Пока размышлял по поводу владения языком этих талибов, меня развязали и отволокли в другую комнату. Там посреди стоял странный серый саркофаг с открытой вверх крышкой. Запихав меня в саркофаг, один медик-бородач начал деловито нажимать кнопки на боку этого устройства, и крышка медленно опустилась. Меня обдало теплым воздухом, и я провалился в крепкий сон.
Пробуждение было легким и приятным, такое бывает только в детстве, когда просыпаешься в мягкой постели, полон сил и ничего не болит. Даже сон хороший приснился, будто мне снова десять, и я у бабушки в деревне. Начался новый летний день, я на каникулах и меня ждет масса приключений! Захотелось сладко потянуться, и я попытался задрать руки в верх. Ага, хрен там! Только приподнял свои рученьки в горку, так они уперлись в крышку этого гроба, под названием «медкапсула». И сразу на меня обрушилась реальность. Талибы, рабство, кинжал! Мля… Стоп, мое хозяйство! Я с трепетом в душе запустил руку вниз и ощупал каждый сантиметр там. Уф, кажется все на месте! Ну хоть что-то радует!
– Э-э, ти шьто тама, драчыт сабралса?! – Раздался голос слева от меня. Ох блин, я и не заметил, как крышка капсулы открылась. – Я это, нет! Я просто проверил…
– Ага, правериль он, давай, вылаз из капсула!
Ну я вылез и стою по-прежнему голый. Передо мной все тот же медик-бородач.
– Вот, одевайся, на тываи муды сматрэт не буду! – Он швырнул мне серый сверток. Я поймал и развернул. Ну типа комбинезона, правда сшит сразу вместе с сапогами. Ткань больше похожа на кожу или кожзаменитель. Одел. Медик подошел ко мне и провел ладонью по какой-то бирке на груди. Неожиданно комбез сам подстроился под мою фигуру и сапоги тоже плотно обхватили ступни. Я пошевелился, не ну а че, сидит на теле, как вторая кожа. Башмаков тоже не ощущаю. Приятно даже!
– Аделся?! Видишь, вот там рукой провел, одел. Провел еще раз, снял. Поняль?
– Да, я понял.
– Тагда идешь па зеленый стрелка на полу. Там тебя жьдут. Все, иди!
После этих слов медик отвернулся от меня, и стал что-то нажимать на боку капсулы, абсолютно потеряв ко мне интерес. Так и есть, зеленая стрелочка засветилась вдоль пола, и я пошел, следуя указателю.
***
Нас было что-то около двух десятков. Собрали нас в помещении типа железного ангара, но потолок низковат. И что самое странное, пока я тут хожу, еще ни разу не видел окон. В бункере мы что ли? Хрен знает. Все, как и я в таких же комбезах и все лысые. То есть абсолютно, ни волос, ни бровей. Я ощупал свое лицо, все также гладко, будто не брили, а эпилировали. Ну не бывает на столько гладко после бритвы!
Нас построили в шеренгу и вышел тип совсем не похожий на местных. Такой-же лысый, как и мы, но только в черном комбезе. Он прокашлялся и задвинул долгую, но достаточно информативную речь: – Порочные! Вам выпала честь стать рабами знатного и благородного, достопочтенного сына звезды «Халиф», несравненного Хасита Арак ум Бахрам. Вы теперь его собственность! Вы находитесь на его прекрасном, несокрушимом крейсере – «Аляф-Аси». Вы будете хорошо работать, вас будут кормить и лечить! Будете работать плохо или часто болеть, вас казнят! Если вы будете портить имущество, так заботливо вам, детям шьлюхи и пурко, данное великим Хаситом Арак ум Бахрам, вас казнят! Попытаетесь сбежать, вас непременно поймают и казнят! Вам все ясно гниды?! – Сказал и развернувшись, удалился. Видимо тут, как и в армии, спрашивают так, для проформы. «Вопросы есть-вопросов нет». Все дела. Затем нам дали жрать. Никаких тебе ни столов, ни стульев, а просто так, выкатили тележку и раздали каждому по глубокой тарелке из пластика с кашей. В относительно небольшой пайке каши, валялась такая же, как и тарелка, желтая пластиковая ложка.
Говорят, «Каша – пища наша», но только не в этом случае! Липкая вязкая субстанция, со вкусом ванили и ментола. Хоть я и хотел жрать как лось, в меня влезло всего несколько ложек этой дряни. Поморщив рожу, я бросил ложку в недоеденную кашу и отнес это «кушанье» обратно на тележку. К моему искреннему удивлению, многие из присутствующих не разделяли мое «фи» к этому шедевру кулинарии и с удовольствием жрали, усердно тарахтя ложками по пластику.
