— Как там П-Папайрус? Вы успели с-сбежать?

Санс, кажется, как и Чара, не особо горел желанием всё объяснять.

— Ал, никто не пострадал. Уже никто не пострадал.

По взгляду королевской учёной можно было догадаться, что она ничего не поняла. Тогда скелет тихо пробормотал какое-то ругательство и затем выпалил:

— Произошёл какой-то скачок во времени, всё вернулось назад. Туда, где ещё никто не пострадал. Это другое время, в этом времени ты ещё не проводила регулировку климата в Сноудине. А теперь, если ты не против, можешь помочь этим человеческим детям с их проблемами? И у меня будет к тебе парочка вопросов…

Монстриха, нахмурившись, кивнула. Видимо, ей придётся объяснять всё куда детальнее. Однако она всё же подошла к детям и внимательно изучила их взглядом сквозь большие очки.

— Что с вами с-случилось…? — она разглядывала глаза Люси — Явное раздражение и в-воспаление…

— Андайн, можешь считать, заставила их искупаться в воде около свалки. — пояснил Санс — Сколько всякого дерьма в той воде побывало…

— Вот и я о том же.

Альфис ненадолго задумалась, после чего заковыляла куда-то, бросив через плечо:

— П-подождите здесь, я сейчас…!

Спустя пару минут она вернулась оттуда с парой флакончиков с какой-то жидкостью, бинтами и какими-то небольшими коробочками. Она хотела поставить всё это на свой рабочий стол, однако тот был завален всякими бумагами и грязными кружками. Пропыхтев какое-то ругательство, Альфис попыталась осторожно отодвинуть хлам в сторону, попутно разбив одну из кружек.

— Потом уберу… — едва слышно пробормотала она.

— Ха. Готова поспорить, что эти осколки будут валяться здесь ещё месяц, прежде чем она наступит на них и порежется, а затем уберёт. — усмехнувшись, фыркнула Чара и продолжила сверлить монстриху скептическим взглядом — До этой мало что сразу доходит.

«И она действительно королевская учёная?» — изумился Фриск про себя, не решившись выразить свои сомнения вслух — «Она довольно неуклюжа и безолаберна… Неужели ей доверили эту должность?»

— Я знаю о чём ты подумал. — проговорила красноглазая, привлекая к себе внимание — Однако на этой должности она заслуженно.

— Я… Я п-плоха в медицине… Больше в технике… — замялась королевская учёная, нервно сминая в руках краешек своего белого халата — Н-но я постараюсь сделать всё, что в моих с-силах. К-кто первый…?

Никто не решался.

— Да брось, Фриск, тебе же больно сейчас! — раздражённо процедила девушка, смерив его презрительным кроваво-красным взглядом — А она — твой шанс избавиться от этой боли! Тогда какого чёрта ты всё ещё стоишь на месте?!

Она всё-таки права. Подавив в душе сомнения, Фриск всё же подошёл к монстрихе.

— Х-хорошо, присаживайся и запрокинь г-голову наверх. — попросила Альфис.

Мальчик повиновался. Тогда учёная быстро и осторожно закапала ему глаза дурно пахнущей жидкостью из одного флакона. Глаза сразу же начали слегка печь.

— А теперь, — Альфис пододвинула настольную лампу ближе и включила её — с-смотри на свет. Реакция будет п-протекать лишь при свете…!

Фриск повернулся к яркому свету и тут же зажмурился.

— Н-не закрывай глаза…!

Пересилив себя, парнишка вновь открыл глаза и заставил себя смотреть прямо на горящую лампу. Жжение усилилось, к нему добавилось покалывание. Боль становилась всё невыносимее, и вскоре мальчик болезненно зашипел. На глаза начали наворачиваться крупные слёзы, мешающие видеть что-либо ещё, кроме противно яркого света.

— Мне больно…! — сквозь стиснутые зубы проговорил Фриск, крепко вцепившись в стул пальцами.

— Т-так и должно быть. — раздался ответ где-то совсем рядом — Потерпи, скоро это з-закончится.

Фриск старался терпеть, правда старался. Поэтому вместо болезненных вскриков до всех доносилось лишь сдавленное шипение. Возможно, они даже не представляют, что он сейчас испытывает, и, возможно, это как раз-таки к лучшему… Если он сможет это вынести, то смогут и остальные.

Вдруг на плечи парнишки опустились тяжёлые и тёплые руки Ториель.

— Всё будет хорошо… — прошептала она едва слышно, и почему-то от этих слов мальчик почувствовал себя заметно лучше.

