- Антон, ты меня слышишь?
Донёсся до меня его голос. Голос звучал, будто из-под одеяла, но я его слышал.
-Слышу. Что случилось?
-Ребята, вы целы? Там на дороге авария, а нас как-то странно зацепило. Антон, у тебя порез, надо обработать рану.
Я потрогал неожиданно защипавший лоб, там действительно была рана, небольшой порез, кровь из него почти не сочилась.
-Это ерунда, надо выйти помочь людям, им повезло меньше чем нам.
В тот момент я ещё не понимал, что спас меня именно мой крик, но что-то внутри меня говорило, что тут произошло что-то необычное.
Погибших, слава богу, не оказалось, были люди получившие переломы, ушибы и порезы, но почти ничего серьёзного, лишь у одного мужчины, водителя японской малолитражки зажало, но спасатели быстро его вытащили.
В этот день в Пензу мы так и не попали. Мне пришлось звонить отцу, чтобы он забрал меня и Нефёдовых, их машина отказалась даже заводиться, её пришлось тащить на тросе до самого дома. Нагоняй от отца я получил знатный, хотя я не понимал за что, а когда я его прямо спросил об этом, он сказал, что когда-нибудь я пойму.
Прошла неделя с момента аварии, царапина на лбу уже практически затянулась, и я благополучно забыл про аварию и про те странные события.
Сколько раз я проклинал себя за свою беспечность и ещё буду это делать, но эта беспечность помогла понять мне, что всё было не случайно.
Это произошло ровно через неделю после той аварии, мы с моими друзьями и приятелями решили сходить на речку и покататься на льду, но мы не учли одного фактора, того, что лёд не всегда может выдержать большое количество людей. Нас было в тот день человек семь, и мы по очереди катались по льду, всё сильнее и сильнее раскатывая его, и когда длина нашей ледяной дорожки достигла пяти метров мой одноклассник и друг Ромка Филаретов, неожиданно для нас и главное для него самого, провалился под лёд. Сначала он резко ушёл на дно и целую долгую секунду его не был видно, моё сердце от страха ухнуло вниз живота и где-то там гулко и не ровно стучало. Но прошла секунда, и он вынырнул из воды весь сырой и кричащий.
Рома барахтался в воде, пытался ухватиться за край и вынырнуть, но лёд беспощадно ломался под весом утопающего, целых десять секунд мы стояли и наблюдали за тем, как он барахтается, а потом все кроме меня пришли в движение. Двое из нас ребят бросились к ближайшим домам звать на помощь, Саша пытался подползти на животе к Роме и кинуть ему шарф, Степан и Гриша пытались говорить с Ромкой, пытались уговорить его успокоиться, но тот будто не слышал их слов.
А в моём мозге была одна мысль "Вытянуть Рому!" эта мысль неожиданно резко врезалась мне в сознание, при этом она начала вытеснять остальные мысли, появилась какая-то тупая боль прямо в мозге. Кто-то тряс меня за плечо, я не видел кто, я видел перед глазами лишь Романа, беззвучно кричащего и беспорядочно барахтающегося. Я впал в некое оцепенение, в некий транс, но это состояние оборвалось, как только я увидел медленно поднимающегося из проруби Романа, мои мысли резко расплылись, я потерял то состояние, что было нужно. Ко мне неожиданно пришло осознание, что это совершил я, это сделал я. И как только я это понял, Роман тут же вновь исчез в пучине вод нашей реки. Он вынырнул через секунду или даже две, но в этот раз он был абсолютно спокоен, он больше не кричал и не барахтался. Он попытался крепко вцепиться своими побелевшими от напряжения, а может уже от холода пальцами в лёд. Неожиданно, меня кто-то толкнул в сторону, я отлетел на метр по направлению к берегу. Я тут же вскочил и увидел группу взрослых, у одного из них был длинный багор, которым они уже через минуту вытащили Романа из воды. Он дрожал и ничего не мог произнести посиневшими от холода губами, его тут же куда-то увели, видимо к ближайшим домам, чтобы завести в тепло, а на отправили по домам.
Уже у самого берега, я вдруг почувствовал огромную усталость и сонливость, я не знал откуда она взялась, но предполагал, что это всё из-за того чуда, что я почти что совершил.
Этот день мне запомнится надолго, именно в этот день я понял, что владею какой-то силой, именно в этот день я заболел и в этот день я получил неожиданный подарок от папы, он принёс с работы большой ежедневник, и я уже знал, что буду туда записывать.
То что я заболел я понял уже ближе вечеру, меня неожиданно начал бить озноб, поднялась температура, были страшные головные боли. Никакие лекарства помочь не могли, ничего не убирал боль. Разволновавшиеся родители вызвали скорую. На скорой приехал молодой доктор, он осмотрел меня, поцокал языком, и вынес вердикт.
-Очень похоже на какое-то вирусное заболевание, температура и головные боли, никаких других признаков, температура и боль не снимается лекарственными средствами. Нужно госпитализировать.
В этот вечер мне был абсолютно наплевать, что со мной делают, не понимал, что происходит, где я и порой я даже не понимал кто я и кто все люди вокруг меня. В себя я пришёл уже через двое суток в больничной палате. Я рывком вскочил с кровати, Находился я в больничной палате, кровать, какие-то аппараты у изголовья, капельница. Оглядел я и себя, был я полностью голый, на венах в районе локтя виднелись следы от капельниц и уколов, видимо сделали мне их достаточно много, в остальном я был полностью цел, даже царапины на лбу и той не осталось.
Я стоял спиной к двери и услышал, как та открывается, я тут же схватил простыню и завернулся в неё, чтобы не предстать перед незваным гостем, в чём мать родила. Гостем оказалась молодая медсестра, она ойкнула и тут же выскочила за дверь, а я сел на кровать и стал ждать.
-Молодой человек, вы наконец-то пришли в себя, а мы так переживали, мы не знали от чего вас лечить, как вы себя чувствуете, скажите "ААА".
В палату вихрем ворвался седенький доктор, он был как ураган, я даже ничего не успевал отвечать.
-Вот родители ваши обрадуются, сейчас я позвоню. - Он достал из кармана мобильник и набрал номер - Алло, здравствуйте, это Феликс Сигизмундович, не-не-не, всё в прядке, он пришёл в себя и чувствует себя отлично, сейчас мы сделаем несколько тестов... Что? Не знаю, как минимум неделю, нет нельзя, но это мы посмотрим. До свидания, мне пора!
И он исчез. Этот Феликс Сигизмундович буквально убежал из палаты и больше я его не видел, со мной занимался другой доктор, тот самый, что приехал на вызов, он провёл все анализы, удостоверился, что со мной всё хорошо, здоровье в порядке. Рассказал, что я заболел какой-то странной болезнью и что как только меня доставили в больницу, три дня назад, я усну и больше не просыпался. Родителей пустили ко мне только на следующий день, они очень за меня переживали, и очень хотели попасть и раньше, но их не пустили.
Домой я вернулся только через неделю, доктора удостоверились, что я здоров, дали справку и наказали в случае чего сразу вызвать скорую помощь.