— Люмос Максима. Но почему? Да, заклинание довольно мощное, но я предполагала, что оно ослепит его на время, а не навсегда, — растерянно пробормотала я, пытаясь уложить в голове весь тот ворох информации, который на меня вывалили.
— Все просто, — усмехнулся лекарь, — у акромантулов глаза очень чувствительны к свету, но это не значит, что они не могут охотиться днем. Могут, мисс, так как глаза покрываются специальной пленкой, достаточной для защиты от солнечного света. Но ваш Люмос уничтожил эту пленку, вследствие чего и выгорели глаза.
— Вот как… А что с остальными?
— Мистер Лайонел уже выписан, его жизни и здоровью ничто не угрожает, но полное восстановление займет время. Мисс Уивер, как и мисс Картер, придется провести некоторое время у нас — им достался ядовитый секрет, а вот у вас ситуация посложнее. Вам, к несчастью, как и мистеру Лайонеллу, досталась парализующая слюна, она в первую очередь бьёт по нервам и мышцам.
Абнер засунул руку в карман врачебного халата, достал небольшой резиновый мячик и протянул его мне.
— Попробуйте его сжать.
Хмыкнув, я взяла мяч и попыталась его сжать. Что за ерунда?! Он что из камня? На вес лёгкий, но сжать его невероятно трудно.
— Это то, о чем я говорил, — грустно произнёс Абнер, с сочувствием глядя на мои жалкие попытки. — Вашей жизни ничего не угрожает, но восстановление будет долгим и сложным, так же есть серьёзная вероятность, что, к примеру, мелкая моторика так и не восстановится полностью.
— Благодарю за честность, мистер Абнер. А вы не знаете, что сейчас происходит в Хогвартсе? — я не смогла сдержать любопытства.
— О, там сейчас авроры работают — как оказалось в лесу обитала целая община! Община акромантулов рядом со школой! Ходят слухи, что их глава, при убийстве которого погибло два сотрудника аврората, был разумен и умел говорить, — покачал головой лекарь. — Но я думаю, что это лишь слухи, — о разумном акромантуле до этого никогда не слышали. Сейчас добивают остальных пауков, которые после убийства их главаря разбежались по лесу, и, как это не удивительно, кентавры не препятствуют этому. Видимо, эти пауки и их достали.
— А…
— Мисс Рейган, я понимаю, что у вас еще накопилась масса вопросов, — поднял руку Абнер, — но сейчас вам стоит принять лекарства и немного отдохнуть. Тэйт!
Дверь тут же распахнулась, и в палату вошел важный домовик в белой врачебной форме. В руках он нес поднос, на котором лежало несколько разноцветных пилюль и стоял стакан воды.
— Это Тэйт — больничный домовик, он будет приносить лекарства и присматривать за вами, — представил домовика лекарь, — а теперь извините, но мне нужно продолжить обход. Вечером я к вам еще зайду, — мягко улыбнулся мистер Абнер и покинул палату.
Под бдительным оком домовика я приняла необходимые лекарства. После них меня потянуло в сон, но сначала я хотела прояснить один вопрос.
В Мунго есть общие палаты — от двух до шести человек: эти палаты бесплатны и предоставляются любым пострадавшим на срок пребывания в больнице. Так же есть комфортабельные одиночные палаты, но они уже платные, и комфортабельность палаты зависит от суммы, которую вы выложите за нее. Палата у меня не роскошная, но с отличным ремонтом, и даже кое-какая мебель есть (тумбочка, шкаф, стул).
— Тэйт, а ты не знаешь, кто оплатил мое пребывание здесь?
— Тэйт знает, — кивнул домовик, — мистер Северус Снейп.
— Спасибо, Тэйт. Можешь идти, — домовик поклонился и исчез.
Я закусила губу. Значит Снейп, что, в принципе, было логично, не Дамблдор же заплатил за палату. Нет, я не собиралась закатывать истерики с воплями о немедленном переводе в бесплатную палату, были у меня еще свежи воспоминания о бесплатной медицине, так что нет. К тому же нужно уметь быть благодарной — человек потратил на меня время, силы и деньги, а я тут буду истерики устраивать, нехорошо-с. Перед выпиской нужно будет выяснить: во сколько ему обошлось мое пребывание в клинике и вернуть эти деньги. Да, я маленько гордая — быть должной не люблю, тем более у меня есть возможность заплатить.
