- И это долго?

- Для растянутых мышц да.

- Ты училась этому?

- Чему?

- Ну этому, – Кас изобразил рукой круг и ткнул в ноги девушки.

- Да чему тут учиться то? Сама занималась.

- Зачем?

- Хотелось.

- И все? Хотелось?

- Ты просто не представляешь себе, что такое приют. Это хорошо, конечно, что не представляешь. Попробую объяснить. Ты предоставлен сам себе почти все время, потому что никому не нужен. Никому нет до тебя никакого дела пока ты не накосячишь. Только тогда ты становишься нужен. Для того, чтоб тебе люлей прописали. А потом про тебя снова забывают.

- Это тяжело, – Кас внимательно слушал ее.

- Кому как, наверное. Я привыкла к такому отношению от родителей, поэтому быстро привыкла к приюту. Мэл было сложнее.

- А Бэлла?, – осторожно спросил он.

- Бэлла?, – Тори удивленно посмотрела на Каса и грустно улыбнулась, – Она была как я. Мы вместе косячили. И вместе получали.

Кас приглушил свет. На экране поползли титры заставки.

- Кас?

Он посмотрел на Тори. Она расставил ноги, и они медленно поехали в разные стороны. Через пару секунд она уже сидела на полу и, чуть склонив голову к плечу, легко улыбалась.

- Все? Я вернула долг?

Кас кивнул. Это нечто. Выглядит потрясно. Вспомнился урок физры, Кас сжал кулаки, в голове зашумело.

- А по-другому можешь?

- То есть?

- Ну не так вот, а одной ногой вперед.

- Могу. Но только правой.

Девушка чуть приподнялась, опираясь на руки, и повернула корпус вбок.

- Зачем тебе это надо? Мало ли людей сидят на шпагате, – Тори свела ноги вместе, встала с пола и села на диван.

- Тори, – он сел рядом, – меня все не интересуют.

Кастиэль прижал к себе ту, что сразу доверчиво прижалась к нему. За это ощущение ее доверия можно было отдать все. Оно бесценно.

В начале первого эпизода Тори угнездилась между согнутых ног Каса, прислонившись к нему спиной и утопая в теплых объятиях.

Почувствовала себя в безопасности.

В конце второго эпизода разговоры и обсуждение героев фильма сошли на нет. Кастиэль опустил голову и улыбнулся. Тори уснула у него в объятиях, запрокинув голову ему на плечо.

====== Глава 50. ЗаткнисьИслушай! ======

Солнечные лучи норовили залезть под закрытые веки и прогнать остатки сна. Но открывать глаза Тори не хотела. Ощущение уюта и безопасности не отпускали, и Тори качалась на волнах удовольствия.

- Доброе утро, детка.

Она улыбнулась и тут же скорчила рожицу: ее чмокнули в нос. Новый день уже пришел, и прятаться от него бесполезно.

Тори открыла глаза и чуть подняла голову, заглянула в теплые серые глаза. Ее голова лежала на его плече, а он обнимал девушку рукой. Ее рука, в свою очередь, лежала на груди Каса.

- Привет, – Тори скромно улыбнулась и потерлась носом о его подбородок.

Такой покой. Кайф.

И слышит его голос, отзвук своего внутреннего голоса:

- Так хорошо.

- Я не помню, как пришла сюда.

- Ты уснула в гостиной. Я принес тебя сюда.

Он сильнее прижал ее к себе, и Тори положила голову на грудь Каса. Под ухом бьется его сердце. И оно принадлежит ей. Захотелось замурчать, как кошке.

Но хочется пить. И есть. Тори попыталась встать, но Кас потянул ее обратно к себе, вызвав у нее веселый смех.

- Отпусти.

- Нет.

- Нет? Это еще что такое?, – Тори фыркнула и снова попыталась сесть. Безуспешно.

- Сначала утренний поцелуй.

Глядя на хитрую улыбку рокера, Тори расхохоталась.

- А больше ничего не хочешь?

- Хочу..

- Дурак! Пусти!

- Не пущу, – Кас провел рукой по щеке млеющей девушки, – пока не признаешь правду.

- Какую правду?, – Тори не понимала, каким образом, но он превратил ее сердце в мягкий воск. Она закрыла глаза.

- Что ты моя, – прошептал Кастиэль и нежно поцеловал ее в лоб. В висок. В скулу. В уголок губ. Тори отзывалась на его прикосновения, сжимая в кулак руку на его груди.

Поцелуй в подбородок.

