Литмир - Электронная Библиотека

Екатерина Севастьянова

Магия вне закона

Пролог

– Подсудимая Тэсия Рейтли, вы обвиняетесь в убийстве верховного мага, а также в клевете и сокрытии преступления. – Судья, худощавая женщина преклонных лет, смерила меня безразличным взглядом. – Конгресс верховных магов принял окончательное решение о вашем пожизненном заключении под стражу Обители города Нерона.

Я пошатнулась, перед глазами потемнело, и на какое-то мгновение я утратила способность дышать. Это, должно быть, шутка. Безобидная шутка. Или сон. Точно сон!

– Тэсия Рейтли? – женщина, исполняющая обязанности арбитра, снова взглянула в мою сторону. – Если вы хотите что-то сказать, то прошу, говорите сейчас, пока есть такая возможность.

Нужно что-то сказать… оправдать себя.

– Я не виновата. – Сглотнув ком в горле, я взяла микрофон. Присутствующие в зале с интересом завертелись, устремив взгляды на мое бледное лицо. – Я ни в чем не виновата! Как вы не понимаете? Для создания заклинания, от которого умер мистер Харрис, нужен как минимум второй резерв магии, а у меня всего лишь тринадцатый! Тринадцатый! Да я даже практической магией не владею, не то что заклинаниями смерти или огненной стихией! Это была всего лишь самозащита! Несчастный случай… не более.

Судья внимательно меня выслушала, но теперь, помимо безразличия, в ее глазах читалось откровенное презрение.

– Это всё? – осведомилась она.

Меня затрясло. До этой минуты я была уверена, что меня оправдают! Я ведь ни в чем не виновата. Это был просто несчастный случай. Почему никто не хочет разобраться? Почему никто не может заступиться за меня?

– Мама? – я посмотрела на свою родительницу. Она сидела в первых рядах зала в качестве свидетеля и упорно продолжала делать вид, что не замечает меня. – Мама, скажи им! Мама! Ты же все видела! Ты была там!

Она опустила голову.

– Мама, пожалуйста! Расскажи им правду! – У меня потекли слезы. Я не хотела в это верить, просто не могла поверить. Конгресс всегда принимал жесткие решения относительно молодых магов, но это был явный перебор. Пожизненное заключение? Мне всего лишь двадцать три – это несправедливо. – Мама, почему ты молчишь? Мама!

Судья подала стражам знак.

– Заседание окончено. Уведите ее.

– Нет! – я кинулась в дальний угол стеклянного изолятора, уворачиваясь от магического аркана. – Филипп! Филипп, посмотри на меня!

В отличие от матери, брат хотя бы повернулся ко мне. С самого начала заседания он не проронил ни единого слова в мою защиту, впрочем, слов обвинения от него тоже никто не дождался. Филипп занял нейтральную позицию, позволяя конгрессу уничтожить мою жизнь из-за несчастного случая, в котором я была даже не виновата. И он это знал! Знал и молчал!

Невидимый аркан резко затянулся на моих запястьях, скручивая руки за спиной и впиваясь в нежную кожу до посинения. Мне только что подписали смертный приговор? Я начала кусать губы, чтобы не закричать. Пожизненное заключение за убийство верховного мага. За убийство, которое я никогда не совершала.

– Пошли! – один из стражей толкнул меня в спину. – Давай пошевеливайся! Переставляй ногами!

Магические путы не дали рухнуть на пол и разреветься, хотя я была уже где-то на грани, и перед тем как выйти из зала суда, в последний раз взглянула на брата.

Филипп обреченно покачал головой и тоже отвернулся.

Глава 1

– Тэс? Ты чего молчишь? – Сандра с интересом посмотрела на мое письмо. – Это от комиссии? Что говорят на этот раз?

Я пожала плечами, без колебаний протягивая ей черный конверт с эмблемой конфедерации.

– Ничего. Никто не хочет разбираться в старом деле, – голос внезапно осип. Я старалась держаться, но изо дня в день становилось все сложнее. – Наверное, нужно прекращать донимать комиссию. Понятное дело, что уже ничего не изменится, просто… тяжело это принять, вот и все.

Спрыгнув со второго яруса, я измерила шагами двухметровую камеру Обители. Глупо было полагать, что на этот раз комиссия изменит свое решение. Все предыдущие шестнадцать запросов о пересмотре моего дела были отклонены. Неудивительно, что семнадцатый не стал исключением.