Альфис вдруг потушила лампу и вручила ему белый платок.

— Т-теперь тщательно протри… Вот так. Совсем скоро всё п-пройдёт.

Фриск встал, уступая стул следующему человеку, и отошёл к стене, на которую облокотился Санс.

Глаза всё ещё слабо побаливали, а из-за недавнего ослепляющего света парнишка всё ещё плохо видел. Но он сразу же отметил, что той резкой боли больше нет.

Спустя минуты две взгляд окончательно прояснился, а следом болезни осталось лишь покраснение глаз, так что мальчик с облегчением выдохнул.

«Теперь всё должно быть хорошо.» — пронеслось в голове.

Однако совсем скоро Фриск отчего-то начал чувствовать себя некомфортно. Что-то мешало ему удержать успокаивающие мысли у себя в голове.

Он повернулся к стоящему рядом скелету и тут же вздрогнул: тот, не мигая, смотрел прямо на него. Ничего не говорил, просто смотрел… Однако смысл этого взгляда парнишка просёк сразу, поэтому предпочёл аккуратно отойти подальше.

«Он меня ненавидит…!» — с досадой подумал мальчик — «Ведь есть за что… Но это же не может продолжаться бесконечность…? Когда-то же он сможет понять, что я изменился…? Просто ещё не время…»

Фриск закрыл глаза и глубоко вдохнул.

«От осознания этого отнюдь не легче…!» — пришлось признать этот факт — «Я бы хотел как-то наладить с ним отношения, может быть, мы смогли бы стать друзьями… Как мне это сделать? Может быть, разговор по душам сможет помочь…? Может, я могу что-то сделать для него…? Или лучше не лезть к нему? Оставить всё, как есть, и оно само разрешитс…?» — однако мысль не дал закончить громкий болезненный вскрик.

Фриск открыл глаза и увидел Кевина, сгорбившегося на стуле и стоящую рядом встревоженную Альфис и Ториель. Остальные дети сейчас уже лишь потирали глаза и вытирали слёзы от недавней болезненной процедуры.

— Н-не прекращай смотреть на свет…! Реакция без н-него не начнётся…

— Я не могу открыть их…! — шипел мальчик — Даже просто держать на свету больно…!

— Д-до сих пор…? — пролепетала королевская учёная — Но реакция уже должна б-была ослабнуть…

Монстриха осторожно протёрла ему глаза платком и внимательно изучила их. Спустя минуту она спросила:

— Ч-что ты чувствуешь сейчас…?

— Мне по-прежнему больно, но уже меньше. — слабо отозвался Кевин — Причём правый глаз болит куда сильнее левого…

— Правое веко и опухло куда сильнее… — пробормотала Ториель и встревоженно повернулась к учёной — Это же пройдёт, правда…?

Нависло напряжённое молчание.

— Я… Я н-не знаю… — пролепетала Альфис, уставившись в пол, чтобы не встретиться взглядом с кем-нибудь — Я не уверена, что смогу с-сделать что-либо с этим… Это не в моих с-силах.

— Чёрт… — тихо выругался Джейк.

— Н-но я сделаю всё возможное…! — тут же выпалила королевская учёная.

Кевин вжал голову в плечи.

— Жаль парнишку… Не уверена, что Альфис сможет что-нибудь сделать этим, но хвалю за попытку. — протянула красноглазая.

Кевин, кажется, почувствовал на себе сочувственные и жалостливые взгляды и громко сказал:

— У Алекса сейчас проблемы куда серьёзней моих…! Давайте сконцентрируемся на нём, а не на мне…!

— П-простите…? Алекс…? — не поняла Альфис — Здесь есть ещё один ч-человек…?

— Да…! — выступил Фриск — Его схватила Андайн…! Она сказала, что ты сможешь разобраться, что делать. Что она имела ввиду? Она приведёт его сюда?

— П…п-понятия не имею… — замялась королевская учёная — Н-но с ней он может быть не в б-безопасности…!

— Так, может, сделаешь что-нибудь с этим? — фыркнул Санс — На нашу рыбёшку сейчас повлиять можешь лишь ты.

Монстриха пошарила по карманам своего халата.

— С-сейчас… Я-я п-позвоню ей.

— Для тебя это, конечно же, как всегда волнительно. — усмехнулся низкорослый скелет и сразу же получил в ответ раздражённый взгляд — Уу, не злись, Ал. В этот раз ты всё-таки звонишь ей по работе, а не в отчаянных попытках поболтать.