От такого заявления я дернулась, снова попытавшись вырваться.
— Не бойся, — беззлобно усмехнулся незнакомец, все так же продолжая говорить тихо, что в случае встречи мне не узнать голос. — Я уже и забыл, какая ты была запуганная тогда.
Голос на последних словах потяжелел так, что где-то в животе поселился страх. Кто бы ни был мой так называемый муж в будущем, он очень, очень опасен.
Я вздрогнула, когда мне несильно прикусили кожу на плече, пощекотали дыханием и чуть-чуть прикусили ушко, из-за чего меня ощутимо тряхонуло, а потом резко дернули, разворачивая и закрывая глаза теплой ладонью, заставляя оторопело замереть, когда меня поцеловали.
Охрененно так поцеловали, прикусывая губу.
Что-то прохладное скользнуло по шее и груди, но отвлекаться от поцелуя мне не дали, а потом все заволокло розовым дымом, и я оказалась посреди ошарашенной компании.
— Я, пожалуй, пойду, — как-то не в тему проговорила и на подгибающихся ногах потопала на второй этаж, удерживаясь за перила лестницы.
Зайдя в свою комнату, я плюхнулась на кровать и перекатилась на спину, бездумно смотря в потолок.
Губы до сих пор чувствовали поцелуй, и я приложила к ним ладонь.
Ну, нифига ж себе приехали.
Муж…
Что-то скользнуло по коже, и я вспомнила про то, что он что-то одел мне на шею. Подскочив на ноги, я рванула к зеркалу и удивленно вскинула бровь.
Кулон.
Расстегнув цепочку, я положила его на ладонь, невольно восхищаясь работой. Усатый дракон из японских или китайских сказок лежал на ладони, держа в лапах красный камень, в котором отбрасывало маленькими искрами Пламя Урагана.
Чегось?
Прислушавшись, я действительно почувствовала, что внутри камешка заключена маленькая искорка пламени Урагана, вот только как? Какой мастер мог такое сотворить?
Кулон ответов мне не давал, но приятно грел кожу ладони, и, что самое удивительное, агрессивное Пламя, а точнее его крохотая искорка, обещало защиту и тепло, когда должно разрушать.
Искорка ластилась, рвалась ко мне, и я, нахмурившись, пустила совсем чуть-чуть свое Пламя и от неожиданности вздрогнула, когда искусная работа неизвестного мне мастера неожиданно зашевелилась, зевнула и резво свернулась в браслет на руке.
Я молча, и офигевше наблюдала за этим действом, когда маленький, как будто живой дракончик скользнул, утягивая за собой цепочку и сворачиваясь в причудливый браслет на запястье.
— Чудеса, — протянула я, вертя своей рукой разглядывая чудо-юдо. — И что же ты можешь?
В следующий момент я поняла, что теперь мое Пламя, которое я использую, для других не заметно, а вот обладатель искорки меня почуять может.
Воистину, кто бы ни был мой муж, он сделал мне королевский подарок, ведь этот дракон не давал во мне почувствовать Пламя, и заметить его можно было только тогда, когда я его специально покажу, загоревшись, как свечка.
До сих пор озадаченная, я принялась поправлять растрепавшиеся волосы и замерла перед зеркалом, недоверчиво проводя пальцем по шее.
Зрение меня не обмануло.
— Засос, — до сих пор под впечатлением произнесла я, а потом до меня, тугодумки, дошло…
Твою же мать!
И все это видели! Хотя, впрочем, неважно, надо потом народ допросить, какая она, то есть я из будущего.
Устало вздохнув, я еще раз посмотрела на запястье.
Кто же ты, красный дракон?
***
Когда сработала базука десятилетия, никто не ожидал, что из розового, еще не рассеявшего дыма в сторону Реборна будет направлен остро наточенный кинжал, который находился прямо в нескольких сантиметров от груди киллера.
— А, Реборн, — прозвучало как-то облегченно. — Я уже успела забыть про этот эпизод, ну надо же.
Перед ними из рассеявшего дыма стояла Тсуна, которая, прищурившись, так и не убрала кинжала от киллера, на инстинктах считая его как самого опасного для себя и… для ребенка.
Этот жест Реборн узнал бы из тысячи, именно так Луче прикрывала от опасности еще тогда не родившуюся Арию на чистом материнском инстинкте.
