Серегин рассматривал уходившие вперед несколько ответвлений туннелей, но точно не представлял себе, куда они могли вести. В зеленоватом цвете ноктовизора биомасса расползлась на стенах странными узорами, покрывавшими их поверхность.
Откуда-то сверху раздался окрик и Серегин немедленно на него отреагировал.
- Я здесь!
- Мы спустимся к тебе, сталкер! - послышался знакомый голос главного.
- Нельзя! - отозвался Серегин. - Запутаетесь в этой пленке - только ухудшите наше положение.
- Твое предложение? - спросил главный, не став спорить.
- Я постараюсь выдерживать северное направление. Идите туда же - в нескольких десятках метров или больше должны быть еще проходы вниз. Попробую оттуда найти выход.
- Твою же мать! - послышался сдавленный возглас на английском языке. - Ладно, сталкер, сделаем по-твоему!
Сориентировавшись по компасу, полковник определил нужное направление и двинулся туда. Только сейчас он обратил внимание, что весь пол был залит сточными водами приблизительно чуть выше щиколотки. В это время года, да еще в Зоне, дождей всегда предостаточно, поэтому наличие грязной воды здесь не вызвало удивления. Дозиметр показал двукратно превышающий норму уровень фона, но это куда меньше пугало по сравнению с горами какого-то старого хлама, начиная от зараженных полусгнивших костюмов пожарников, сваленных тут в кучу аж с восемьдесят шестого года, и заканчивая канистрами вперемешку с остатками бытовой сантехники, которая порой фонила сотней миллирентген в час. На поверхностях странно пульсировала и медленно шевелилась биомасса, выделяясь своим светлым оттенком через прибор ночного видения. Почему-то на секунду Серегина посетила идея дотронуться до этих нитей, сплетавшихся в причудливые узоры на стенах с облупленной за три десятилетия краской, но он вовремя отдернул протянутую к ним руку.
"Нахрен", - промелькнуло в голове полковника.
Ситуация становилась все более тревожной. Доносившиеся сверху звуки отдавались в голове вместе с собственным учащенным сердцебиением и тяжелым дыханием. Темные коридоры, тянувшиеся в разные стороны, словно являли собой сосредоточение тьмы. В какое-то мгновение эта тьма поглотила все внешние звуки и наступившая гробовая тишина действовала на нервы сильнее рева чудовища из аномального тумана, в который полковник угодил несколько дней назад. Вообще, не прими он стимуляторы по настоятельству главного группы, то давно бы свалился от усталости и лишь благодаря препаратам все еще мог держать концентрацию на нужном уровне. Все его инстинкты обострились и отзывались повышенным вниманием на любой подозрительный шорох. Перекрикивание с главным могло привлечь совсем ненужный интерес, но иного выхода не было - рации здесь работали до неприличия плохо, а потерять проводника американцы не могли.
По прошествии нескольких минут со времени разговора с главным теперь Серегин старался идти как можно тише. Даже если возможные здешние обитатели услышали его, то это не давало повода продолжать шуметь. Полковник старался ставить ногу на носок с последующим переносом массы тела на ступню, причем выносимую ногу он ставил так, чтобы в любой момент ее можно было поднять. Задача усложнялась наличием воды под ногами, из которой полковник старался доставать ноги медленно, без резких движений, чтобы не создавать всплесков и, направляя автомат туда же, куда смотрел, он продолжал неспешно продвигаться вглубь очередного прохода. Пару раз ему пришлось завернуть для выдерживания правильного направления, попутно рассматривая потолки и стены, где не осталось ни одного места, не украшенного жутковатыми узорами. Впечатление усиливали не уходившие из головы полковника воспоминания о том, что ему довелось услышать об этой аномалии-имитаторе, хотя до сих пор она никак себя не проявила с агрессивной стороны. Все детекторы не подавали каких-либо признаков угрозы от нитевидных узорчатых образований, а значит если все это считать ловушкой, то довольно странной, подумал Серегин, переводя автомат из стороны в сторону. Ведь какой смысл впускать внутрь жертв без последующего умерщвления? Ждать, пока те сами обессиленные падут? Но тогда кто за ними приходит?..
