Невилл слушал Поттера и бледнел. Бабушка хоть и носилась с ним, как с писаной торбой, но основные знания все-таки дала. И теперь Невилл был в шоке. Этот артефакт был страшной вещью – безжалостный учитель, и, ко всему прочему, жестокий. Невилл в сердцах проклял ненавистного Поттера и тут же случилось ужасное.

Он оказался на скамье со спущенными штанами и только успел расслышать свист, как на ягодицы обрушился град ударов. Розги – в умелых руках страшное орудие наказания. Десять ударов, и по щекам безудержно текут слезы, а бесстрастный голос в голове объясняет, за что было это наказание, и что будет с ним в следующий раз.

Гарри спокойно взирал на происходящее, понимая, что Невилл заслужил его. Он, конечно, не знал за что, но артефакт не ошибается. И если Лонгботтом не усмирит гордыню и характер, то битым будет с завидной регулярностью.

- Морти, – домовик моментально появился, – Морти, этого юношу в башню, книги выдавать по требованию. Кормить тем, что разрешит репетитор. Никуда не выпускать.

- Морти все сделает, – он почтительно поклонился и, схватив Лонгботтома за руку, исчез.

Комментарий к Глава 22. *обмен душами (лат.)

====== Глава 23. ======

Северус отправился в открытую библиотеку Певерелл-гарда, а Гарри, как на казнь, знакомиться с портретами предков. Зал с живыми картинами был огромен, полотна занимали почти все стены, но главенствующим здесь был холст на дальней стене, закрывающий ее почти полностью. На нем была изображена гостиная Певерелл-гарда, до сих пор существующая в неизменном виде, где в больших креслах, больше похожих на троны, сидели трое мужчин — темноволосые, темноглазые, излучающие властность даже будучи нарисованными. Остальные картины были пусты, видимо эти трое всех разогнали, чтобы иметь возможность пообщаться с новым родственником в приватной обстановке.

Гарри вошел в зал, церемонно поклонился и вежливо поздоровался:

— Добрый вечер.

— Глядите-ка, — насмешливо сказал один из волшебников на картине, — не прошло и полугода, как наследничек пришел знакомиться с предками.

— Может он был занят? — вроде вступился второй, но с такой язвительностью в голосе, что верить в его заступничество было бы глупо.

— Да, прям, не мог найти и минутки, чтобы поприветствовать легендарных прародителей, — добавил третий.

Гарри тихо закипал, сжимая кулаки, врезаясь до боли ногтями в кожу ладоней. Как же ему надоело все время отчитываться за каждый свой шаг, нести навязанную ответственность, соответствовать чьим-то ожиданиям и оправдывать чужие надежды. Магия тугими спиралями вихрилась вокруг него, а волшебники с портрета и не думали успокаиваться, а, словно специально провоцируя Поттера, продолжали высказываться о нем, не стесняясь в выражениях.

— Молчааать!!! — крикнул Гарри, и его сила вырвалась на волю, заставляя нарисованных мужчин вздрогнуть от разлившейся по залу магии.

Тишина. Только слышно, как осыпаются на мраморный пол осколки от хрустальных светильников, до этого мирно висевших на стенах. Гарри стоял, зажмурившись, утихомиривая свою магию, беря ее под контроль.

— Силен, — послышался довольный голос.

— А то, — поддакнул ему второй, словно это была его прямая заслуга, — а ты, Тио, все говорил — мямля, тряпка.

— Я думал, что он не идет к нам, потому что боится, — повинился третий.

Гарри щелкнул пальцами и перед ним появился эльф.

— Принеси мне кресло и попить чего-нибудь, убери осколки и зажги свечи.

Гарри опустился в появившееся кресло и посмотрел на притихших магов на портрете. Он подождал, пока эльфы выполнят все его поручения и оставят одного.

— Ну что, легендарные предки, будем знакомиться? Меня зовут Гарри Джеймс Поттер, Лорд Певерелл, наследник Поттер, регент Блек, но можно просто Гарри, — он смотрел на вытянувшиеся лица родственников, видимо не ожидавших, что мальчишка будет уже признанным лордом.

