– Не понимаю о чём ты.
– Не играй со мной. Не стоит. Я наложу на тебя клеймо и отдам на народный суд.
Девушка зарыдала, осознавая, что на суде её повесят.
– Я не такая. Я ничего плохого не делала.
– А как же афродизиаки?
– Я же их не распространяю, они только здесь. Думаешь, мне надо, чтобы ко мне каждый раз заявлялись венаторы?
– Как ты вообще держишься? Я пришлый, и то вышел на тебя.
– Плачу мзду цеху венаторов.
– Всё интереснее и интереснее.
Девушку отпустил страх, и она кружила по комнате.
– Рассказывай, что было прошлой Ноктис?
– А что рассказывать? И где гарантии, что ты меня не убьёшь после?
– Нет гарантий. Так что прекрати испытывать моё терпение и рассказывай всё по порядку. Я тебя до сих пор не убил, а это о чём-то говорит.
Немного поразмыслив, девушка принялась рассказывать.
– Прошлым вечером ко мне на приём записался господин Рон.
– Кто это? – перебил я.
– Начальник городской стражи.
– Этот что ли? – указал я на дверь.
– Он самый.
– Надо же! К тебе так просто не попасть, – изумился я.
Окончательно успокоившаяся ведьма покраснела и топнула ножкой.
– А что входит в твои услуги?
– Если ты про секс, то для этого у меня есть работницы.
– Ух ты, ещё и с принципами! – в моём голосе звучало восхищение.
– М-м-м, – разозлилась она.
Девушка зашла за мою спину и положила руки на плечи. Я напрягся и быстрым движением вооружился револьвером.
– Расслабься! – прозвучал над ухом сладостный шёпот.
Я почувствовал, как закипела чёрная кровь в кулоне. «Афродизиаки», – решил я. Кулон с чёрной кровью был секретом, и помогал мне сопротивляться магии ведьм. Почуяв потоки магии, направленные на меня, я решил подыграть своему противнику. Рука разжала рукоять оружия и вернула курок в исходное положение. Я откинулся на спинку кресла, и женские руки начали массировать мои плечи, шею и виски.
– После ухода господина Рона ко мне пожаловали венаторы, а за ними и блудхоунды. Получив мзду, они удалились. Ноктис под освещением Магис прошла спокойно и не предвещала беды. Хебетес сменила Магис, Ноктис продолжилась. Во время Хебетес ко мне пришла одна из наших.
Услышав последнюю фразу, я напрягся.
– Тише, тише, – раздался сладостный шёпот. – Она попросила, чтобы я передала под покровом Ноктис флакончик и мешочек набитый коинами кухарке господина Наталиса.
– И ты это сделала?
– Конечно. Не могу же я отказать свой сестре.
– Сестре, – повторил я. – И каждую ты зовёшь сестрой?
– Каждую, – повторила она.
Я усмехнулся.
– Я сделала так, как меня попросила сестра. Передала мешок с коинами и флакон. Хебетес сменилась Петитэ, и в конце луностояния ко мне ворвался венатор. Надо сказать, он был не таким опытным, как ты, и я успела наложить на него чары сразу, как на тебя сейчас.
Я не подал виду.
– Кто была та ведьма?
– Не знаю. Я её видела первый раз.
– Она была чистокровной?
– Нет. Одна из обращённых.
– Что стало с венатором?
– А что с ним могло стать. Ушёл. Я велела ему бродить до тех пор, пока он не найдёт ту, что просила о помощи.
– А ты знаешь что-нибудь про Анну Дэ Брута?
– Дочь господина Наталиса?
– Да.
– Нет. Не знаю.
Она закончила массаж, и обойдя кресло наклонилась к моему лицу.
– Что ты делаешь?
– Закрепляю результат, – ответила она и поцеловала.
Эльза, так её звали. Она залезла на меня, и мы целовались. Расстегнув ворот плаща, нащупала руками кулон.
– Что это? – спросила девушка, осознавая что держит в руках.
– Чёрная кровь, – ответил я. – Подарок ведьмы-алхимика из Херба.
– Чёрная кровь? Ты… Ты… Ты… – заикалась она. – Ты, Грэм?
– К Вашим услугам.
Чистокровная поняла, что все её чары были напрасны.
– И что теперь, убьёшь меня?
– Незачем.
