— Дитя Тьмы, приветствую тебя. Ты должна извинить моих бойцов, они не знают твоих правил и твоих законов, — его голос совсем не выдавал никаких эмоций. Он только давал понять, что говорит мужчина. А о чем думает или что чувствует, я не могла угадать. Вот это маскировка.
Он был прав, однако, что это за раса, которая так решает вопросы? Дикари какие-то. У нас нет войны, и редкие вопросы мы решаем между собой силой. Но вот у Энергии это приветствуется.
— Извинить? Это дикари какие-то! Они убили моего знакомого! — настаивала я на своем.
Мужчина посмотрел вверх на потолок и перевел на меня удивленный взгляд. Всё-таки я смогла расшевелить в нем эмоции.
— Прошу послушать. Когда ты пойдешь с нами и попадешь ко мне, то поймешь, что они сделали правильно. Ты нам нужна, дитя Тьмы. И ответы получишь только у нас, — завлекал он меня, не сводя своих синих глаз цвета льда, с меня. Он стоял так неподвижно, что казался неживым. В его лице определенно было что-то нечеловеческое.
Выбора у меня не осталось. Они убили моего знакомого, так что ответы нельзя было получить по-другому.
Я махнула рукой, забирая энергию. Мужчина тут же свалился на пол, а самец, который со мной говорил, мягко улыбнулся, а затем исчез. И не поставят они на мне никаких опытов. Я слишком сильная для них. Я свободная.
========== Часть 4 ==========
Долетели удачно. Никто со мной не говорил. Только та самая самочка все время не сводила с меня глаз и наблюдала за каждым действием. Но я ничего не делала, только сидела в отведенном месте и ждала встречи с тем важным самцом. Они убили единственного самца, с которым я могла попробовать. Он был нежен ко мне и ласков. Однако… этот самый самец, который являлся мне, может я с ним смогу? Он выглядел не тем, кто бы имел в запасе самку. И он не был на вид полноценным самцом. Запахи и вкусы не передаются через голограмму, однако по внешнему виду можно попытаться определить положение существа. И я попыталась. Всю дорогу к станции бойцы не опускали оружие. Они были наготове. Боялись, что я нападу. Но если я нападу, то оружие им не поможет. Никогда.
На станции, которую мне довелось видеть впервые, для меня ответили так называемую комнату. Комната эта была довольно маленькой. Из мебели — кровать, стол и стул. В углу был небольшой умывальник и маленькое зеркальце. Однако, в нашем мире и этого нет. Никакого комфорта.
Сквозь большое непробиваемое окно я могла видеть всю лабораторию. Там было много разного неизвестного мне оборудования. Всё такое незнакомое и тихое. Из окна было видно, как невысокий мужчина в белом халате копошится над бумагами. Рядом с ним стояла рыжеволосая девушка в очках. Она что-то бубнила.
Эта комната вызывала ещё больше вопросов и воодушевленных откликов. Здесь столько всего нового для меня. Я потрогала мягкую кровать, стены, заглядывала в окно и обнюхивала его. Мне определенно нравилось здесь. Тут было тепло и сухо. Я всегда мечтала о таком домике. На нашей планете вообще дома другие. Там они примитивные, но зачем нам строить что-то большее? Нам достаточно тех удобств, которые и так уже есть. Дело в том, что человек создал себе всякие удобства, потому что противостоит природе. Машина, к примеру, полезна, когда люди не могут дойти пешком, не обогнав время.
А дети Тьмы могут. Тем более мы звери по истинной природе и бегаем быстро, а ещё прыгаем высоко. У нас нет ничего подобного такой мягкой кровати как здесь. А одежда… я просто фанатела от неё. Все ходили в такой красивой одежде, а я была в грязной и рваной. Если бы у меня было много одежды, я бы каждый день одевала что-то новое.
Я легла на кровать, полностью расслабившись.
— Мне так приятно тут лежать… ах… — прошептала я, ощущая всем телом полный комфорт, которого мне так не хватало. Вот, что значит третий мир… он отсталый только в способностях и развитии, однако у него есть такие удобства… а вся моя раса спит на земле или на каких-то камнях, которые держат тепло. Такого тут не было. Никто не спал на камнях. Я решила, что останусь здесь, в этом комфорте. Если вдруг мой ранг станет повышаться, то придется вернуться за наблюдателем. По правилам кто-то должен контролировать смену ранга. Переход в следующий ранг сулит не только открытие новых способностей, но и сильную агрессию и бесконтрольное поведение. Я осмотрелась. Почти повсюду были эти странные знаки, вернее один, но он был повсюду. Что он означает?
