– И что, справку предоставил? – не удержалась я от вопроса, а сама из последних сил старалась не начать ржать, так как моё богатое воображение стало подкидывать разные вариации этой сцены, и одна была комичней другой.
– Нет, не предоставил, – пыхтя, как ёж, ответила мне. – Представляешь, посмотрел на меня, как будто я у него звезду с неба попросила достать. – продолжала жаловаться на супруга. – А дальше было как-то не до справки, я же сказала, что от ужаса чуть ли кони не двинула. Ну а потом уже поздно было, да и как-то не до этого, – лукаво сверкая глазами, ответила подруга.
Понятно, у неё тоже был секс-марофон. Спрашивать об этом, разумеется, не стала, это её личное дело.
– Слушай, а как он тебя нашёл? – до меня только дошло, что Лира же на Земле была.
– Как-как, к тебе домой заявился, представляешь? Я даже от ужаса сознание потеряла, – продолжала она жаловаться мне. И я её на этот раз не осуждала, так как сама оказалась в схожей ситуации, но об этом решила скромно промолчать, дабы не давать компромат на себя, любимую.
Как выяснилось, наши мужья действовали словно под копирку, вообще у мужиков воображение не работает, а может, это и к лучшему. Сейчас нужно собрать ребят и решить, как дальше действовать. Такого понятия как развод тут нет, а вот себя обезопасить от прослушивания мыслей просто необходимо, так как надеяться на добрую волю Адимиса глупо, он вообще очень неуравновешенный тип, и его настроение переменчиво, как погода. Также нужно сопоставить наши воспоминания и образы «людей», которых мы видели при этом. Я была уверена, что этот аферюга опять бессовестным образом меня обманул. Наконец мы пришли к себе домой, открыли дверь, вошли и только собрались налить себе чая, как из душа вышла Герта. Увидев нас, она обомлела.
– Не поняла? Вы что, совсем страх потеряли, раз вернулись в академию? – строго спросила она нас.
– Ой, да ладно, нам бояться уже нечего, – отмахнулась Лира.
– А как же инициация? Или вы на Земле уже прошли её, шустрые мои, и, главное, с кем? – задав волнующий её вопрос, она, было, уже собралась сесть на стул, как тут наша святая простота решила ответить:
– Да, прошли, с богами, – с какой-то нездоровой гордость выдала Лира без подготовки, ошарашив новостью Герту.
Пока я эту ненормальную прожигала убийственным взглядом, раздался жуткий грохот.
Оказывается, от услышанного Герта рухнула в прямом смысле слова на пол, так как попросту промахнулась мимо стула, при этом вскользь задев его, отчего он тоже решил к ней присоединиться. Я, было, кинулась ей на помощь, но та меня остановила.
– Нет, не нужно, вы, давайте, рассказывайте, а я тут посижу, послушаю, так, на всякий случай. – решила она не рисковать больше своей пятой точкой.
По мере нашего рассказа у бедной демоницы глаза увеличивались, и теперь перед нами была не Герта, а самый настоящий обалдевший филин. Подруги были удивлены, что у меня появились новые способности, и мы решили, что мне нужно обратиться к преподавателям для их развития. Также мы понимали, что и у Лиры тоже они могут проявиться, и мы думали, как с этим быть, учитывая нервный характер подруги. Она дулась на нас и обвиняла в предвзятом к ней отношении. Я же приводила ей доводы, а точнее, напомнила о её глупых выходках, которые могли для нас выйти боком. Наконец мы практически пришли к соглашению, что Лире нужно для начала немного поработать над собой, и уже потом можно будет заняться проверкой: проснулись ли у неё какие-нибудь способности. Нас прервал стук в дверь, думали, что Зер пришёл и, не спрашивая, кто там, Лира открыла её. Мы не поверили своим глазам: на пороге стоял и светился от счастья брат наших мужей – бог лжи Эделианис. У нас от удивления пооткрывались рты, и словарный запас резко закончился, а вот из него слова посыпались как из рога изобилия, более того, этот индивид ещё принялся меня и Лиру по очереди тискать в своих крепких объятиях, пока мы стояли столбом, не понимая, как реагировать на его появление.
