- Доброе утро, Касуми – сан. – Юкио поправляет очки на переносице и кланяется. На парне надет джемпер светло-зеленого цвета, коричневые брюки и кроссовки. В руке он держит потрепанную записную книжку и ручку.
Врач кивает в знак приветствия.
- Доброе, Юкио – сан. – Голос её расслабленный и негромкий. – Идёте с планерки проведать больных?
Парень останавливается у двери и заглядывает в палату.
- Прошу, вы не обязаны обращаться ко мне так вежливо. – Просит Окумура – младший внутри смутившись от её «сан». У них хотя и были рабочие отношения, но эта женщина лет на тридцать старше его. Непривычно как-то.
Касуми с прищуром глядит на собеседника и усмехается.
- Я уж как-нибудь сама разберусь, что обязана, а что – нет. – Она говорит беззлобно, спокойно, в её голосе даже проскакивают нотки веселья.
- Как они? – спрашивает брюнет и прячет записную книжку в карман брюк.
- Жить будут, - Касуми засовывает руку в карман больничного халата и нащупывает пальцами холодный пластик зажигалки, - правда, если Рин уже привык ко всему сверхъестественному, то у девчонки могут начаться проблемы со здоровьем из-за пережитого стресса.
Юкио кивает и думает о том, что это навряд ли такое случится, ведь сила быстро подлатает её здоровье. Не так быстро, как у Рина, но это поправимо.
Экзорцист переводит взгляд на женщину и встречается с глазами цвета коньяка и тихой осени. А Касуми всегда любила осень.
- Выйдем? – Предлагает она, кивая в сторону балкона в конце коридора. Парень, молча, идёт за ней, открывает дверь, пропуская даму вперед, и через несколько секунд слышит чирканье колёсика о кремень.
Касуми выдыхает сигаретный дым и поворачивается к брюнету лицом.
- Будешь? - Протягивает открытую пачку Мальборо голд, но получает отказ. Женщина снова усмехается и делает новую затяжку.- Ну и правильно. Это меня, идиотку, однажды в юности взяли на «слабо». Я гордая тогда была сильно, попробовала и подсела. Теперь не могу бросить.
Стоит ли говорить ей, что она одна из тех людей, которым идёт курение? Странно звучит, но это действительно так. Это…в её стиле, что ли.
- Я не люблю сигаретный дым. – Говорит Юкио и присаживается в одно из двух кресел, стоявших на балконе. Кареглазая подходит к балконной перегородке и облокачивается об неё.
- А я не могу без него жить.
Некоторое время они молчали. Им не было неловко, совсем наоборот – каждый думал о своём, стараясь сохранить такую хрупкую тишину. Парень откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Когда он нормально спал в последний раз? Наверное, перед приездом сюда. Ежедневные подъемы в пять утра (как же он завидовал старшему брату, который мог спокойно спать до восьми!) не совсем радовали экзорциста. Да и не всегда поспишь на тихом часу – то репетиции, то из комнат детей доносятся смех и крики, то ещё что. Благо в свои выходные он спал целыми днями.
Касуми сбросила пепел в пепельницу и снова поднесла сигарету к губам.
- Они такие разные, но одновременно так похожи. – Неожиданно выдает она, выдыхая небольшое облачко дыма. – Два идиота с невероятной силой. Она – свет, а он – тьма. Это даже звучит романтично, не так ли?
Окумура приоткрыл глаза. Врач смотрит на него через плечо, усмехается и снова закуривает сигарету.
- Слишком рано повзрослели. Такие отчаянные, самоуверенные, сильные духом. Я в их возрасте даже не думала о том, чтобы жертвовать собой ради кого-то. – Смотрит вниз, на изрисованный мелками асфальт. Ветер играет с её волнистыми рыжими прядями и улетает дальше. – Теперь я понимаю, зачем Мефисто попросил меня приехать сюда – из-за них. А если быть точнее, то ради девчонки – у неё регенерация ещё не такая быстрая, как я ожидала.
- Да, - Юкио полностью открыл глаза и смотрел вверх, на карниз крыши. – Ей нужно учиться контролировать свою силу, иначе та может поглотить её разум. Когда она была под властью магии, то чуть не стала убийцей. Это было опасно.
- Кстати, - докурив сигарету, начала Касуми сразу же после того, как закончил говорить Окумура, - что ты сделал с тем демоном? Отправил обратно в Ад?