— Гарри, значит, — протянул один из мужчин, — меня зовут Кадмус, а это мои братья — Антиох — старший и Игнотус — младший. Мы братья Певереллы.

— Уж вы-то можете не представляться, вас в магическом мире каждая собака знает, — ответил Гарри, и маги на портрете довольно переглянулись, а Гарри продолжил: — По сказкам. Поздравляю, мои легендарные предки, вы — сказочные персонажи.

— Как — по сказкам? — возмутился Кадмус.

— Это немыслимо, — вторили ему братья.

— Мыслимо или нет, но — правда, — хихикнул Гарри над поникшими родственниками.

— Ладно, — вступил старший — Антиох, — с короткой памятью современных магов можно разобраться и попозже. Ты, Гарри, лучше расскажи — наследие уже принял?

— В пятнадцать, — ответил Гарри.

— Рановато, — Антиох задумчиво поскреб голову, — а родители твои где?

— Я сирота.

— И Госпожу видел?

— И не раз, — кивнул Гарри.

— Давай-ка ты расскажи свою историю с самого начала. Я хоть и портрет, а чую в тебе душу, которая гораздо старше тела.

И Гарри рассказал все, с самого раннего воспоминания своей первой жизни. О смерти, предательстве, убийствах, интригах. Братья слушали затаив дыхание, поражаясь наглости и безнаказанности «светлой стороны», и дурости — темной. Одобрили все предпринятые им действия, особенно порадовались наличию раба и восстановлению вассальной клятвы древнего рода. Потребовали в ближайшем будущем познакомить с партнером и перенести осколки души Марволо в Певерелл-гард. А когда услышали голос Сири, напоминающий о позднем времени, то вообще впали в прострацию, до безумия радуясь тому, что их потомку удалось оживить замок.

— Гарри, — ласково так заговорил Антиох, — ты иди, отдохни, а мы должны подумать, посоветоваться. Иди, Гарри… только дай разрешение на посещение других картин.

— Позволяю, — произнес Гарри и выписал старшей палочкой затейливый узор, а родственники прикипели взглядами к магическому артефакту, которым с такой легкостью управлял их потомок.

Поттер, уставший за день, не стал спорить и пошел к Северусу. Тот, скорее всего, еще не ложился и ждал его.

— Морти, — позвал он домовика, как только вышел из галереи.

— Хозяин, — эльф с хлопком появился перед ним, склонив голову.

— Где Северус?

— Профессор ждет вас в библиотеке, хозяин.

— Спасибо, приготовь постель и можешь быть свободен.

— Все уже давно готово, хозяин, — ответил домовик и исчез, а Гарри пошел в библиотеку, уговаривать Северуса немного поспать. Не то этот фанатик может так до самого утра просидеть, зарывшись в очередной фолиант.

В библиотеке было темно, и только у небольшого дивана в углу горел светильник. Северус углубился в чтение старинного гримуара и совершенно не замечал происходящего вокруг. Гарри подошел со спины и скользнул руками по напряженной шее, размял плечи и помассировал голову. Северус прикрыл глаза и наконец-то расслабился.

— И как родственники?

— Ужасно.

— Ругались?

— Недолго, я там немного побуянил, и они успокоились, потом поговорили и мирно разошлись. Поздно уже, пойдем спать, — Гарри потянул Северуса за руку, а он и не сопротивлялся, в который уже раз поражаясь сам себе. Ведь характер не приведи Мерлин, а Гарри может из него едва не веревки вить.

Утром они вернулись в школу и успели как раз к завтраку, так что их отлучки никто не заметил. Директор сидел, погруженный в свои мысли, и совсем не замечал происходящего вокруг. Он думал о предстоящем ритуале. Ему уже удалось добыть одного сквиба, которого он определил в подходящую камеру в подземельях Хогвартса. Если и дальше продолжать такими темпами, то к Йолю он сможет уложиться. Как раз в это время можно проводить темные ритуалы. Долгие ночи, когда правят именно темные силы, позволяют с легкостью манипулировать тонкими материями. Дамблдор пригляделся к Поттеру и довольно причмокнул губами — хорош стервец! Юное гибкое тело, притягательные зеленые глаза и магическая сила, буквально фонтанирующая из него — лучший реципиент, какого можно было себе представить.