Бу-у-у-ум!

Послышался мощный грохот. Рука из огня, прошедшая через множество атак, сокращавших её мощь, наконец взорвалась. Пламя разлетелось во все стороны, и в то же время на небесных демонах Бай Сяочуня появились трещины. Через мгновение они развалились на куски. Бай Сяочунь полетел вниз, словно метеор. Бабах! Он упал на землю и там образовался тридцатиметровый кратер!

Бай Сяочунь лежал на дне кратера с белым как смерть лицом, а из уголков его рта выступала кровь. Силой удара его вырубило, и он лежал без сознания. Более того, произошло кое-что, чего никто не заметил. На пальце его правой руки постепенно затухал чёрный свет, который промелькнул в момент столкновения. Как только Бай Сяочунь потерял сознание, то его печать, подавляющая культиваторов секты Кровавого Потока, тут же спала.

Но было ещё кое-что, чего никто не заметил. Когда Пламя Засухи напал на Бай Сяочуня, то где-то в горах Лочень с ярко блестящими глазами за всем наблюдала обезьяна. В то же время в облаках секты Кровавого Потока промелькнула пара ярко-красных глаз.

========== 285. Мастер Тысяча Лиц ==========

Раздался грохот, и у кратера появилось два человека. Одним из них был патриарх клана Сун, а другим — учитель Ли Цинхоу патриарх Железное Древо. Через мгновение они уже оказались рядом с Бай Сяочунем. Глаза патриархов встретились, и они сразу же поняли, что каждый предельно бдителен и настороже относительно другого.

Теперь печать больше не подавляла основы культивации людей в секте Кровавого Потока, и их энергия поднялась до небес. Кровавые облака заклубились, в тоже время зомби и горгульи задрожали и начали завывать. Крутыш не успел вмешаться, чтобы помочь Бай Сяочуню, а сейчас он смотрел на патриарха Пламя Засухи с ненавистью, которая поднималась от самых глубин его души.

Кровавые дитя дрожали. Кровавые звёзды, высшие старейшины, ученики внутренней и внешней секты, а также патриархи — все были настолько поражены, что с трудом могли сдвинуться с места. В то же время культиваторы секты Духовного Потока тяжело задышали, в их глазах показался гневный блеск, и они уставились на секту Кровавого Потока. Ещё минуту назад напряжение спадало, но теперь атмосфера снова накалилась. Все понимали, что, учитывая существующие разногласия, сражение, которое уже казалось невозможным, может снова разразиться в любой момент.

В воздухе патриарх Пламя Засухи слегка нахмурился, смотря на Бай Сяочуня. Про себя он с сожалением вздыхал, что ему удалось лишь ранить того, а не убить. Несмотря на такой неожиданный поворот, не было необходимости продолжать пытаться навредить Бай Сяочуню.

«Он только потерял сознание, — подумал он, — но и этого должно хватить…» С блестящими глазами и убийственной аурой он посмотрел на секту Духовного Потока и провозгласил:

— Печать снята. Секта Духовного Потока, ваши презренные дела сегодня подтвердили, что ваши деяния сможет смыть только кровь! Дети Кровавого Предка, атакуем все вместе горы Лочень и сотрём секту Духовного Потока с лица земли!

При этом он запрокинул голову, засмеявшись изо всех сил. Намерение убивать запульсировало вокруг него. Довольно много учеников секты Кровавого Потока поднялось в воздух, их глаза светились убийственным светом, они были готовы пойти в бой. Культиваторы секты Духовного Потока сжали кулаки, их пронзительные взгляды стали ещё острее. Однако, как раз когда патриарх Пламя Засухи уже готов был сорваться с места, в воздухе раздалось холодное хмыканье.

— С каких это пор ты стал отдавать приказы всей секте Кровавого Потока?

Вместе со словами разлилось мощное давление и сила запечатывания, которая заставила учеников секты Кровавого Потока, готовых напасть, задрожать и остановиться. Патриарх Пламя Засухи помрачнел, повернувшись лицом к тому, кто только что говорил, а сейчас шёл прямо к нему. Это был не кто иной, как главный патриарх секты Кровавого Потока, самый сильный культиватор секты. Ранее его основа культивации была уменьшена на половину, но сейчас печать спала и его энергия била ключом. Казалось, что мощь небес движется вместе с ним, всё вокруг искажалось и искривлялось.

