- Где Аватар? – спросил маг крови, пытавшийся выжать из назойливого духа нужную ему информацию.
- Хм…Вопросы и ответы. – членистоногий монстр стал извиваться вокруг Амона, выдавливая из себя пары слов. – Слабые и сильные… Решимость и трусость…Защищать и…хм-хм… защищать. – проигнорировав вопрос, лепетал Кох. – Всесильный лидер, ответь мне…что ты будешь делать, когда запутаешься в том кого защищать и от кого, когда поймешь, что сам опасен? Каковы будут твои обязанности, человек? – Ноатак молчал, не видя надобности отвечать на столь пространные речи. – Вопросы и ответы…Что-то одно…Хм-хм-хм.
И растворяясь в своем задумчивом смехе, зарождавшем внутри головы лидера уравнителей нехорошие мысли, могучий дух растаял в воздухе, напомнив о своей эфемерной сущности. Глядя на образующуюся пустоту, лишь теперь революционер услышал голоса своих детей, раздававшиеся за стеной, созданной им же.
Твердыня в мгновение ока пала – постарались мальчишки, которым теперь никто не мешал расправиться с простым заданием по превращению льда в воду. Ледяная стена рухнула, впуская к лидеру его подчиненных, а к отцу…его детей.
- Папа!!! ПАПА!!! – кричали Нарук, Арок и маленькая девочка, прижимаясь к своему родителю. И когда же этот кошмар творившийся с их мамой и папой закончится!
- Амон, что произошло. Арок и…Ваши дети… – спросил Лейтенант, подозрительно поглядывавший на поднявших тревогу мальцов, когда ответ лидера запутал его еще больше.
- В штабе были особые гости. – ощутив неприятные ощущения в руке, Ноатак посмотрел на свое плечо. На нем не обнаружились какие-либо раны, и, разозлившись на такую шутку мира духов, предводитель революционеров оглядел своих напуганных чад. – Все в порядке. – проговорил облаченный в маску отец своих детей, по-прежнему пребывавший в лабиринте повисших в воздухе слов. – Мы выдвигаемся.
- Есть. – беспрекословно ответили подчиненные, готовые по приказу своего предводителя спасать... повелителя четырех стихий, и маг крови, трепавший головы своих сыновей, вспомнил о так недавно брошенной духом фразе – «…Лидер уравнителей, что борется против магов. Маг крови, что является отцом магов крови. Обязанности одни…обязанности другие…»
И зачем к нему приходил этот дух?
Уж не для того чтобы напомнить о той пропасти, что пролегает между обязанностями лидера уравнителей и главы семьи.
Обязанности…обязанности…
Как бы ему не хотелось бы присоединиться к брату, чтобы спасти взбаламашную девчонку, что однажды поставила под угрозу всю его карьеру политика, сенатор Тарлок прекрасно помнил. Его обязанность – защищать Репаблик-Сити, в том числе от столь ретивых солдат, которые ничего толком не сделав, оставили приличный беспорядок в здании правительства.
- Командор Кай покинул здание сената. – проговорил несчастный секретарь.
- Великолепно. – прыснул со злости сенатор. – Бей Фонг?
- Патрули паутрлируют…Ой…эм…патрули…
- Ясно. – буркнул мужчина, созерцавший голубые воды водопада, что бессменно украшал его кабинет. Вода мерно стекала вниз, подталкивая младшего мага крови к особому полному меланхолии настроению. Тарлок не спешил. Указания от Амона он получил, и теперь, желавший хотя бы вишенку съесть и косточкой не подавиться, политик выжидал нужного момента.
- С-сенатор?
- Эх…сообщите Бей Фонг – пусть готовит камеры в штабе. В независимости от того, кто получит Корр…кто освободит Аватара, они нам понадобятся.
- Д-да. – пролепетал секретарь, удаляясь из кабинета и оставляя столь задумчивого начальника.
Да. Почему-то сейчас Тарлок, вспомнивший о сражении с Аватаром, произошедшем на этом самом месте несколько лет назад, остро ощутил несправедливость жизни. Ведь не смотря на его великое желание и старания помочь Корре, вопреки желаниям некоторых, ОНА будет ждать не его… Ну что ж…«Самый успешный политик», по мнению Репаблик-Таймс, знал, что делать, не оглядываясь на это ноющее ощущение, сквозившее откуда-то изнутри.
