собственно, Окорок и раньше не отвечал, так что и сейчас ему будет не в тягость быть собеседником Варана. Странно, но Варан почти не чувствовал горечи по поводу утраты друга. Ему постоянно казалось, что стоит сейчас обернуться, и он увидит каменное лицо здоровяка. Закрадывалось лишь лёгкое сожаление, что Симмер не догадался захватить заодно и его душу, пока та топталась у ворот Ассовых чертогов. Ну да дарёному коню в зубы не смотрят, как говорится. Сам жив - и то хорошо. Хотя, конечно, конь бы сейчас был очень кстати.
Варан быстрым шагом двигался на юго-восток. Каким-то чутьём он ощущал, где расположен тракт. Вполне вероятно, в этом была заслуга примолкшего Симмера. Ладно, сейчас главное - выбраться на дорогу. Затем просто идти до перевала. А уж там - Варан в этом не сомневался, - он легко разыщет следы беглецов. Хотя, конечно, было бы неплохо разыскать и их самих, да побыстрее. Варан почти физически ощущал, как где-то в его внутренностях медленно истаивает руна, державшая на привязи его душу. Не стоит отчаиваться - у него есть целых три месяца. За это время можно обрыскать всё Загорье и вернуться обратно. Только бы добраться до Пунта. Золота и серебра у Варана хватает, благо кошель остался при нём. Он снова - идеальная гончая, которая вот-вот выйдет на след. И нет такого следа, который бы простыл достаточно, чтобы мастер Варан его не унюхал.
Глава 20. Пунт
Глаза Мэйлинн широко распахнулись. Тело её изогнулось дугой, а из груди вырвался хриплый выдох пополам с беззвучным криком. Зрачки были расширены так, словно она находилась в темноте.
- Очнулась! Кол! Она очнулась!!! - раздался восторженный крик Бина.
Мэйлинн очумело озиралась по сторонам. Она лежала в каком-то полузакрытом фургоне на ворохе каких-то тряпок. Судя по мерному покачиванию, фургон двигался по вполне приличной дороге. Впереди маячила спина Бина, который правил лошадьми. Точнее, сейчас он бросил вожжи и с обожанием смотрел на лирру. Раздался цокот копыт, а вслед за ним голос:
- Что, проснулась, соня? - вслед за этим показалась голова Кола, который перегнулся с седла и заглянул в фургон.
- Вроде того, - выдохнула, садясь, Мэйлинн. Перед её взором до сих пор стояло подземелье, клубящийся туман и светящийся проем выхода. И всё ещё стоял в ушах жуткий, отчаянный рёв Симмера.
- Тяжко было? Да останови ты повозку, - прикрикнул Кол на Бина. - Я сейчас из седла выпаду!
Бин поспешно ухватил вожжи и потянул их на себя, заставляя лошадей встать.
- Тяжко, - согласилась Мэйлинн. Кол вскочил в фургон, на ходу свинчивая крышку с фляги и протягивая его лирре. - О, вот за это спасибо!