Ответить на свой вопрос Серегин не успел из-за возникшего впереди явно рукотворного чернеющего коридора, в который переходил образованный аномалией подземный туннель. Глянув перед собой, полковник заметил, что уровень воды дальше был куда выше - не ниже пояса, из-за того, что коридор были ощутимо ниже туннеля. Инстинктивное желание поискать другой проход ему пришлось в себе подавить после того, как он сверился со своим компасом. Чертыхнувшись про себя, Серегин с некоторой брезгливостью, от которой, казалось, дано избавился, зашел в мутную черную воду. К счастью она не фонила, но от этого легче не становилось, зато воображение рисовало сюрреалистические образы, вызванные страхом, застывшим во внутренностях увесистым куском льда. Серегин знал, что любой, кто говорит, будто ему не страшно в Зоне, заведомо лжет как сивый мерин. Здесь в принципе не может быть не страшно. Вопрос в том, кто кого - ты свой страх одолеешь или он тебя. Вот такая простая дихотомия. Продолжая выискивать через прицел автомата любую подозрительную деталь, полковник подловил себя на том, что все-таки слышал какой-то посторонний звук. Как он ни старался, но шум от вдыхаемого через фильтры воздуха и всплесков воды существенно мешал его расслышать, однако в голове укоренилась твердая уверенность преследовании кем-то, двигавшегося в такт его шагам. Тогда резко и неожиданно развернувшись, полковник направил назад свое оружие. Никого. Чувства обострились до запредельных величин и сейчас он из себя представлял ходячий пеленгатор угроз, нащупывающий их буквально собственной кожей. В спине что-то неприятно закололо и свело мышцы, как будто прикоснулась чья-то холодная рука, но полковник все же продолжил свое движение, сделав намеренно рваным темп ходьбы, с непредсказуемыми остановками и разворотами назад. Скребущее чувство, словно кто-то передвигался синхронно с ним, никуда не пропало; напротив, Серегин практически окончательно убедился в правоте собственного предположения. Страх железной хваткой сдавил все внутри и на какое-то время - с ощущением которого в подземельях происходило нечто совершенно странное - Серегину показалось, будто от жуткого перенапряжения он просто упадет в обморок. И тогда ему в голову пришла идея. Не останавливаясь, полковник нащупал у себя пару небольших железок, используемых для обнаружения аномалий. Достав из подсумка одну из них, он вдруг резко остановился и с размаху запустил ее метров на десять назад. Вещица завершила свой полет громким всплеском и буквально через мгновение где-то между Серегиным и упавшим дальше во тьме предметом что-то резко шевельнулось, вызывав фонтан брызг черной воды.
"Сука!", - опешил Серегин, глядя как из-под воды нечто невообразимое бросилось в сторону кинутой железки.
На долю секунды полковника словно парализовало страхом. Огромным усилием воли он сумел выйти из оцепенения и бросился наутек, умоляя всех богов Зоны не подкинуть ему какую-нибудь непроходимую аномалию. Бежать по пояс в воде быстро не удавалось при всем желании, а плыть исключалось в принципе. Неведомое чудовище явно осознало обман и ринулось в обратную сторону на звуки с трудом передвигающегося человека. Серегин, понимая, что здешняя мразота двигается явно быстрей, развернулся и открыл огонь по жуткой темной массе, нырнувшей под воду. Не останавливаясь, идя спиной вперед, он дал очередь в сторону существа, на что оно ответило звуком, напоминающим бульканье, переходящим в змеиноподобное оглушительное шипение. Так продлилось секунды три, пока какофония звука вдруг резко не оборвалась. На лице полковника застыли широко открытые глаза, которыми он высматривал через ноктовизор темнеющий проход. Взбаламученная вода уже почти успокоилась, когда прямо из воды тварь как бы прыгнула на потолок и... разделилась надвое. Серегин не верил своим глазам, пытаясь переварить увиденное им через прибор ночного видения. Трехметровое вытянутое туловище существа с множеством конечностей создавало впечатление чудовищного гибрида гигантской многоножки и миноги. Особенно это сходство усиливали две головы на разных концах туловища с огромными по полметра округлыми ртами. Больше Серегин разглядеть не успел из-за того, что тварь каким-то невероятным образом вдруг разделилась надвое и расползлась в стороны. Опешив, полковник сделал две коротких очереди навскидку, но без малейшего толку. Тогда он с удвоенным темпом ринулся по пояс в воде как можно дальше от этого проклятого места. Бешенное молотилово главного мотора в груди усиливалось жутким ощущением удушья от нехватки воздуха из-за противогаза. То и дело, оборачиваясь назад, Серегин что есть сил продвигался через мрачные заброшенные коридоры, а сзади с короткими перерывами доносились омерзительные хлюпания, на которые полковник периодически отвечал одиночными выстрелами. Попасть в тварь, точнее в тварей, в подобных условиях да еще на бегу можно было только случайно, но даже звук глушенных выстрелов придавал хотя бы каплю уверенности. Нечто жуткое двигалось по стенам вслед за ним и спина полковника сейчас превратилась в уловитель угрозы, исходившей от чего-то непередаваемо гнусного и омерзительного. Теперь полковнику казалось, будто хищное существо уже не стремилось настигнуть его одним стремительным броском. Изданное им бульканье с переходом в шипенье при попадании пуль могло свидетельствовать об усвоенном уроке тварью, инстинктивно ощущавшей способность жертвы к упорному сопротивлению.