Я села на кровать и заметила камеру наверху. Она наблюдала за каждым моим движением. И зачем им это? Чтобы постоянно видеть меня? Внезапно у стекла появились люди. Те самые, которых я видела. Мужчина ударил пару раз по стеклу. Я внимательно осмотрела их.
— Хочу одежду… такую, как у женской особи человека… — прошептала я, вставая и сожалея, что такого низкого ранга. Я могла превращаться в людей, клонировать их, но одежду нет. Это ужасно. Высшие ранги могли стянуть и одежду. Я встала и подошла к стеклу, прижавшись к нему. Холодное. Комната находилась в какой-то лаборатории или исследовательском центре. Место, где лежит сейчас мертвым мой первый знакомый, очень похоже на это.
Я уставилась на человека, который постучал по стеклу. Это стекло не было для меня преградой, ибо моя сила могла сокрушить его. Однако разрушать я не люблю. И многие мои знакомые на родной планете осуждают за это. Я слаба для своей расы, однако слабость не повод, чтобы выгонять. Ранг послужил хорошим поводом. Но люди? Погонят ли они меня обратно? Я не знала, хотя уходить куда-то снова не хотела. Я положила свои ладони на стекло, царапая его. Почему они меня тут закрыли? Дверь не открывалась, видно, только они могли это сделать. И зачем меня здесь держать. Хотелось бы уходить и приходить когда угодно, тем более я должна есть. Вода везде есть, во всех мирах. И всем живым она необходима. Но моя раса питалась ещё и энергией, ибо еда не могла восполнить расходы способностей. Энергии я была полна, но если она будет на исходе, то придется лететь к датчику Энергии.
— Хочу открытый домик, — прошептала я мужчине, не зная, слышит ли он через этот барьер.
И где этот человек, который был там, когда мой знакомый умер? Неужели он сам не придет ко мне?
Мужчина внимательно взглянул на меня. Он что-то черкнул в свою тетрадь и повернулся к коллеге. Они говорили, но я их не слышала. Можно было бы попробовать выйти на мысленный контакт, который мы используем в своей расе. Дети Тьмы не разговаривают, они мысленно общаются между собой. Чтобы понять, кто и что говорит, мы используем ещё определенный сигнал.
Девушка с той стороны нажала на одну из кнопок. Позже мужчина ввёл что-то на панели и дверь открылась. Я хотела выйти сама, но мужчина первым ко мне зашел и, взяв за руку, повел из комнаты. На его руках были необычные перчатки. Температура перчаток постоянно колебалась. Я не могла понять, зачем он носит такие странные перчатки. Мне всё было в новинку. Мужчина проводил меня к какой-то странной комнате, вернее это не было похоже на комнату, ибо в ней не было ничего. Только окна и множество подсоединенных проводов. Мужчина проводил меня туда, затем посадил и сам вышел. Дверь закрылась. Тут я могла слышать. Прижавшись снова к стеклу, я стала пытаться угадать, зачем меня сюда посадили. И я даже не успела ничего сказать.
— Слушай Норман, ты уверен, что она готова для проверок? Она так мало времени тут находится, наверно ещё не свыклась. Ей, вероятно, страшно, — сказала девушка.
Страшно? Нет, вовсе нет. Матушка не позволила нам бояться, даже её мы не боимся. И как я могу бояться таких примитивных существ? Люди ничего не могут мне сделать.
— Не говори ерунды. Призрак платит нам не за то, чтобы мы курорт для других видов устраивали. Да и если что не так, приборы это тут же покажут, — сказал мужчина, упомянув как раз того, который мне являлся. И где же он сам?
Мужчина нажал несколько кнопок. Появился синеватого цвета сканер и прошел через меня. Давление, пульс. Они теперь знали данные, данные человека, которым я стала. Я могла менять температуру тела и некоторые его параметры. Если бы они просканировали мой истинный облик… то бы поняли на самом деле мою природу.