— Чего случилось?
Спокойно и жестко спросил Граф.
— Похоже террористы паром захватывают.
— Откуда знаешь?
— Стреляют из калаша. Больше ничего не слышал и не видел.
— Мать твою!! И связь скорее всего уже все. Вырезали всех, радиорубка и рубка управления это в первую очередь.
— Связь есть. Спутник. Вон стоит на зарядке.
— Быстро его сюда!
Шепотом рявкнул Граф. Чрез пару секунд он набрал номер и спокойно слил всю информацию. Очень спокойно, сухо и кратко. Потом немного послушал что ему говорят с той стороны и отодвинув
трубку о уха он спросил меня.
— Ваня. Оружие есть в машине. Только не врать и ничего не срывать.
Я только головой кивнул.
— Много?
— Даже два гранатомета есть и два подсумка. Ну вы видели, тогда, давно.
— Еще что?
— Два калаша по пять рожков к каждому. Ножи метательные. И два пистолета.
— Какие?
Тут я пожал плечами, вздохнул и ответил.
— Наганы. Новье все дед забрал. Зато по пачке патронов на каждый.
— Хорошо. Это далеко все?
— Да. Очень. Надо возле заднего моста с балки рамы открутить двенадцать болтов. Там такая плита. В общем все внутри рамы.
— Плохо. Но придется рискнуть.
И граф опять приложил трубку к уху. Перечислив все оружие которое можно достать он еще пару минут послушал и после чего нажал на кнопку отбоя.
— Ну все Ваня. Пошли. Воевать будем. Ты как?
— Потряхивает дядь Граф.
— Это нормально Вань. Пред боем всех трясет. А у тебя вообще первый. Или…?
— А не. Только драки.
— Значит первый.
Потом немного подумал и сказал.
— Все. Выходим. Ты крутишь гайки я на стреме. Монтировка то хотя бы есть?
— Есть. И нож. Хороший нож.
— Давай.
Я из под сиденья вытащил нож СС.
— Ого! Это откуда такое?
— У копателей в Воронеже купил. Новье, в масле лежал.
— Вижу. Это Ваня срок.
Я скривился. И ответил.
— Захотелось вот. Как увидел так прямо руки зачесались. Да и с моим арсеналом?
Я махнул рукой. Граф хмыкнул и усмехаясь выдал.
— Это конечно. На фоне десятки за гранатометы трешка за нож как то не впечатляет.
Так быстро болты еще ни один слесарь не откручивал, а если принять во внимание что это рядом с задним мостом и все там в грязи, да такой что рамы не видно не то что головок болтов. Ну говорю же. От самой Москвы дожди и грязюка. В общем открутил. Двадцати килограммовая плита металла легла мне на грудь и я начал выкатываться из под машины. Все. Вылез. И во он длинный но тонкий холщовый мешок. Три минуты. Все. Теперь только бой впереди и выживет тот у кого воинское счастье сильнее, потому как пуля она дура и валит самых подготовленных бойцов в самых неожиданных ситуациях.
Я впал в ступор и слушаю гармонию, вернее то хаос который творится на верхних, жилых палубах. Там что то невообразимое творится, хаос, хаос, хаос. Хаос несущий эманации диких эмоций страха, насилия и смерти. Как там Сашка то? Стоп. Все потом. Пока отстраиваемся на нашу палубу. Секунда и чувствую огромное темное пятно которое несет в себе массу энергии хаоса.
— Граф. Там их много, что то грузят.
Я махнул рукой в сторону крайних машин которые стояли у самого въезда.
— Откуда знаешь?
— Слышу.
Спокойно ответил я.
— Ладно. Иди за мной и смотри за пальцами, азбуку не забыл?
— Нет.
— Все. Пошли.
Человек тридцать копошатся около вскрытых фур и что там выгружают.
— Оружие. И какие то ящики.
Констатировал Граф. А потом резко как то напрягся и ошеломленно прошептал.
— Да быть того не может!
— Что?
Но Граф только немного побелел и сказал.
— Так Ваня. Все меняем. Вооон. Тот. В зеленых ботинках из натурального крокодила.
— Вижу. Главный. Всеми командует.
— Ваня. Его только живым.
— Я понял.
— Значит действуем так.
Ползу ужом между колес. Вот все. Я на позиции, Граф сказал что бы я стрелял по готовности и после выстрела сразу же резко перемещался в другое место. Планка, прицел, пуск. Термобар ахнул когда я уже ввинчивался между кабиной и фурой пятой машины от того места где я лежал. Тут же ахнул термобар Графа. И я высунувшись начал отстрел ошеломленных террарюг. Опять ступор, автомат на одиночном. И головы начали раскалываться как гнилые орехи. Три головы смена позиции, еще три головы опять смена. Я работал как бездушный автомат с каждым выстрелом восстанавливая гармонию. И гармония начала проявляться, она светилась теплым светом и радовалась как маленький щеночек что она жива и опять побеждает хаос. Три головы в брызги и смена позиции, три головы и… Меня тронули за плечо. Граф с бешенными глазами стоял на полуприсяди и тряс меня.