— Что это значит, мастер Божественный Ветер?! — рассержено проскрежетал патриарх Пламя Засухи, его лицо помрачнело.

— Что значит? — ответил главный патриарх. — Я только что сказал тебе остановиться. Почему ты всё равно атаковал? Я не верю, что Бай Сяочунь ненастоящий Черногроб. Он определённо кровавое дитя секты Кровавого Потока и, что ещё более важно, Кровавый Лорд!

В глазах главного патриарха промелькнул холодный огонёк, пока он говорил, его слова грохотали, словно гром. Сердца культиваторов секты Духовного Потока забились быстрее, а что касается патриарха-основателя, то в его глазах появился странный свет. Вся секта Духовного Потока молча наблюдала за развитием событий. Перед лицом мощного давления со стороны главного патриарха патриарх Пламя Засухи попятился назад. Потом повернулся к остальным патриархам и воскликнул:

— Конечно, я знаю, что он кровавое дитя. Но неужели вы и правда думаете, что такому человеку, как он, можно позволить подавлять основы культивации всех в секте?! Он должен умереть! Его смерть никак не повредит секте Кровавого Потока! На самом деле она станет для неё благословением! Я просто сделал то, что вы не решались сделать сами. Вот и всё!

Многие люди в секте Кровавого Потока стали сомневаться, как относиться к произошедшему. Что касается патриархов, то они были такими угрюмыми, что невозможно было понять, что именно они думали. Пока главный патриарх слушал слова патриарха Пламя Засухи, на его лице появилась холодная и угрюмая улыбка. Потом он спросил:

— Я тоже могу подавлять основу культивации любого человека в секте. Может, ты считаешь, что и меня нужно убить? А ещё мне очень интересно, почему же печать Кровавого Лорда не подействовала на тебя?

В ответ на эти слова множество культиваторов секты Кровавого Потока пораскрывали рты. Когда люди начали припоминать, как всё происходило, стали раздаваться поражённые возгласы. Хотя в тот момент они не обратили на это внимание, но сейчас, оглядываясь назад, все предельно ясно это вспомнили.

Со стороны секты Духовного Потока была схожая реакция, за исключением неудивившегося патриарха-основателя, чьи глаза слегка поблёскивали. Он заметил это ещё раньше. Патриарх Пламя Засухи помрачнел, а на лбу у него выступил пот. Он не знал, как ответить на вопрос главного патриарха. Его первоначальный план заключался в том, чтобы пойти на риск и попытаться убить Бай Сяочуня. Если бы Бай Сяочунь умер, то секты Кровавого и Духовного Потоков уже не смогли бы объединиться ни при каких обстоятельствах. Они были бы вынуждены начать сражение.

«Проклятье! — подумал он. — Этот Бай Сяочунь слишком удачлив. Не могу поверить, что он выжил после моей атаки!» Патриарх Пламя Засухи стиснул зубы, и неожиданно его тело стало терять очертания — он собирался сбежать.

— Думаешь, что сможешь просто так уйти? — сказал главный патриарх, в его глазах горело намерение убивать.

Без промедления он взмахнул пальцем в сторону патриарха Пламя Засухи. В то же время остальные патриархи секты Кровавого Потока подлетели и окружили Пламя Засухи, не давая ему сбежать. Очевидно, что они тоже поняли, что именно это он и попытается сделать. Раздался грохот, и от пальца главного патриарха распространились волны силы уничтожения. Патриарх Пламя Засухи, понимая, что не может убежать, запрокинул голову вверх и завыл. Быстрый жест заклятия заставил волну пламени вспыхнуть и столкнуться с волной силы уничтожения.

Раздался оглушительный грохот, и из уголков рта патриарха Пламя Засухи показалась кровь. Однако он использовал силу столкновения, чтобы отступить. Даже так он не мог противостоять объединённым усилиям всех патриархов секты Кровавого Потока. Шесть патриархов атаковали в одно и то же время, используя магические техники, магические предметы и божественные способности. Появился огромный кровавый меч и по мановению руки патриарха Беспредельного опустился вниз. Сотрясающий небеса и переворачивающий землю грохот раздавался и прокатывался по окрестностям, пока патриархи сражались, используя силы, способные, казалось, уничтожить всё и вся. Тут появился свирепый, рычащий дракон, рядом с которым находился патриарх, который когда-то был ничем не примечательным учеником на Вершине Болотца. Когда он приблизился, то его удар кулаком разбил небеса и поднял огромную бурю.