После неудачной трапезы, я оглядел собравшихся здесь людей. Все примерно моего возраста и комплекции. Признаюсь, большого здоровья и мускулатуры мне природа не дала, ростом тоже не ахти. Мордой тоже не «Ален Делон», так лицо как лицо. Но и не урод, не доходяга, и на том спасибо. Однако хмурые лица моих «коллег по несчастью», оптимизма мне не добавляли. Более того, некоторые сидели и роняли слезу. Вот это на мой взгляд лишнее. Не гоже мужику сопли разводить! Вот если прикинуть, полечили, одели, покормили. Чем плохо? А если выкинуть тот эпизод с ножом и моими «бубенцами», так вообще лафа! Видать местный народец в нашей армейке не служил. Особенно как я, аккурат при том «веселом Борьке»! Если они при этих раскладах рыдают, то там? Поди повесились бы все! О, снова этот чудик в черном идет!
– Порочные! – Это он типа к нам так. Хотя строиться не приказывает, пожалуй, и я присяду на пол, как и все. И послушаю его. Ну-ну… – Порочные! Вам выпала честь работать на благо великого Хасита Арак ум Бахрам! Ваша работа будет заключаться в том, чтобы заниматься сбором деталей и механизмов на поверхности планеты. Каждый из вас получит специальный маячок на запястье. Работает он просто. Загорелся зеленым, – общий сбор у корабля. Загорелся красным, – значит вы покидаете разрешенную вам зону и вам следует немедленно вернуться назад. Если у вас горит желтый, значит вы нарушили правила и вас ждет наказание! Вам ясно? – И не дождавшись ответа, этот тип раздал каждому чего-то типа электронных часов с ремешком из гибкого пластика. – Одевайте на левую руку и не вздумайте снимать! НИ-КОГ-ДА! – И грозно так зыркнул на нас. Правда вышло немного комично, но я сдержал смешок. Да ну его на хрен, вдруг обидится еще!
Ну я надел это устройство, даже разобрался как застегнуть ремешок, и оно меня кольнуло в руку прямо под своим корпусом. Не больно так, но неожиданно. Хотел было сорвать эту «колючку» с руки, но вспомнил указание и решил не геройствовать. Благо эта хреновина больше не кололась. На браслете сработал вибромеханизм и оно коротко пикнуло. На его крохотном дисплейчике высветились четыре цифры – 0034. Смотрю и у остальных так, только цифры разные. Ну это скорее всего мой индивидуальный номер. Кстати и у меня на работе, кхм, прошлой работе, было в ходу тоже самое. Каждый работник предприятия имел свой личный «табельный» номер. То есть номер id работника по регистрационному табелю. Мы между собой, шутя называли его «лагерный», но судя по дисциплинарным требованиям, введенным на предприятии, мы были не далеко от истины. Вот судите сами: опоздал, – взыскание, ушел с работы раньше, – взыскание. Не выполнил положенный объем работы, – «выговор с занесением в личное дело». Три выговора подряд, – увольнение. Явился с перегаром, – тогда пожалуйте сударь, на мед освидетельствование. И не дай бог, прибор замеряющий промилле алкоголя на выдохе, покажет выше нуля! Тогда увольнение. И не просто так, а с занесением в личное дело. А это уже огромный минус при попытке устроиться на другую работу! А работу найти в наших краях, это просто жопа… Так что, как говорят: «В каждой шутке, есть доля самой шутки». И прозвище «лагерный номер» не спроста!
А «черный тип», продолжил вещать: – Запомните этот номер. Теперь это ваше родное имя и фамилия и кличка и все остальное! Когда называют ваш номер, вы должны отозваться. Проигнорируете, вас накажут! – Ой мля, прям дежавю какое-то! Тип прокашлялся и продолжил: – В данный момент мы летим на планету к месту вашей работы. Там вас высадят и покажут место где вы будете жить, место где жрать, место где гадить. Сразу скажу, будете сорить и гадить «где попало», вас накажут! Дальше, покажут место работы и укажут, что именно вы будете собирать. Работать вы можете в любое время суток, но главное на отдых у вас не более восьми часов. Ваш «браском» все фиксирует в режиме реального времени. Нарушите, – накажут! Также нельзя покидать определенную территорию. За это, – смерть! У меня все. Надеюсь вы все поняли. Тупые здесь живут не долго! Вопросы? – И только этот типчик хотел было свалить, как один из толпы задал вопрос: – Извиняюсь уважаемый, а как к вам обращаться? – Видимо вопрос был для него неожиданным, и он резко остановился.