Женщина перед ними была мало похожа на постоянно занятую и в вечном недосыпе девушку, которая ночами сидит за компьютером. Тсунаеши была одета в темно-синюю юкату, расшитую алыми рисунками по подолу и рукавам.
— Т-Тсуна? — ошарашено выдал Акира.
— О, Кира, — взрослая версия Тсуны тепло улыбнулась, наконец пряча кинжал в широком рукаве юкаты, который доставал ей почти до кончиков пальцев. Длинные волосы были переплетены в косы и закреплены причудливым образом. — Рада вас видеть, прям аж ностальгия берет, такие мелкие еще.
— Тсуна, — шепотом начал Акира. — А ты беременная, что ли?..
— Хах, Акира, — женщина покачала головой, присаживаясь на диван рядом с ним и гладя всхлипывающего Ламбо по голове. — У тебя вообще-то уже свой карапуз есть.
— У меня? — ошарашено выдал подросток, смотря на такую знакомую-незнакомую женщину огромными глазами. — А с… кем?
— Не скажу, — улыбнулась женщина. — Они у всех уже есть или скоро будут, правда, у парочки здесь сидящих они только в стадии планирования, но, думаю, недолго.
— Да ладно, — нервно хмыкнул Мукуро.
— А ты вообще молчи, — беззлобно фыркнула женщина. — «Она слишком чистая, я просто ее не достоин», и «Я не могу, я ему не подхожу, ему подойдет другая девушка», бегали три года как два идиота, весь мир мафии уже ставки ставил, когда вы двое все-таки решитесь.
Мукуро открыл рот, закрыл.
— Можно-о-о? — протянула появившаяся из ниоткуда Фран.
— Конечно, — улыбнулась женщина, и иллюзионистка положила ладонь на живот женщины. В обычно безэмоциональных глазах промелькнула такая буря эмоций, что, если бы кто сказал, не поверили бы.
— А у меня будет? — выдала иллюзионистка.
— Конечно, — улыбнулась женщина. — Будет у тебя… принц.
— Да ла-а-адно, — протянула Фран.
— А мне… можно? — осторожно подлез Акира.
— Можно, — улыбнулась женщина, и будущий босс Вонголы приложил руку, неосознанно пуская свое Пламя.
— Он… живой, — прошептал подросток. — Мальчик.
— Откуда вы знаете, Джудайме? — чуть ли не шепотом прошептал Ураган.
— Чувствую, — растерянно проговорил Акира. — И он… как ты.
— Что? — моргнул Хаято.
— Ураган, — улыбнулась Бьянки, положив руку женщине на живот и мягко улыбаясь.
Подошедшей Нике женщина улыбнулась мягко и как-то весело и хитро прищурилась.
— А у тебя два замечательных блондина будут, — заверила Тсуна девушку, которая моргнула, недоверчиво покосившись в сторону живота.
Дино засветился от счастья, увидев, как хитро подмигнула ему Тсунаеши.
Реборн запрыгнул на диван и сразу же отметил, как женщина напряглась, подавив в себе жест, обхватить в защите свой живот. В глазах Тсунаеши промелькнул какой-то страх, хотя другим она в этой комнате совершенно доверяла.
— Ты связана с мафией? — прямо решил задать вопрос взрослый в теле ребенка, внимательно оглядывая очень изменившуюся женщину.
— Может быть, — наклонила она, хитро улыбаясь, а потом киллер вздрогнул, когда эта женщина взяла его за руку, поймав странный взгляд киллера на своем животе, и приложила к нему свою руку и его. — Счастье где-то совсем рядом, Реборн, и лишь ты виноват, что его не замечаешь.
С этими словами с тихим «пуф» появился розовый дым, и женщина исчезла, а на ее месте появилась их нынешняя Тсуна с затуманенными глазами и зацелованными губами.
Буркнув что-то, девушка пьяной и явно неадекватной походкой направилась на второй этаж, при этом все, кому ни лень, успели увидеть на шее девушки засос.
— Хоть у кого-то личная жизнь налаживается, — вздохнула Бьянки чуть завистливо и пошла на кухню.
Реборн проводил ее взглядом, раздумывая над словами о том, что счастье где-то рядом, вот только где?
На руке оставалось тепло, которое он продолжал ощущать даже спустя десять минут.
Реборн столько лет пробыл в теле ребенка, что семья стала чем-то недосягаемым, но ведь сейчас, стоит ему отбросить пустышку, он станет взрослым человеком, он может осуществить свою мечту.