– Девочки мои хорошие, как же я по вам соскучился, – заливался он соловьём, – как же я рад вас снова видеть, мы теперь таких с вами дел натворим… – а вот это предложение мне понравилось.
Я вышла из мыслительного ступора и прикинула, что в борьбе с Адимисом мне может пригодиться его брат, пусть не на прямую будет пакостить, но вот как источник информации он будет полезен. Окрылённая своей гениальной идеей, я начала воплощать её в жизнь.
– А мы-то как рады тебя видеть! Всё такой же красивый и коварный! – начала я с самого главного, а точнее – с лести.
Лира посмотрела на меня, но, надо отдать ей должное, догадалась, куда я клоню, быстро включилась в игру. Может, я была не права, и зря её тормозом считала, а может, она специально такое амплуа использовала и водила нас за нос, как с ложными обмороками? Червь сомнения начал грызть меня изнутри, но в такое коварство подруги поверить не могла, посему я тут же придавила этого ползучего гада.
– Эделианис, ты даже не представляешь, как я-то рада, но вынуждена тебя расстроить, у нас не получится с тобой никаких дел, – искусно изобразила горе-горькое Лира.
– Это ещё почему? – удивился он.
– Как, почему, мужья не дадут этого сделать, – в очередной раз вздохнула она горестно, а я же уже стала переживать, вдруг переиграет, она же у нас немного того, то есть с присвистом.
– Так мы им ничего говорить и не будем. – всё ещё не понимая сути проблемы, ответил бог лжи.
– А им и рассказывать не нужно, они сами всё узнают, а точнее – мысли наши прочитают, – тут уже я вступила в игру и изобразила горе несусветное.
– Тоже мне, проблема, – успокоился Эделианис.
Ну а мы воспряли духом, так как и не надеялись так быстро решить эту архиважную для нас задачу. И тут наш «друг» обратил внимание на сидящую на полу Герту, которая до сих пор не вышла из образа филина.
– А Вы, случайно, не секретарь нашего ректора? – обратился он к ней.
– Уху, – ответила она, тем самым укрепила образ ночной птицы с огромными глазами, наверное, от пережитого шока её словарный запас где-то застрял и, чувствую, это надолго. Я же решила пора спасать подругу и отвлечь внимание божественного от неё.
– Эделианис, а как ты можешь решить нашу проблему? – закинула я удочку, так как слова, конечно, хорошо, а вот реальные действия лучше.
– Сейчас домой мигом сгоняю за артефактами, а потом научу вас блок ставить от прочтения мыслей.
– А почему ты нам помогаешь? – решила уточнить, так как не верила в бескорыстную помощь бога.
– Как, почему? – удивился он моему вопросу. – Во-первых, шалить люблю, в этом весь я, а если братья будут знать о наших проделках заранее, то, сами понимаете, затевать их нет смысла, а во-вторых, я считаю, что рыться в ваших головах – это, мягко говоря, не совсем честно, да и скучно, когда знаешь, что ждать от соперника, где загадка? Тоска просто несусветная, так что я им делаю одолжение, потом спасибо скажут, если, конечно, вначале не поколотят. Кроме того, в ваших мыслях порой такое творится, что иногда опасаюсь за психическое здоровье братишек, нам только безумных богов для полного счастья не хватало! – привёл аргументы разумности своего поступка бог лжи, а у самого от предвкушения пакостей аж глаза светиться начали ярко-зелёным цветом. Уууу, змей искуситель! Интересно, что он подразумевает под словом «шалить»? Печёнкой чувствую – проблемы будут, и колотить не одного его будут, но и нас с ним в придачу.
А его предложение «пошалить» неожиданно разбудило мой инстинкт самосохранения. «Это катастрофа!» – завопил он, да так, как никогда раньше, я на него шикнула, ибо нечего анархию разводить, вот жепаникер! Тот уже, по обыкновению, обиделся на меня, и мерзко так: «Я тебя предупредил, короче, посему моя совесть чиста», – у инстинкта есть совесть? Ну всё, капец подкрался незаметно, у меня назревает глобальная проблема – раздвоение личности. Рассудок, ауууу… вернись, я всё прощу.
– Кэт, ты чего? – оказывается, дёргала меня за плёчо взволнованная Лира, – очнись!