—Понял?
—Э…
—Ты не слушаешь!
—Простите, когда я ем, то глух и нем!
—С этого дня начинается твоя пионерская жизнь! Надо приложить все усилия, чтоб она стала счастливой! У пионера много обязанностей, на него возложена большая ответственность, надо помогать младшим, учиться, учиться и учиться. Мы все тут как одна большая семья, и тебе предстоит стать ее частью!
Семья? Надеюсь, не шведская?
—Надеюсь, по окончании смены у тебя останутся лучшие воспоминания о нашем лагере! – завершила О.Д. свою речь.
—Понял.
—Самое главное для тебя – использовать время, проведенное здесь, с пользой!
Золотые слова! Она права!
Площадь. Все выстроились. Пока Ольга Дмитриевна рассказывала о плане, я смотрел, кто тут есть. Слушал вполуха. Завтра уборка, потом, вечером, дискотека. Послезавтра – спортивный праздник. (пропуск информации). Поход. (пропуск информации). Отчетный концерт. Впрочем, планы имеют свойство меняться.
А вот народ меня интересовал куда больше. В паре человек от меня стоял Электроник, рядом Славя и Лена, потом еще какая-то девушка в очках, в конце – Алиса, какой-то пионер небольшого роста, загорелый, но коренастый и широкоплечий. Карман на груди показывал, что там лежит какой-то прямоугольный предмет. Кассетный плеер? Маловат для него! Телефон? Или еще какой девайс? Ладно, потом с ним поговорю. И что у него на шее? Какой-то проводок…
Памятник. ГЕНДА. Что-то я не мог вспомнить ни одного революционера с такой фамилией. И поза у него странная – смотрит на всех с пренебрежением или надменностью.
—О чем мечтаешь? – спросила Славя.
—Ты запомнил план на неделю? – спросила Ольга Дмитриевна.
—Запомнил.
—Вот и отлично! (взгляд на Славю). Принесла?
—Обходной лист! – сказала вожатая. – Тут 5 позиций. За день тебе нужно везде отметиться. Заняться каким-нибудь видом спорта. Записаться в клуб. В библиотеку. Заглянуть в музыкальный кружок. И посетить медпункт. Все понял?
—Да, – ответил я. Но странно, что обходной надо подписать сейчас…
—Тогда давай, начинай прямо сейчас!
—А обед?
—Обходной важнее!
—Удачи тебе! – пожелала Славя.
Обед в час. Еще успею!
Ладно, сначала я забегу в медпункт. Тем более, я там уже был. Меня встретила уже знакомая медсестра Виола.
—Ну, здравствуй, пионер. Как твоя голова?
—Спасибо. Прояснилась.
Потом последовали дежурные вопросы о стуле, осмотр кожи лица (вдруг сетевой яд всосался и вызвал аллергию в виде дерматита?). Мне стало как-то не по себе от ну очень пристального взгляда медсестры.
—Раздевайся, смотреть будем, здоровье дальше проверять.
—Да мне бы вот… – я протянул обходной лист.
—Потом.
Но тут в дверь постучали, и влетел Электроник.
—Я это… На футболе упал… Я б ничего, но Ольга Дмитриевна…
На правом глазу Сыроежкина оплывал фингал. Серьезное дело. Только упал ты, дружище, не на футболе. Или искра попала, или…
—Садись, сейчас посмотрим, – Виола подмахнула обходной, и я выскочил за дверь. Так, теперь навестим библиотеку. Я мог бы там прописаться, но только не сейчас. Да и книги там наверняка устарели. Сама библиотека – одноэтажное здание с большими окнами – чем-то напоминала банкетный зал в лесопарке Новосибирска. Только там не было вентиляции на заднем дворе, не хватало одной-двух машин посетителей или целого свадебного кортежа.
Я зашел. Да, выбор небогат. 4 стеллажа с книгами, бюст Ленина, проигрыватель пластинок «Радиотехника». Журнал «Кругозор» с пластинкой. Впервые увидел живьем! Я просмотрел, что там было. Читать полные собрания сочинений Маркса, Ленина, каких-то давно устаревших «классиков марксизма» в мои планы и в целях сохранения душевного здоровья не входило. А где же библиотекарь? Найти ее оказалось несложно. Она спала за столом, чуть накрыв календарь. Календарь! Так, что надо… А сама девушка. Короткая стрижка, приятное лицо, толстые округлые очки. Она так мило спала, что не хотелось будить. Но придется кое-что сделать… Аккуратно отодвинул руку, и увидел цифры – 13 июня 1987 года!