- Скажи.

Неразборчивое бормотание ему в ответ.

- Тори, скажи это.

Губами вверх по скуле. Прикусывает мочку ее уха и тихий стон. Она сильнее прижимается животом к парню, откинув голову назад и зарывшись руками в его волосы. Внизу живота закручивается горячая спираль.

Он отрывается от нежного места за ухом, и девушка протестующе бормочет.

- Тори. Посмотри на меня.

Открывает глаза. Смотрит. В синих глазах – дымка удовольствия. И она пьет нежность и желание из серых глаз в нескольких сантиметрах от ее. Вдруг Кас наклоняется над ее шеей. И замирает, глядя на бледные, но видные на светлой коже отметины от чужой руки…

- Кастиэль?, – Тори не поняла, почему он замер. А посмотрев на его лицо, застыла. Откуда такая ярость? Только что же все было хорошо.

- Прости.

Кастиэль отпустил девушку и встал с кровати, оставив ее в полной растерянности. Тори проводила его вопросительным взглядом. Встала и подошла к зеркалу. Растрепанная, волосы молят о расческе, вопросительное выражение на чуть припухшем со сна лице. Но не из-за этого же он так рассердился.. нахмурилась и перекинула волосы на плечо, собирая их в косу… И охнула.

Так вот в чем дело. Шея. Четыре коричнево-бордовых пятна с одной стороны, одно с другой. Вместе с воспоминаниями к горлу подступила тошнота. Тори закрыла глаза, делая глубокие вздохи.

Все хорошо, я в порядке. Со мной ничего не случилось. Благодаря ему.

Она открыла глаза. Он стоял сзади и смотрел на ее шею, которую девушка тут же прикрыла рукой. Его взгляд.. Как у серийного убийцы, наверное. По крайней мере, она примерно так себе его теперь представляла. Тори растрепала волосы и закрыла ими свою шею.

- Я его найду, слышишь?

Его голос подрагивал, и Тори понимала почему. У нее происходило так же, когда всё. Край. Слово «самоконтроль» теряло всякий смысл. И она испугалась. Умоляюще посмотрела в его глаза:

- Не надо.

- Что?

Судя по голосу, он засомневался, что девушка не тронулась умом. Да она сама тоже засомневалась.

- Ты слышал. Кастиэль, – Тори отвернулась от зеркала и положила руку на грудь Каса, с мольбой глядя в его лицо, – Не надо ничего делать. Не ищи никого.

- Ты понимаешь, что говоришь?, – Кастиэль резко отвернулся и через секунду его кулак впечатался в дверь шкафа, его рычание спровоцировало дрожь в коленках Тори, – Ты не помнишь, что он с тобой чуть не сделал?!

Тори закусила губу. Его слова резали ее сердце ядовитым ножом, который быстрее пустил по венам воспоминания и ужас.

- Помню.

Отчаяние в одном слове заставило его обернуться, и тут же чувство вины отдалось неприятным горьким вкусом на языке. Ей плохо, она пережила настоящий ужас. А он возвращает ее туда. Чертов эгоист. Кас порывисто прижал к себе девушку, прижимаясь щекой к ее макушке.

- Прости меня, Тори. Я больше не подниму этой темы.

Она кивнула, прижавшись щекой к его груди. Взгляд упал на часы на тумбочку.

- Уже одиннадцать! Ничего себе!

- Что за истерика?, – Кас весело заглянул девушке в лицо, скрывая не проходящую пока ярость, – На уроки опаздываешь?

- Конечно, – Тори фыркнула и улыбнулась, – Я есть хочу.

- Ничего другого нет?

- Чем тебе яичница не угодила?

- Да ну ее.

- Ах простите, госпожа, – Кастиэль хмыкнул.

Тори нахмурилась и критическим взглядом обвела содержимое холодильника.

- Макароны у тебя есть? И чеснок?

- Есть.

- Отлично, доставай, – Тори достала из холодильника сливки и бекон.

- Что мне делать?, – Тори удивленно посмотрела на Каса, который пожал плечами, – Что? Я хочу помочь.

- Эээ.. неожиданно. Ладно. Почисти и мелко нарежь чеснок.

- А что мы делаем?

- Что-то наподобие пасты. От Италии далеко, конечно, но лучше, чем яичница. Специи у тебя какие есть?

- Соль.

- И все?

- За кого ты меня принимаешь? Перец еще.

Тори улыбнулась его наигранному возмущению.

- Ладно, так сделаем.