Это был совершенно неловкий, может кто-то скажет несуразный, детский «чмок». Первый раз всегда, довольно странный…
Дафна отодвинулась от Гека, и, преодолевая смущение, решила «огорошить» бедного парня ещё сильнее! Сейчас юноша выглядел довольно странно. На лбу появилась складка, из-за загара на скулах едва виднелся румянец смущения, волосы взъерошены, а в мыслях была полная путаница.
- Ты мне нравишься очень сильно! И я сделаю всё, чтобы добиться твоей взаимности! – улыбнулась Дафна, и, чмокнув в щёку, уже совершенно сбитого с толку Гека, весело ускакала.
В тоже самое время эту сцену застал Питер. Он проходил мимо, засунув руки в карманы, и случайно застал этот любопытный момент. Честно говоря, юноша давно был в курсе чувств Дафны.
«Первая любовь… Почему бы не дать ей старт?!»
Шатен сотни раз видел, сидя за книгой вечножителей, как в один миг влюбляются, появляется симпатия, позже перерастает в любовь. Всё начинается с невинного. И если изучить любовь, как процесс, то всё охарактеризуется довольно простой схемой. С научной точки зрения, а парень мог считать себя учёным, в некотором роде, любовь – химическо-математический процесс.
Однако, не смотря на всю эту сухость, может даже заумность вышесказанного, Питер верил в искренние чувства. А чувства ребёнка, можно считать по-настоящему искренними.
Мир менялся, но Дафна входила в то редкое количество детей, о которых можно было сказать «их устами во многих случаях глаголет истина».
Запись за 18. 11. 12
« Я не знаю, возможно, Дафна Гримм перестанет верить в сказки… когда-нибудь станет одной из серой толпы и забудет о том, что такое искренне любить. Она может и забыть о том, что сегодня произошло. Такое не исключено… Хочется надеяться, что она именно та, кто станет «счастливой звездой» для моего брата, как и он для неё станет кем-то важным. Я не знаю, сколько это продлиться, можно ли назвать это симпатией или же глубокими, только зарождающимися чувствами… Но хочется верить, что эта их встреча была не спроста!
Сейчас её чувства чисты и бескорыстны, Даф просто хочет любви и тепла. И от этого мне хочется верить, во что-то хорошее среди начала хаоса… во что-то нежное, светлое, детское…»
Питер задумчиво отложил перо в сторону. Говорить с Геком сейчас не имело смысла. Понять и принять это чувства одного человека к нему, он должен сам. Какие выводы сделает его брат, предугадать невозможно. Но это будут его выводы в его собственной жизни, в которую юноша, даже будучи братом, вмешиваться не смеет.
Сейчас стоило подумать о чём-то более глобальном… Питер взял перо кончиками пальцев.
« Кто-то сегодня уже умер. Я это чувствую скорее душевно, чем физически. Как и говорил мне Магистр прежде… Где бы я не был и куда не пытался уйти, я остаюсь Судьёй Жизни и вечножителем… одновременно. Я вершу чужие жизнь, но кто-то пытается вершить мою собственную…
Глупая смерть уже произошла сегодня. Не знаю, почему я считаю её таковой, но по-другому назвать её назвать у меня просто не выходит…
Я не знаю, кто умер… я не знаю, кто умрёт завтра. Но вот за что они умрут и будет ли в их смерти, хоть какой-то смысл… Я сомневаюсь в этом.
Сейчас я снова пишу здесь, и мне не легче. Листать страницы назад нет смысла. Я всё равно всё это уже не верну. Я не пишу эту историю, её пишет кто-то за меня. Он видит то, чего не вижу я…
Суть Сабрины сказала мне найти себя в себе. Только свет способен порушить тьму. Чтобы найти ответы на волнующие меня вопросы мне нужно заглянуть в себя. И для этого придётся вновь с головой окунуться в моё собственное прошлое.
Да, я от него скрываюсь. Я его боюсь и ненавижу. Не всё конечно…
Если закрыть глаза на всех тех, кого я уничтожил или убил не по своей воле, то моя жизнь всё равно остаётся необычной. Чтобы заглянуть в себя, мне придётся вернутся на несколько десятков страниц назад… И вновь пережить всё это.
