Рост примерно метр восемьдесят пять, крепкий, спортивный, на вид лет тридцать пять, модельная стрижка русых волос, цепкий взгляд серо-зеленых глаз, на удивление тёмные ресницы и такая модная нынче двухдневная небритость. Тёмно-серые джинсы, светло-серый свитер и опять же тёмно-серая кожаная куртка завершали образ. Даже отсюда видно – дорогая одежда, фирменная. Опасный мачо… но вкусны-ы-ый! И ведь где-то же делают таких. Вот бы адресок узнать… поглазеть хоть, а то я вроде как замужем. Ага.

Прикрывшись кружкой с чаем, я ждала, пока мужчина подойдет и поведает, чего это им тут понадобилось. На игроков не похожи, у таких типчиков интересы абсолютно другие – шикарные тачки, шикарные яхты, отдых на островах с труднопроизносимым названием, девочки, причем, чем моложе, тем лучше… ладно, не надо завидовать так откровенно Валерия Николаевна, не надо.

– Здравствуйте.

О, вежливый… только таким тоном, словно одолжение делает. Хозяин жизни, не иначе. Ответим тем же?

– Здравствуйте.

А не очень-то и удобно голову задирать, да ещё и против солнца.

– Это ведь ваш клуб играл здесь на прошлых выходных? – прищурено-снисходительный взгляд так и звал ответить какой-нибудь грубостью, но подошедшее сопровождение, а особенно впечатляющая ширина их плеч, отбило всякое желание нарываться.

Ребятки хоть и не такие брутальные, как их хозяин, но сразу видно – не слабенькие мальчики и спорт не только по телевизору видели. Обоим примерно лет по двадцать пять и были они чем-то неуловимо схожи, словно братья.

– Да, наш. Что-то случилось? – продолжая сидеть, я потянулась к бутерброду и, абсолютно не стесняясь, начала его жевать.

Мужчина недовольно поморщился, но тут к нам присоединилась и девчонка, сразу же зашептав ему на ухо и пальчиком тыкая на поле, где резвились ребята. А вот это мне уже не нравится.

Выслушав девицу, мужчина тут же потерял ко мне всякий интерес и направился к краю площадки, ближе к игрокам. Свита не отставала от него, а я задумалась. Хозяин рыськи с племянницей? Возможно. По крайней мере под описанного Тимуром опасного типа подходит идеально. Хм, но… мать моя! Неужели он тоже оборотень? Очуметь. И почему я сразу-то об это не подумала? Ведь если есть один, значит есть и ещё. Ой, как мне это всё не нравится-я-я… и что-то разговаривать мне с ним резко расхотелось, да и пума моя на удивление притихла, перестав болеть, как только он подошел к нам. Я это только сейчас заметила. Тоже опасается?

Немного подумав, потянулась следом – мне просто жизненно необходимо быть в курсе событий, ведь меня это касается в первую очередь. Неужели они всё-таки решили вычислить укушенного самостоятельно? И кто из них был рысью? Прикинув, решила, что всё-таки девчонка – было в ней что-то такое… рысячье. Значит на опознание приехали? Хм… лица моего она не видела, только маску, но ещё ведь можно по запаху или по голосу. Пахло тогда от меня весьма специфично – потом, а голос из-за испуга и злости, да благодаря маске был искажен. Значит по маске? Ха! А в масочке-то моей Дик зажигает. Дик! Ёшкин пес!

Нахмурившись, подошла к оживленно общающимся мужчинам и прислушалась к разговору. Серый, поздоровавшись с Тимуром, заговорил вроде бы ни о чем, но сам постоянно бросал сосредоточенные взгляды на играющих ребят – как раз начался захват штаба и на поле были практически все. Дик тоже. Вот он, голубчик, за щитом скрючился. А теперь перебежка… залег. Наблюдая за парнем, краем уха я всё прислушивалась к разговору, который вдруг взял неожиданный поворот.

– Значит, мои ребята тоже могут размяться?

Что я пропустила?

– Конечно, только пускай переоденутся, – Тимур согласно кивнул и тут же крикнул Шурику, чтобы он залез в микроавтобус и снарядил парней.

Что они задумали? Ни за что ведь не поверю, что таким ухоженным и серьезным мальчикам вдруг ни с того, ни с сего захотелось пострелять. О… и Серый вместе с ними? Что-то будет. Интересно, а он какой кошак? Если вообще кошак.

