– Вижу, ты в восторге, – заметил Питер.
- Да. Спасибо! – поблагодарила Сабрина. – Ну, что я могу преступить? – поинтересовалась она, взяв в руки баллончик с чёрной краской у него из рук.
- Давай допустим… что можешь, – юноша подошёл к неё и поправил ей бейсболку.
- А почему у тебя кроссовки обычные, а у меня такие? И ты без бейсболки, – отметила девочка.
- А зачем мне? Шалопай-тинейджер.
Сабрина показала ему зык и взъерошила его волосы. Волосы на миг встали дыбом, придавай Питеру довольно прозаичный вид, а потом как по-волшебству легли обратно.
- Мне бы так с утра… – немного завистливо буркнула Сабрина.
Юноша хихикнул, и в его руках тут же оказалась бейсболка. Чёрная с белыми и кислотно-фиолетовыми кляксами, замысловатыми рисунками и конечно же, золотой буковкой «P» в квадрате. Кроссовки изменились и стали похожими на Сабринины по фасону, но более мужские. И везде были кляксы и надписи. Питер нацепил бейсболку и в его глазах загорелся озорной огонёк. Он притворно сложил губы и чётко прошептал: «Давай. Я жду».
Сабрина неуверенно подошла к стене и потрясла баллончик в руке. Рисовала она из рук вон плохо. Никогда не получалось у неё рисовать простые вещи, а тем более красивые и сложные. Девочка с сомнением занесла руку для «первого мазка кистью».
Послышалось «пшик» и на белой стене появилась чёрная клякса. Сабрина отупелым взглядом начала глядеть на эту кляксу, не переставая при этом жать кнопку баллончика. Раздался вздох, и руку девочки подхватила другая сильная рука. Другая рука с фиолетово-чёрным напульсником повела руку Сабрины куда-то на восток, образуя из кляксы линию. Линия пошла дальше, уводя руку всё выше, а потом резко вниз и снова вверх, направо и налево и поперёк. Девочка с трудом понимала, что делает, но она чувствовала лёгкость. Лёгкость распространялась по всему телу, заполняя её доверху.
Пока наконец не решила выйти из неё. Сабрина легко выбралась из-под руки Питера и побежала вместе с рукой к концу стены, потом вернулась обратно и закончила линию прямо в ту же огромную чёрную кляксу.
Девочка отошла от стены, чтобы поглядеть на свою « мазню» и пришла в странный восторг. Некогда белую стену теперь украшала большая надпись: «Гримм» с правой стороны и другая надпись с левой гласила «Forever». Первая надпись безоговорочно принадлежавшая Сабрине было не трудно узнать! Преимущественно из-за огромной чёрной кляксой на конце буквы «И» и чертовски длинного «хвостика» у кавычки.
- Как насчёт раскрасить? – предложил Питер и в руку Сабрине скользнул кислотно-зелёный баллончик.
- С удовольствием! – девочка положила чёрный баллончик в общую кучу и встала перед огромной буквой «Г».
- Помочь? – осведомился юноша.
- Сама управлюсь! – улыбаясь сообщила Сабрина буквально с остервенением и предвкушением трясся баллончик.
Питер выставил руки перед собой и пожал плечами. Завалившись на асфальт крыши, он включил CD Pleer, который девочка прежде не заметила. Тишина кварталов заполнилась яркой музыкой, которой юноша тут же начал подпевать, мило мурлыча.
Сабрина украдкой на него посмотрела и улыбнувшись, отвернулась к своей надписи. Питер сейчас и вправду был забавным. Образ школьника-шалопая ему ужасно шёл. Девочка была уверена, что среди многочисленных книжек библиотеки она сумеет обнаружить ещё один альбомчик с зашибатыми фотками Питера в школьные годы. Библиотека…
Сразу вспомнился Спикер… и книга, которую он выронил из рук.
«Что же это была за книга?!» – подумала Сабрина.
Она помнила лишь пожелтевшие от времени страницы. Боковым зрением она заметила какие-то пометки и надписи на страницах, но не больше. Полоска обложки чёрного цвета. Таких книг в библиотеки Питера просто пруд пруди!
« Придётся всё-таки наведаться туда ещё…» – решила про себя девочка.