Районы драконьих кварталов издавна славились своей затхлостью и особенной не изгоняемой тьмой. В любое время суток, в любой день недели, в любое время года здесь правил какой-то особенный мрак, заставлявший не задерживаться подолгу на одном месте и бежать словно преследуемому зверю куда подальше, пока никто не заметил твоего существования.
Репаблик-Сити перевоплощался в совершенно другой город, стоило только переступить эту тонкую межрайонную грань. Только здесь преступность и человеческие пороки претворялись в жизни, обретая свою материальную форму и объявляя себя полноправными правителями жизни. Именно из этой тьмы, духовной и физической, родилась Триада, к основанию которой, как поговаривают старожилы, приложил руку сам Якон, что обладал способностью использовать магию крови в независимости от состояния луны. Хм…ирония судьбы….Именно в этом сумраке родилась организация, что расползлась серой тенью по всему городу, воссияв зелеными всевидящими очами, да красными знаменами революционного движения. Сенат так и не смог ничего сделать с затхлостью этих мест, да и сам этот район, казалось, не хочет выходить из своего уныния, увязая все больше и больше в глубокой яме мрака и отчаяния.
В тихом омуте…В тихом омуте…И сейчас там водятся свои черти…
Стоит пройти по пустынной улице, чтобы ощутить как мурашками напоминает о себе присутствие жизни. Стоит заглянуть в любое заколоченное окно, что пытается сохранить тайны некоторых людей, привыкшим прятаться от всего и вся. Трудно разглядеть в столь непроглядной тьме жизнь простого человека, но она была, есть и будет. Люди жили вопреки всему, благодаря одному инстинкту, что неустанно твердил сквозь плотно сжатые зубы «Живи»… И они жили.
Здесь, в один день родился человек. Явление достаточно обычное. Люди рождаются, живут и умирают, ибо так повелели духи, а может быть сама жизнь, что нашла способ своего воплощения именно в такой форме.
Ничего примечательного в нем не было. Это был обычный человек с двумя руками и ногами, который, к сожалению своему, чем-то не угодил небесам, раз на его голову свалилась столь обыденная мраку отчаяния жизнь.
Отца он не помнил… Помнил лишь не выветренный запах сигарет, да колючую от не сбритой щетины щеку. Помнил большое зеленое яблоко, которое папа приносил домой, которое было до жути кислым, но маленьким мальчиком он всегда врал, говоря, что вкуснее этого ничего никогда не пробовал. Пробиравшийся сквозь тьму сумрачных кварталов, отец всегда приходил ночью и разжигал на ладони небольшой огонек, от которого становилось очень тепло и светло на душе.
- Так твой отец был магом? – перебила разговор связанная девушка.
- Я тебе сказал дослушать до конца! – вспылил рассказчик.
Да…Его отец был магом. Магом огня. Это то немногое, что он о нем запомнил, перед тем как тот ушел в последний раз. Куда, зачем? Мать так и не сказала ему, поджимая тонкие губы, да прикрывая уставшие глаза, отдавая ему зеленое яблоко, которое в тот вечер показалось совершенно безвкусным.
Способности не проявились. Хотя мальчик очень старался, донимая знакомых магов огня просьбами показать «то» и «это». Ничего. Абсолютно ничего. Сын повелителя стихий таковым не оказался, а ведь это могло бы ему пригодиться. И если маленьким ребенком он испытывал лишь ту горькую обиду от такой несправедливости, глядя на счастливых людей, обладавших особым даром подчинять себе один из трех элементов, то после, он в полной мере ощутил правду жизни. Маленькие детки – маленькие бедки.
Уверено перешагнув черту от отрочества к юности, он в полной мере столкнулся со своим главным недостатком.
«Магические способности?»
«Нет»
«Простите, но боюсь Вы нам не подойдете.»
Сколько раз слышал он эту убивающие в нем всякую надежду слова, относившиеся к его главному недостатку. И сколько бы он не плакал о больной матери, о том, что им нечего есть…никто его не слушал, указывая ему на одно существенное «но».