Я строю новые мосты, потому что не в состояние сжечь старые. И чем дальше, тем больше мостов и вранья требуется на их постройку. Сколько я ещё смогу так?! Мне неизвестно…
Что же искали в палатке Сабрины? Этот вопрос сейчас занимает меня сильнее, чем всё остальное, даже моё прошлое…»
Раздались глухие гудки. Питер оторвался от той самой потёртой книги в кожаной обложке и провёл рукой по сенсорному экрану.
- Да. Вы нашли его? Прекрасно… Ты сделал всё, что я попросил? Никто не должен узнать об этом. Зерцало надеюсь, всё это забыл… Превосходно! В таком случае, бери ребят и отправляйтесь-ка вы за ним. … Не будь таким не терпеливым, я знаю, что это не особо тебя радует, но пока придётся немного подождать. Сью-Лилей и Мерри пусть готовятся встречать гостей так скоро, как это будет возможно. Формальности я, как и обычно возьму на себя. Свяжитесь с Таней, пусть она тоже поможет, чем сможет. Удачной охоты, ребята! – улыбнулся юноша, в его глазах блеснуло что-то недоброе и жестокое. – Не давайте ему спуска! А через пару дней, я сам займусь им…
Питер потёр ладони, сбросил вызов и хищно ухмыльнулся.
- Я буду рад, вернуть должок тому, кто заварил всю эту кашу! И пусть я чудовище, но я с удовольствием вытрясу эту мелкую душонку из этого вечножителя, – сказал он сам себе.
В уголках губ появились острые кончики клыков и неприятно начало покалывать дёсна, от пульсации крови по венам, становилось больно. Кое-как подавив прилив ярости, юноша открыл глаза и подошёл к зеркалу.
Из отражения на него уставился парень, взгляд которого, был убийственен. Радужка кроваво-красного цвета пугала до ужаса, но большей страх наводили огромные тёмные, как две чёрные дыры зрачки. На шее пульсировала вена, а скулы были сжаты до придела. Питер сжал челюсть и со всей силы ударил по гладкой поверхности зеркала.
Раздался треск разбиваемого стекла… посыпались осколки… тонкими струйками потекла кровь…
Гек сидел всё на том же подиуме. Он сгорбился и согнулся пополам. Спрятав лицо между ладоней, упёршихся в колени, он пытался расцарапать свои джинсы. Юноша был подавлен… взъерошен и даже немного неадекватен. Единственное, что он знал: «Жизнь – и вправду жестокая штука».
Ведь ничего не предвещало такого поворота событий! Ещё вчера они хорошо и по-дружески общались с Дафной, почему же сегодня всё зашло так далеко?!
« Она сказала, что сделает всё, чтобы добиться взаимности… моей взаимности?! Она сказала, что я ей нравлюсь?!» – думал, как заторможенный Гек.
У парней на фоне шока иногда реально «клинит» мозги. Вот и у бедного юноши было схожее состояние. Он соображал медленно, едва мог сдвинуться с места, а тем более что-то сказать.
В какой-то момент этой встречи, парню захотелось заорать «Мы все умрём!» и скрыться в неизвестном направлении, крича, как ненормальный. Дафна была маленькой коварной девушкой, которая умело, потянула его за всевозможные ниточки, что он сидел смирно и до последней минуты был заинтригован! Если бы не его любопытство, то всё бы было совсем по-другому…
Как бы Гек не представлял, не пытался выкрутится, поставив всё вообще с ног на голову, на ум приходило лишь одно: «Лёгкое касание губ со вкусом клубничной помадки, оставляющее ощущения касания лучика солнца в погожий день».
« Я болван! Я не хотел ни этого, ничего вообще! Как, как я мог быть таким идиотом?! Как я мог подпустить малютку Даф так близко?! Как я мог не предугадать её действия?! Ведь она наверняка, вообразила себя, бог знает что! А если она влюбиться в меня? Что же делать?! Почему я не остановил её, пока была возможность?! Существует ли ещё в этой вселенной такие же дебилы, как и я?!» – думал парень, качаясь из стороны в сторону, как больной.
Ему хотелось заплакать. Да, вот так просто порыдать и поскулить, повыть и побиться головой об стену!
« Почему я?! Почему всё это произошло именно со мной?! Почему Дафна не выбрала себе кого-то… кого-то более… её возраста… человека!!»