Дождавшись, когда приезжие пойдут за Шуриком переодеваться, да выбирать себе маркеры, я подошла к Тимурке:

– Это он? Хозяин рыськи?

– Да, Лерыч, он самый. И как тебе чел?

– Представительно. Очень.

– Все ещё хочешь пообщаться? – Тимур сложил руки на груди и, как и я, наблюдал за опасными ребятками, со знанием дела вертящими в руках оружие, пускай всего лишь и маркеры.

– Уже не очень. Посмотрим… только Тим, есть просьба. Не говори ему пока обо мне. Если снова будет спрашивать, говори что пострадавший нынче дома. Оки?

– Хм… оки, детка, – если мужчина и удивился просьбе, то виду не подал.

Вот чем он мне нравился, так это тем, что лишних вопросов не задавал, пока это не угрожало безопасности его и окружающих. Надеюсь, обойдется. Кстати…

– У тебя фотоаппарат с собой? Давай-ка я немного ребят пощелкаю.

– Конечно, – запустив руку в карман балахона, Тимур вытащил цифровой фотоаппарат и тут же вручил его мне. – Давай на вышку, там видимость лучше.

Кивнув со знанием дела, тут же полезла на вышку – площадку метр на метр, на высоте метров трех, закрепленную между весьма удачно растущими рядом деревьями. Для удобства парни соорудили небольшую деревянную лестницу и я лихо по ней взбежала, даже сама удивившись своей ловкости. Котя решила развлечься?

Фотографируя ребят, всё гоняла мысли по кругу – зачем чужаки приехали, зачем им это надо. Ладно бы если с благими намерениями – помочь, подсказать, научить… А если нет? А если у них какой-нибудь клан, ограниченный по численности, или вообще не дай бог секта? И ликвидируют меня как нежеланный элемент. Р-р-р! Вот только я против!

Хотя… та женщина-кошка была вроде доброжелательно настроена… знать бы ещё – кто она сама? Да и котэ моё новоприобретенное никак не расспросишь, ну не разговаривать же с татуировкой в самом то деле!

И наводящие вопросы-то не позадаешь… Ну, как вы себе это представляете? Господин Серый, одна моя подруга тут недавно оборотнем стала, что ей дальше делать, не подскажете? Дурь! Кстати, а как этого Серого вообще зовут? Даже не спросила… Тимур-то наверняка знает.

Так. Успокоилась. Главное не нервничать, а там может оно и само рассосется… ага, как беременность на девятом месяце. Кого я обманываю? Валерьяночки бы… утром так хорошо помогло. Особенно коньячок. Сглотнув набежавшую слюну, я поискала глазами приезжих – вот они голубчики, уже вышли на позиции. А Серый красавец… что есть, то есть. Даже в прокатной одежде он умудряется выглядеть хозяином ситуации.

А где девчонка?

– Можно к вам? – голос снизу заставил нахмуриться. Хм…

– Конечно.

Немного подвинулась и на всякий случай приобняла дерево – та самая девчонка-рыська, приехавшая с мужчинами, тоже захотела понаблюдать за игрой сверху. Легко взбежав по ступенькам, даже легче чем я, вызвала мой скептичный хмык. Ну-ну… рисуемся?

– А меня Кристина зовут. А вас?

– Валерия. Конфетку хочешь?

– Конфету? Что я, ребенок что ли? – девчонка настолько сильно возмутилась, что я даже улыбнулась. Ребенок же…

– Ну, не хочешь, как хочешь, – продев ремешок фотоаппарата на руку, я неторопливо развернула карамельку и засунула за щеку. – Так это вы хозяева той рыськи ненормальной?

– Это почему это ненормальной?! – и столько обиды и возмущения, что аж смешно. – Рина хорошая!

Я постаралась сильно не ухмыляться – похоже, задело её и не слабо. Продолжим? Может, от неё хоть что-то узнаю.

– А какая нормальная рысь будет на человека кидаться? Я тут в интернете читала, они вроде как адекватные кошки и на конфликт первые не идут. Неужели не в адеквате была? Чем ты её обидела?

– Я?!

– Ну, ты ж хозяйка вроде.

– Я. Не обижала я её! А ты злая! А я… она маленькая ещё! Она просто испугалась!!! – едва не набросившись на меня с кулаками, девчонка шмыгнула носом, надула губы и демонстративно отвернулась, всем своим видом высказывая обиду.

Смешная. И действительно ещё ребенок, моя Танюшка один в один губки так же надувает, а Тимошка у неё учится и уже умудряется повторять. Поросёнок.