На мое счастье девушка что-то проворчала во сне и не проснулась. Теперь подождем. Я забежал за стеллаж. Так, что тут есть? Всякие детские книжки, книжки про пионеров-героев, какие-то философские труды. Но сначала…
Я вытащил телефон и поставил, наконец, правильную дату и время! 13 июня 1987 года. Суббота. Потом приглядел пару книжек. Шопенгауэр – попытался что-то прочесть, но мозг от такой концентрированной философии выдал BSOD. Человек виноват уже тем, что родился? Перед кем? Что за бред! Верну на место! Душевное спокойствие дороже!
—Вы что-то хотели? – раздался голос. Это был парень. А вот и он – сидит за стеллажами у окна. Пиджак висит на стуле. Белая рубашка и пионерский галстук. На лице очки, на столике – несколько книг и исписанные листы, а также вдохновитель, его муза – коричневая кошка, разлегшаяся рядом и мурлыкающая. Кажется, я его вчера видел! Да я его чуть не сделал клиентом Виолы!
—Мне обходной подписать. Да, и извините за вчерашнее.
—Да ничего, – ответил он. – Извините, а можно несколько вопросов… Я тут научный труд пишу. По пионерии. Я б хотел… Вы из какого города? Меня Артем звать.
—Семен. Новосибирск. Простите, но помочь ничем не могу, я занят.
—Тогда извините за беспокойство…
В дверь постучали, и я вышел в сторону библиотекарши. Вошла Лена. Красивая девушка, и все время какая-то задумчивая. Да еще милые вишневые хвостики на волосах. Кстати, а чего у всех волосы покрашены, словно в каком-то шоу?
—Привет! – сказал я.
—Привет! – ответила Лена. – А я книжку пришла отдать.
У нее была книжка «Унесенные ветром», что я видел вчера.
—Ой, а Женя спит. Позже зайду…
—Не сплю, – ответила Женя. Она уже не спала, а наблюдала за мной. Проснулась. У нее на плече расселся атлетический черный кот и недовольно смотрел на всех. Да пока ты, милая, спала, можно было вынести половину библиотеки! (Хотя, куда, если только в макулатуру, а вот «Юный техник» можно продать коллекционерам).
—А тебе чего? – спросила она так, словно я был виноват в том, что она встала не с той ноги, что погода сегодня жарче, чем обычно, и что ей не дали досмотреть сон.
—Вот, обходной, – протянул я.
Женя подписала и вернула, я поблагодарил ее и выскочил. Нет, лучше сюда не заглядывать к такому Церберу! Теперь на спортплощадку и в спортзал. Там опять играли в футбол, в волейбол, а за всем этим буйством спорта надзирал накачанный физрук в костюме «Спартака». Высокого роста, мощный, накачанный. «Борис Александрович», – представился он. Я попросил подписать обходной, что он и сделал, спросив, каким видом спорта я хочу заниматься. «Ты же дрищ, так что надо из тебя сделать человека», – заметил он.
—Спортивная ходьба, – ответил я и взял резкий старт с этого места. Прошло около получаса, а у меня уже были 3 пометки. Так, теперь прямо, и в музыкальный кружок. Это было отдельное одноэтажное здание с крыльцом. Я открыл дверь и вошел. Рояль. Барабаны. Гитары. Сложенные пюпитры. Хорошие колонки, пара японских магнитофонов с лейблами «Sharp QT88 Mk-2» и «National (читай Panasonic для японского рынка) RX-CD70». Круто! Я первый как-то видел в детстве, он меня впечатлил. Начиная от красного цвета и кончая наворотами и звучанием. Второй такой же длинный, 2 кассеты и еще какой-то отсек. Для компакт-дисков, что ли? Если так, то оснащению мог бы позавидовать любой советский музыкальный кружок или клуб, а то и группа. На доске – ноты. В углу – черный рояль. А где хозяин? А что там под роялем?
А там – девушка в такой позе, что я забыл, зачем пришел. Она что-то искала под инструментом, выставив на обозрение полосатые трусики, худенькую попку и чулки, обтягивающие стройные ножки. Я залюбовался, но просто для полноты впечатлений.
—Простите…
—ААА! Кто здесь! – воскликнула пионерка. Она попыталась вылезти, но ударилась о рояль. Я встал на колени, подал руку и помог ей выбраться. (Как говорится, полюбовался красотой – надо помочь ее обладательнице ). Худенькая девушка с длинными волосами цвета аквамарин, заплетенными в косички-водопады справа и слева и почти до колен.