Я так и продолжал сидеть в кресле, а Эльза на мне с кулоном в руках. Она отпустила кулон, спрятав его под рубахой. Надо было что-то делать. Я подался вперёд, чтобы встать, но она расценила это иначе и вновь поцеловала меня. Кулон больше не сигнализировал. Я обнял её и отнёс на кровать.
Я лежал на её постели, а она на моей руке. Женские руки гладили мой израненный торс. Мои – её спину. «Как же приятно оказаться просто человеком без забот, и никуда не торопиться», – думал я, понимая, что это чувство скоро закончится.
– А этот откуда? – спросила Эльза.
Чистокровная указала на вертикальный шрам, проходящий через мои грудь и живот.
– Он идёт отсюда, – показал я на лоб, бровь, веки, скулу и щёку.
– Кто оставил?
– Фантом мастера блудхоундов Грэта. След от её жнеца.
– Я слышала о той битве от низших духов. Кошмары с ужасами трепетали от страха, колыхая бездну.
Мне не было дела до низших духов, населяющих бездну. Все мои мысли были о неизвестной ведьме.
– Ты думаешь о ней?
– Да, – ответил я.
– Чем она тебя так заинтересовала?
Информация о кончине семейства Дэ Брута и всей прислуги ещё не просочилась. Поэтому общество было не взбудоражено.
– Она причастна к кончине семейства Дэ Брута и всей прислуги, – выдал я всё на духу. – А тебя подставила. И помимо всего прочего, Анна, дочь господина Наталиса, пропала.
Эльза поднялась с постели и накинула халат.
– Вот сука, – выругалась она.
Я встал и начал собираться. Моя одежда была отмыта от крови. Через несколько минут я уже был собран, а Эльза продолжала ходить по комнате, источая чары от злости.
– Эльза, – позвал я её.
– Что? – ведьма была в гневе.
Я подошёл к ней и повесил на её шею свой знак. Теперь на ней красовался миниатюрный серебряный жнец с выгравированным на его ручке именем Грэм. Такой знак был единственным в своём роде.
– Пока ты будешь его носить, ни один венатор и блудхоунд не посмеет тронуть тебя пальцем. И тебе не придётся платить мзду.
– Я не могу взя-…
– Можешь и возьмёшь.
Девушка прижалась ко мне.
– Я помогу тебе, – встрепенулась она.
Открыв окна и впустив холодного ветра Ноктис, ведьма сосредоточилась. В таком состоянии она пробыла несколько минут.
– Я чувствую её. Она на кладбище. Нет, она в библиотеке. Ничего не понимаю. Как она может быть в двух местах одновременно?
– Что ближе?
– Кладбище.
– Ну, значит, туда мне и дорога.
Петитэ освещала мой путь. Кладбище располагалось сразу за городскими воротами. Я снаряжался на бегу, рассовывал по карманам эликсиры, проверил заряд револьверов. Ружьё сменил арбалет с автоматической подачей болтов. Один из конструкторов, населяющих город Опус, сделал для меня этот арбалет по своим собственным наработкам. Снизу арбалета крепился барабан, наполненный болтами. Они подавались в оружие за счёт выталкивающих пружин. После каждого выстрела тетива возвращалась на место благодаря движению возвратного механизма, позволяющего глушить отдачу. «Почему стража бездействует?» – мучал меня вопрос. Я выскочил из ворот на Тракт Памяти. Система защиты была отключена, а стражники с оружием в руках застыли у ворот. У них были открыты глаза и рты. Весь их вид говорил о том, что они застигнуты врасплох. «Чёрт. Сковала их», – успел рассмотреть я.
Конь нёсся словно буря. Выскочив из ворот, мы пролетели по маленькому помосту, проходящему через такую же маленькую речушку Форд. С помоста мы повернули налево и двигались вдоль русла реки. Метров через сто достигли кладбища. Я спешился. Мы зашли на территорию мёртвых. Миновав деревянную оградку, у меня вскипела чёрная кровь. «Где-то рядом», – мелькнула мысль.
Коня я оставил у сторожки, и остальной путь проделывал сам. Вскоре ведьма показалась. Она стояла на коленях внутри пентаграммы. Волосы её были растрёпаны, как и одеяния. Повеял ветерок, и я подставил кулак ко рту и выдохнул. Terminus разнёсся по кладбищу, и чары ведьмы сошли на нет. Раздосадованная, она обернулась ко мне, и я узнал Анну, дочь казначея.