— Но если бы он был заинтересован, предан другой, то это бы очень огорчило… Для каринианского мужчины, особенно военнообязанного каринианца, взять под защиту свою спутницу жизни очень серьезно. Это включает в себя смущение из-за того, что они могли сделать в прошлом.
— Серьезно?
— Серьезно. Кассандра, что происходит? — Кассандра спорила сама с собой, но прежде чем она смогла решить говорить ли всё подруге, от люка раздался сигнал.
— Жавьера, мне нужно идти, кто-то у люка. Я расскажу тебе позже, — отключив ее, она направилась к люку. Кассандра открыла и увидела, что по ту сторону находился Тар.
— Полковник? — она отступила, позволив ему войти в гостиную комнату.
— Адмирал попросил меня узнать, сможешь ли ты ответить на некоторые вопросы офицера Тибулла, — тон Тара был формальным.
— Что? — Кассандра была в замешательстве. — Кто такой офицер Тибулл. Какие вопросы?
— Старшина Тибулл — следователь по делу Фалько. Он будет допрашивать ее в ближайшее время. Адмирал посчитал необходимым сообщить ему о своих прошлых отношениях с Фалько. Появились вопросы, на которые, как считает адмирал, только ты можешь ответить.
— Какие вопросы? — полковник просто смотрел на нее. — Хорошо, не отвечай. Иногда ты настоящий ворчун, полковник, — развернувшись, она направилась в личную комнату.
Куинн не был уверен, что оглушило его больше, что его обозвала ворчуном эта маленькая женщина или тот факт, что она готова ответить на вопросы Тибулла. Когда он прошел вслед за ней, то нашел ее склонившейся и пытающейся застегнуть ботинки.
— Ты собираешься идти? — спросил Куинн, встав на колени, чтобы помочь ей. Кассандра медленно встала, ее мышцы запротестовали.
— Конечно, я собираюсь. Адмирал ведь просил, не так ли? Спасибо тебе, — она направилась в ванную, чтобы высоко стянуть волосы. Она не оставит сомнений в том, что сделала Фалько.
— Давай пойдем.
Пока они с Куинном шли к бригу, их все провожали взглядом. Обширные синяки на щеке Кассандры и на ее шее исчезали под рубашкой, этого было более чем достаточно, чтобы привлечь внимание. Но с арестом Фалько и слухами о том, что Кассандра — это, предположительно, спутница жизни адмирала…
Куинн провел ее в комнату, открывая дверь и позволяя войти ей первой. Зайдя внутрь, она нашла глазами Уильяма, Кассандра могла сказать, что он в ярости от ситуации, в которую ее поставил.
* * *
Уильям визуально просканировал свою спутницу жизни, как только она вошла в комнату. Она собрала волосы назад, показывая каждый синяк, одежда, что она надела, была, очевидно, не ее, за исключением ботинок, на которых все еще были брызги ее крови. Посмотрев в ее глаза, Уильям мог сказать, что Кассандра морально готова к битве. Повернув голову, она обнаружила Тибулла.
— Вы следователь по делу Фалько? — пошла она в наступление.
— Да, — Тибулл не был уверен, что делать с этой маленькой женщиной, которая, очевидно, была ранена, но все-таки стояла перед ним.
— У вас есть ко мне вопросы?
Старшина Тибулл прочистил горло.
— Вы знали, что адмирал и старший лейтенант Фалько были связаны друг с другом?
— Были вовлечены в связь, да. Почти восемь циклов назад, — поправила его Кассандра.
— Как вы узнали об этом?
— Адмирал посчитал, что я должна узнать об этом после того, как Фалько несанкционированно проникла в нашу каюту.
— Когда это было?
— Я полагаю, что дней девять назад, возможно на один-два дня больше или меньше, многое произошло после этого.
— Вы обнаружили ее в каюте адмирала?
— Да.
— Что произошло тогда?
— Когда я ее обнаружила, она потребовала рассказать, что я там делаю. Так как это не ее дело, я отказалась ей говорить. Тогда она стала угрожать вызвать охрану. Я сказала ей сделать это, но предположила, что может быть ей сначала поставить в известность адмирала. Она позвонила ему в отдел коммуникаций, и он приказал ей уйти.
— Кто-нибудь может это подтвердить?