— Охерел!! Валим. Я этого взял, тут осталось не более семи уродов, да и то у них полные штаны поноса. У нас другие дела есть. Все. Бегом.
Странно да. Я на Графа никак не отреагировал и не почувствовал. Значит те кто на стороне гармонии тех я не вижу. Ладно. Запомним.
Мы волокли тело убегая куда то на самые нижние уровни парома. Наконец в какой то яме Граф остановился.
— Все. Вот тут мы его поспрашаем.
Полевой допрос с потрошением я видел первый раз и чуть было не обблевался. Но вот то что вышиб с этого мужика Граф это. Это я вам скажу даааа! Ну подробно. Начнем с мужика. Оказался очень известный в узких кругах. Граф его уже один раз вроде как и убил. ВОГ выпущенный Графом попал мужику прямо в пах, никто бы не выжил. Но эта гнида как кто осталась жить. Ну теперь то точно раздавлена. С отрезанной головой еще никто не возрождался. И во что он нам поведал. Все это так, отвлекающий маневр. Основное задание это сборка глубоководной торпеды, подвод парома в место пролегания газопровода Северный Поток и запуск управляемой торпеды. Как сказал Граф.
— Ваня. Пофиг на все и на всех. Но мы с тобой должны уничтожить торпеду или не дать ее запустить. У нас есть пять часов, через пять часов паром выйдет на трассу газопровода.
Ну чего надо значит надо. Через четыре часа непрерывной беготни и стрельбы мы эту дуру похожую на какой то огромный круглый батискаф все таки рванули. Я прикрывал отстреливая одиночными последние патроны а Граф подобрался на сорок метров и запулил в нее последний выстрел из граника. Ох она и рванула!! Я уже думал что Графу конец. Да даже меня реально глушануло и приложило об переборку. Но потрепанный, рваный и раненый Граф все таки появился в точке сбора.
— Ну все Ваня. Теперь меня отправить и все.
— Зачем?
Я реально не понял. У человека билет. Прибудет спецназ, всех освободят рано или поздно. Куда еще то бежать и зачем? Но Граф все прояснил.
— Вань. У меня конечно документы железные. Но когда тут начнет работать контрразведка НАТО и Швеции. Меня Ваня возьмут и возьмут очень нежно. Так что я лучше на плоту или баркасе. Ладно все. Хорош болтать. Давай уже этот катер спустим.
— Млять. Тяжелый какой, лебедка чели заржавела?
Граф только похахатывал видя как я реально ругаюсь. Не ну в самом деле. Тяжелая сцука и электродвигатель хрен включишь. Конспирация.
Катерок с Графом пропал в мокрой завесе дождя. Через сутки спецназ Германии завалил последнего боевика. Эти остатки хероев закрылись в трюме и начали кингстоны открывать, ишачье упертое. Ну это я уже потом узнал. Я то после того как граф свалил сразу же залез в свой спальник в Мармоне, и носа не казал, пока меня не нашли бравые спецназеры. Сашка кстати тоже спрятался в каюте. Ну а всем остальным повезло мало. Особенно конечно девкам досталось. Ну чего я могу сказать? Нехер было толерастией баловаться и забивать всю Европу бородатыми шайтанами.
И вот. Наш Мармон рыкнув дизелем скатился на брег. Таможня, то се. И опа!! КРИСТИНА!!!? Эта еще откуда!?
Глава пятая
Охти мне. Если кто то подумал что меня Кристина заездила? Неее. Меня немцы ушатали до просто потери пульса. Ну подробнее.
Опа!! Кристина! На вопрос откуда, девица тут же кинулась мне на шею и ну давай слезкам меня поливать. А вокруг!! Ооо! Камеры, журнашлюшки, и прочие очень мутные личности. Я даже немного стал нервничать за свой кошелек. Уведут ведь, нищеброды гейвропейские. Вот и я не понял. Это они сами набежали как тараканы в темную кухню или это Криська им немного бобла подкинула? Ну это ладно. Надо им, пускай уже фоткают и снимают, мне боятся некого. А вот потом я немного не удержал язык за зубами. Вот сейчас вспоминаю и рожа сама по себе в лыбу растягивается. Этож какой я тогда был глупый, наивный и очень молодой. В общем когда Кирська картинно отыграла встречу любимого из смертельного похода, то резко взяла себя в руки и секунд за сорок навела марафет на своей мордашке. И тут же к нам подлетели всякие жаждущие с микрофонами. И как вы думаете какой вопрос мне задали самым первым? Да ни в жизнь не догадаетесь.