Бросив окурок в пепельницу, женщина потянулась за новой сигаретой. Она всегда по утрам выкуривала две сигареты.
- Нет. Запер её в одном из сосудов на время, а потом нужно будет передать нож ректору. Тело забрали ещё ночью другие экзорцисты. – Пояснил брюнет. Он выдохнул, чувствуя, как тяжелеют веки. Это заметила и врач.
- Ладно, спи. До подъёма всё равно ещё час. – Она сделала глубокую затяжку и через нос выпустила дым. – Там в тумбочке, которая рядом с твоим креслом, лежит плед, накройся им.
Вожатый поблагодарил женщину и, сняв очки, накрылся пледом. Через некоторое время он заснул.
А она всё ещё курит и думает о своём.
Солнце уже взошло, а туман, спустившийся ночью на землю, почти рассеялся.
Очередная затяжка. Она не спешит, растягивая момент спокойствия как можно дольше. Эх, сейчас бы чашечку чёрного американо…
Она стоит на балконе минут десять. И хотя сигарета уже давно докурена, уходить ей не хотелось. Здесь был свой мир - тихий и ещё сонный,- он только начинал просыпаться.
-Странно, - хрипло шепчет она самой себе, - сегодня такое тихое утро. Даже птиц не слышно.
А ведь, правда.
***
Потянувшись в мягкой и теплой постели, я невольно замычала и рукой чуть не смахнула с прикроватной тумбочки стакан воды. В теле разлилась приятная слабость, и я отчетливо понимала, что ещё десять минут буду валяться в кровати. Накрывшись одеялом с головой, я перевернулась набок и удобнее устроилась.
- Доброе утро.
Я вылезла из-под одеяла и встретилась с глазами Окумуры – старшего. Он тоже лежал на боку, ко мне лицом и улыбался. Поправив подушку, под которой лежала его рука, он удобнее устроился. Его волосы были растрепаны, а лицо было немного заспанным, но таким милым.
- Доброе. – Прохрипела я, мягко улыбаясь, а после прочистила горло.
В комнате было немного прохладно. Возможно, это всё из-за приоткрытого окна, впускающего свежий утренний воздух. Его бы закрыть, но подниматься лень, да и под одеялом так хорошо…
- Как спалось? – Спрашиваю я, завернув ногами уголки одеяла под себя. Так удобней.
- Спал как убитый. – Усмехается он. – И, представляешь, выспался.
- Это точно не к добру. – Смеюсь. И он тоже.
Мы оба смеемся, но дело уже не в шутке. Смешно от того, что вчера едва не лишились друг друга, а сейчас мы уже лежим рядом (и неважно, что на разных кроватях) и болтаем.
Это утро было идеальным. И не важно, что в комнате царила прохлада, да и нос чуял только запах лекарств. К запаху уже давно привыкли. Это утро было идеальным для меня.
Потому что я проснулась счастливой.
Мы долго болтали, смеялись и даже успели подколоть друг друга. И в эти минуты я чувствовала себя самым счастливым человеком на свете и, кажется, Рин тоже был счастлив.
- Проснулись, голубки? – раздался насмешливый голос у входа в палату. Мы оба одновременно взглянули на говорившую.
Ею оказалась Касуми-сан. Она, усмехаясь, облокотилась плечом о дверной косяк и смотрела прямо мне в глаза. Мы поздоровались, а она кивнула нам в ответ. Честно, меня смутило её «голубки».
- Как себя чувствуете? - Поинтересовалась она. Мы почти одновременно сказали, что всё хорошо.
Женщина не заходила в палату. Она сказала нам, что завтрак скоро принесут, поговорила с нами на какие-то отвлеченные темы и ушла. А мы продолжали валяться, радуясь спокойному утру и разговаривая обо всём на свете.
И я была уверенна, Рин думал о том же, о чём и я. Меня даже за завтраком не покидала эта мысль. Даже когда меня отправил обратно в корпус, а тебя оставили, ведь ты пострадал несколько больше.
«Такое ощущение, будто я тебя всю жизнь знаю»
***
Ярко светило солнышко, даруя людям хорошее летнее настроение. Иногда дул приятный прохладный ветерок, приятно обвевая тело. Если уж кому-то было жарко, то, пожалуйста, прячься в прохладной тени.