— Я могу, — сказал Куинн ему. — Я был на посту связи с адмиралом девять дней назад. Фалько позвонила и запросила защищенную линию. Адмирал приказал ей немедленно убраться из его каюты.
— Что она тогда сказала вам?
— Ничего. Она покинула кабинет.
— Тогда почему вы ее подозревали?
— Она ничего не говорила, но я узнаю ненависть, когда вижу ее в чьих-то глазах. Так же, как вижу сомнения в ваших, офицер.
— Вы уверены, что они не были вовлечены в связь в последние восемь циклов? — она почувствовала, что Уильям застыл позади нее.
— Да.
— Как?
— Потому что это то, что адмирал мне сказал.
— И вы верите ему.
— Да.
— Почему вы рассказали Лукасу о своих подозрениях по поводу Фалько, а не адмиралу?
— Я сказала адмиралу, что у меня есть «подозрения», как вы выразились, в ночь, когда она была в нашей каюте. Каюта теперь всегда под охраной.
— После бомбежки?
— Вы имеете в виду в медцентре? — она не могла понять, куда он клонит.
— Да, зачем было рассказывать Лукасу? — Кассандра посмотрела на Уильяма в замешательстве.
— Как только я поняла, что отравление Виктории и взрыв были направлены на меня, был только один человек, на которого я могла подумать, кто мог быть ответственным. Лукас был там, и я сказала ему о своих подозрениях, попросила разобраться.
— Какие отношения у вас с Лукасом? — спросил Тибулл.
— Мои отношения с… — она посмотрела на Уильяма. — Что все это значит? — она с уверенностью могла сказать, что Уильям был в ярости от вопроса, но позволил ей ответить. Она повернулась назад, и Тибулл оказался под прицелом пары сверкающих голубых глаз.
— Я встретила Лукаса Зафара, когда он разбил свой истребитель на Земле двадцать семь дней назад, — ее голос был жестким и резким. — Он пострадал, моя семья и я помогли ему. Он пробыл на Земле примерно три часа. «Спасатель» прибыл, чтобы спасти его, там было два пилота и адмирал, чтобы, как я полагаю, найти его и забрать. Пока они забирали Лукаса, нападавшие сбросили на Землю ядерную бомбу. «Спасатель» вернулся на «Возмездие» с Викторией и мной на борту. Земля была уничтожена. Лукас решил проконтролировать, как мы с Викторией устроились. Я считаю его хорошим другом. Он никогда не был для меня чем-то большим, кроме как сыном адмирала. Мой ответ на ваш вопрос о моих «отношениях» с Лукасом вас устроит, офицер Тибулл?
Тибулл прочистил горло.
— Да, благодарю вас.
— Будут еще вопросы? — потребовала Кассандра ледяным голосом.
— Нет. Нет, мэм. Спасибо за вашу помощь, — Тибулл заикался. — Адмирал, могу я получить ваше разрешение на доступ к вашему личному делу?
Уильям сузил глаза.
— Как главному следователю вам не нужно разрешение.
— Я знаю, сэр, но я спрашиваю.
— У вас есть мое разрешение.
— Думаю, что я готов начать свой допрос.
— Тогда вы свободны, — Куинн переводил взгляд с Кассандры на адмирала.
— Я побуду снаружи несколько минут, — сказал он, последовав за Тибуллом.
* * *
Уильям сократил расстояние, разделяющее их, и нежно погладил ее шею, покрытую синяками. Ее глаза все еще пылали.
— Ты очень хорошо справилась со всем этим. Я не думаю, что когда-либо слышал, чтобы Тибулл заикался раньше.
— Это была чушь собачья, Уильям. «Отношения» с Лукасом? Я тебя умоляю! — ее глаза спрашивали его. — Ты ведь никогда не думал…?
— Возможно, в самом начале, — его взгляд скрестился с ее. — Он ближе к твоему возрасту, чем я. Затем ты пострадала, — большой палец нежно ласкал ее щеку, где был синяк. — Я должен был убедиться, что ты в порядке. Когда ты ответила мне, я понял.
— Убедиться в чем?
— Что ты моя, моя спутница жизни, — он наклонился и поцеловал ее, Кассандра обняла руками его за талию.
— Я люблю тебя, Уильям.
— Я знаю.
В это время послышался стук в дверь, и в комнату вошел Тар, одновременно с этим в соседнюю дверь комнаты для допроса вошел старшина Тибулл.