Каждый год, после приезда в Хогвартс, я иду к василиску, отдаю ему коровью тушку и взамен забираю чешую, яд и слюну. Так-то это можно делать раз в месяц, но я как-то не рискую будить этого зверя столь часто. Василиск относится ко мне довольно равнодушно, но мало ли я ему надоем и он меня сожрет?
Части василиска я складывала в специально зачарованную шкатулку, которую могла открыть только я. А летом часть забранного у василиска (должен же быть у меня запас на черный день?) я сбывала Эйнару, процент он брал немаленький, но никому другому я бы просто не смогла продать такое, при этом не пострадав сама. Думайте, он из благородства не выдает поставщика таких редкостей или сам не хочет прижать меня к стенке и забирать все деньги себе? Хочет и еще как, но заключенный контракт еще при жизни Мортема, — а потом уже лично со мной после его смерти, — не дает ему это сделать. Ну и плевать, главное, что у меня есть весьма приличная финансовая подушка на всякие не предвиденные случаи, вроде таких. Деньги в сейфе, оставленные Лили, отнюдь не безграничны, тем более он пополняется когда заморожен — за десять лет скопилась не плохая сумма, но все же… Я как-то от скуки посчитала, сколько бы смогла протянуть на этих деньгах. Получилось, что до седьмого курса хватило бы, но с огромным трудом и при жесточайшей экономии. После седьмого курса мой сейф был бы практически пуст и мне сразу после окончания школы надо было выходить на работу, а в восемнадцать меня бы вышвырнули из приюта и пришлось бы искать квартиру, потому что тот приют, в котором я жила, не обеспечивал воспитанников жильем — в итоге, я бы вела прочти нищенское существование. Так что на василиска я готова была молиться, даже статую ему бы поставила, если бы попросил.
Абнер, как и обещал, пришёл вечером, но не один, а в компании двух мужчин. Первый — суровый, подтянутый, с явной военной выправкой и рваным шрамом на лице, лет примерно под пятьдесят, второй — улыбчивый темноволосый парнишка лет двадцати.
— Мисс Рейган, это мистер Барлоу и мистер Джексон, они оба работники аврората и хотели бы поговорить с вами о событиях, происходящих в Хогвартсе. Вы хорошо себя чувствуете? — спросил лекарь, при этом выглядя не слишком довольным и даже немного раздраженным.
— Да, мистер Абнер, все хорошо, — я мягко улыбнулась нервничающему доктору, наверное считает, что слишком рано пускать ко мне аврорат.
— Если станет хуже, сразу же зовите Тэйта, — говоря это, он почему-то пристально посмотрел на аврора со шрамом.
— Не волнуйся, док, — усмехнулся он, — мы просто поговорим. Она единственная, кто не давал показаний аврорату.
Абнер подозрительно оглядел его и, хмыкнув себе под нос явно что-то не слишком лестное в адрес мужчин, покинул палату.
— Я Барлоу, а это — Джексен, — мужчина со шрамом кивнул в сторону паренька, — он стажёр. А теперь поговорим о вас, мисс Рейган. Что вы можете рассказать о нападениях?
— Первое нападение было совершенно на Лайонела. Сначала все решили, что это несчастный случай, мало ли, поцарапался о ядовитый кустарник в Запретном лесу или ещё что. Следующая была Уивер, после нее пошли шепотки, что, возможно, это все неслучайно, но доказательств ни у кого не было. Тем более никто не знал причин их отправки в Мунго, — тут я замолчала, чтобы немного перевести дыхание. Джексен понимающе на меня посмотрел и подал стакан с водой, который ещё с утра стоял на столе. Я одним глотком опустошила его, но не спешила продолжать, задумчиво вертя стакан в дрожащих руках. И, к моему сожалению, руки дрожали не от волнения.
— Что-то не так? — насторожился Барлоу.
— Не то что бы, но это не для протокола или куда вы записывайте…
Барлоу понимающие усмехнулся и кивнул.
— В тот день я должна была заниматься с профессором Снейпом, но он опоздал на несколько часов…
— Вы его личная ученица, мы знаем, — расплылся в улыбке Джексен. Барлоу мрачно на него зыркнул, и он тут же изобразил пантамиму зашивания рта.