– Тэс… – Сандра прочитала письмо и сочувственно взглянула на меня из-под длинных ресниц. – Мне жаль. Правда.

Я улыбнулась.

– Знаю.

С Сандрой мы познакомились давно, как только меня перевели в Обитель после слушания. Ровно год назад, но кажется, что прошла нескончаемая вечность. К тому же условия заключения для нас ничем не отличались: одна и та же камера на двоих, одна и та же еда, одно и то же расписание. Только срок заключения для каждой из нас был разным. Сандра выйдет на свободу через две недели, навсегда покинув стены этой проклятой Обители, ведь в отличие от меня ее обвинили в воровстве, а не в убийстве верховного мага и представителя конгресса в одном лице.

– Я буду приходить к тебе постоянно, – видимо заметив, как на моем лице отразились мрачные тени, пообещала она, тоже спрыгивая с кровати и порывисто обнимая меня за плечи. – Каждую неделю! Я еще успею тебе надоесть, и ты будешь умолять меня оставить тебя в покое. Вот увидишь! Я найду лучшего адвоката, чтобы тебя вытащить! Только придется немного подождать, у меня пока нет денег, но скоро все наладится. Обещаю! Сэм поможет устроиться на работу.

Я с улыбкой закивала, в то время как на душе разрасталась черная дыра. Весь этот год Сандра поддерживала меня, так же как и я ее. Что будет, когда она уйдет? Сколько времени я смогу просидеть здесь в полной изоляции? И что со мной сделают стражи?

– Тэсия Рейтли! – по железной двери неожиданно ударили кулаком. Знакомый голос одного из стражей нарушил спокойную тишину. – На выход. Сейчас же. У вас есть пятнадцать минут на свидание.

Я вздрогнула.

– Свидание? Какое еще свидание? – мы с Сандрой обменялись настороженными взглядами. За весь год у меня не было ни одного посетителя. – Свидание с кем?

Тяжелый засов с жутким скрипом медленно отъехал в сторону, приоткрывая массивную дверь тюремной камеры.

– Рейтли! – страж заглянул внутрь и недовольно зарычал: – Сколько можно вас ждать? Вы идете или нет?

Ничего не понимая, я снова посмотрела на Сандру, но она лишь развела руками. Неужели ко мне кто-то пришел? Спустя год? Мама или Филипп? Я судорожно вздохнула. Больше родственников у меня нет.

– Рейтли?

– Д-да… конечно, – торопливо отозвалась я и, вытянув перед собой руки, приблизилась к стражу. – Иду!

Мои кисти тут же связали огненные путы, блокируя магию.

– Кто ко мне пришел? – я споткнулась, когда страж небрежно схватил меня за плечо, вытаскивая в коридор и захлопывая массивную дверь перед лицом удивленной Сандры. – Это моя мама, да? Что она сказала? Что ей нужно?

– Рейтли!

Страж дернул за магические путы, увлекая меня в левое крыло Обители.

– Или это Филипп? – внутри что-то болезненно сжалось. Я не простила его – ни его, ни мать, но была готова с ними встретиться. – Понимаете, у меня просто больше нет родственников. Хотя есть еще бабушка, но она в Арфине. Очень далеко и…

– Замолчите, Рейтли. Вам запрещено со мной разговаривать.

– Извините.

Я осеклась и послушно отвернулась, рассматривая закрытые двери тюремных камер, точно таких же камер, в одной из которых жили мы с Сандрой. Холодные небольшие помещения без перегородок с двухъярусными кроватями, узкими бойницами под потолком и компактными санузлами. Магия в крепости занимала не последнее место, и почти все, включая защитный барьер и систему охраны, управлялось посредством магии четырех основателей Обители. Но холодные камеры или отсутствие солнечного света – это не самое худшее, что может случиться с заключенными… есть вещи намного страшнее этого. Намного.

Пока мы шли по коридорам Обители, минуя женский блок, я с ужасом вспоминала первые месяцы заключения. Стражи многое себе позволяют. Обитель по праву считают самой жестокой тюрьмой трех конфедераций мира. Я не должна была здесь выжить. Наверное, на это и был расчет, когда конгресс выбирал для меня меру наказания.

1
{"b":"629090","o":1}