Тайны Питера – те тайны, в которые лучше не лезть, не имея на то, веской причины. И у Сабрины такая причина была… Мирный договор будет расторгнут завтра, и никто не знает сколько будет длится война. Проблема или веская причина состояла в том, что Питер при любых обстоятельства ни за что её и её семью, так же, как и лагерь Противоборцев в целом, не бросит. Не такой он человек. А значит рано или поздно его демон овладеет им. И опасность коснётся не только Противоборцев, а так же Алой Руки и возможно, даже людей…
Только сейчас Сабрина ощутила весь ужас того, что Питер так легко ходит через барьер туда-сюда. Это необъяснимый дар, который он унаследовал… или не унаследовал?! Сложно было сказать откуда появилась эта способность, но в любом случае это ещё более опасно, чем предполагалось! Так бы Питер превратись он в демона, был бы в закрытом пространстве и просто перебил всех в округе, не оставив никого в живых, а если он ещё и через барьер шастает… то миру и людям будет полный трындец!
« Мысли позитивно!» – приказала себе Сабрина. « Да, точно… Миру полный привет»
Она фыркнула и начала наносить жёлтый рисунок на букву «М».
Питер мурлыкал слева от неё, закрашивая букву «Е». У него мысли были отнюдь не позитивнее, однако направлены они были совсем в другое русло…
« Сабрина быстро совершенствуется, однако она ещё не готова вступить в лагерь Алой Руки…» – подумал юноша, сжимая баллончик крепче, чем следовало.
От пальца осталась вмятина, но парень, заметив её перевернул баллончик другой стороной.
Его мысли всё время возвращались к книге и свитку, спрятанным в избушки Бабы-Яги. Один из двух – редкий артефакт, который может или убить Сабрину, или принести ей некую пользу. Второй – волшебный предмет, который НИКОМУ лучше вообще не трогать руками. И ему надо было решить, что с этим делать.
« Библиотека… Спикер. Что же случилось тогда в библиотеке и причём здесь вообще этот чёртов свиток?!» – спросил себя юноша.
Вопрос был явно ненужный. Ответ Питер итак знал. Рано или поздно кто-то из его близких будет убит. И когда юноша решил использовать силу свитка, то Хранитель ясно дал ему это понять.
« Неужели это будет Сабрина?! Неожидал я, что смерть так рано за ней явится!»
Спикер имел своего рода силу «Прорицания и Указания». Он безошибочно мог провести по самому запутанному лесу в самую тёмную ночь. Питер ценил способности брата и верил в их подлинность, и практически безошибочность. Но сейчас ему очень хотелось верить, что Спикер ошибся со своим выбором, и Сабрина не стоит в очереди к Смерти.
« В чём же тут дело?» – терзался Питер, чувствую какой-то омерзительный холод в душе.
« Почему всё так запутано?! Почему именно сейчас?!»
В периоды обострения дар Спикера был особенно точен и остр. Пусть он и превращался в монстра, силы и способностей своих он не терял никогда. Такова была компенсация природы за случившиеся с ним, подозревал Питер. Но как же жестоко он ошибался…
Спикер был в прямом смысле убит в том бою. Его воскресили с того света не магией, и о компенсации речи быть не могло. Юноша стал чем-то, что можно было сравнить лишь с Франкенштейном и его способностями. Если и была легенда о столько гениальном докторе… То она была правдива.
«Тот горе доктор, что вознадеялся смерть победить…»
Шедоу в «сострадание» к собственному брату решил подарить ему столь скромный презент, вызвав Спикера с того света. Правда сказать, не своими силами… Но это уже другая история, о которой Питеру предстоит узнать на собственной шкуре…
Урок граффити прошёл удачно, и теперь на одной из стен Ферипорта красовалась эта надпись. Питер закончил урок с Сабриной парой партий в бильярд и в шахматы, а потом отпустил её с чистой душой дальше. Дальше всё шло, как обычно, чётко по расписанию.
На девичники вновь собрался весь лагерь, и Сабрина смогла пообщаться с Дафной. В атмосфере уюта и лёгкого сумрака палатки Морганы, где играли в карты и вели беседы, было так просто общаться. Ведьма сама получала удовольствие от такой жизни и теперь уже не так утрировано следила за Сабриной. Девочке удалось забиться в уголок и спокойно попить чаю с тортиком. К слову, о кондитерских заслугах принцессы Шиповничек по всему лагерю ходили легенды и хвалебные рецензии! Девушка готовила просто божественно, чем заслужила гордость Рельды Гримм, которая с радостью делилась с будущей невесткой секретами успеха.