Сердце забилось, как сумасшедшее, я практически вскочила с места, но тут же села обратно. Ведь Максим ни один раз просматривал, проверял эти документы! Черт! Значит, он знал, об этом? Или же нет? Документы запрашивала Настя, в электронном виде мне их не присылала, это точно… Кто же такое провернул, да так, что я не заметила ничего до последнего момента?! Или же не было никакой подставы, и просто произошла ошибка, был отправлен не тот геологический отчет…
Мозг судорожно вспоминал, были ли какие-то нестыковки или ошибки при проверке документов или проведении переговоров, но ничего не всплывало в памяти. Все шло, как по маслу, любые споры решались моментально… Может быть, в этом и есть проблема? Было много переговоров, но во всех спорных моментах адвокаты в итоге были на нашей стороне. Сколько же человек в этом замешано!
Машина остановилась около трехэтажного здания, водитель забрал наши сумки, а мы медленно вышли из машины, тяжело было рассмотреть улицу из-за метущего снега, да я и не старалась, практически бегом мы вошли в здание, которое называлось гостиницей, но больше было похоже на большое общежитие. На первом этаже администратор записала наши данные и выдала два ключа от номера, Андрею с Максимом и мне с Вероникой. То, что сейчас мне нужно было меньше всего, так это делить номер с кем-то, но, как оказалось, сейчас заселилось слишком много туристов, что было странно в это время года.
Я даже не слышала, как со мной попрощались Андрей с Максом, на которых я старалась не смотреть, просто молча поднялась на второй этаж…
– Элина, ты что не заходишь? – Вероника открыла дверь в номер, а я встала перед ним, как вкопанная, застрявшая в своих мыслях и подозрениях.
– Что-то задумалась, просто устала от долгого перелета, – ответила я, закрывая входную дверь. Да уж, номером это и не назовешь. Небольшая комната, в которой стояли две кровати, по тумбочке около каждой, и шкаф перед выходом. Вероника бросила свою сумку на кровать перед окном, я соответственно села на ту, что ближе к двери.
– Не весело здесь, – сказала я, чтобы хоть как-то отвлечься от своих мыслей.
– Я привыкла спать в палатках во время походов, даже при минусовой температуре, поэтому для меня этот отель не самое плохое место, чтобы остановиться переночевать, – задорно произнесла Вероника, – я первая в душ, – и, достав сменную одежду и полотенце, пробежала мимо меня к дверце, которую я сначала и не заметила перед шкафом.
В голове крутилась мысль, что нужно пойти к Дмитрию Эдуардовичу и все рассказать, была вероятность того, что это просто ужасный плод моего воображения, но я не знала, с кем еще можно поделиться своими подозрениями. А директор сам сможет проверить документы. Придя к единому мнению с самой собой, я взяла папку и вышла из номера. В доме было всего три этажа, и логично было предположить, что тридцать восьмой номер располагался на верхнем, поэтому я пошла в сторону лестницы. Коридоры были темные, и пахло непонятной сыростью. К тому же, выйдя из номера, я сразу стала замерзать. При подходе к двери, ведущей на лестницу, я услышала тихий мужской голос, но не могла разобрать ни слова. Инстинктивно я замедлила шаг и стала прислушиваться:
– Да здесь телефон ловит плохо, будто в подвале, может из-за гор. Нет, точно не знает ничего.
Тут то ли связь оборвалась, то ли разговаривавший услышал мои шаги, но разговор прервался, и передо мной предстал Максим…
– Ого, ты чего по темноте разгуливаешь, я думал, вы уже спите!
– Не спится что-то… – я не знала, что дальше сказать и что подумать.
– Тут внизу есть кафе в соседнем доме, я узнал у администратора, если хотите, можем пойти поесть, – он говорил спокойно и непринужденно, а я чувствовала себя раздавленной… О чем он говорил, кто и чего не знает?..
– А ты сам-то что тут мерзнешь? – ответила я вопросом на вопрос.
– Да что-то в номере телефон совсем не ловит, а тут хоть немного, вот и вышел поговорить.
Ну да, или вышел поговорить туда, где никто не должен был услышать.
– А ты с документами что ли? – его взгляд упал на папку у меня в руках.
От этого вопроса мне почему-то стало страшно, и сердце забилось быстрее.
– Да, директор отправил завтра утром к камчатским специалистам по геологии, кое-что хотела уточнить.
– Ты только помни, что я говорил, не воспринимай его манеру общения на свой счет, – он говорил абсолютно спокойно, проявляя чуткость и заботу, знал ли он, что я его слышала и ради чего на самом деле иду к директору…
– Да, спасибо, я постараюсь… Придется снова выслушивать про мою невнимательность и его потери по моей вине, – я старалась говорить также, как ни в чем не бывало, – если не поздно от него вернусь, действительно можно будет пойти поесть куда-нибудь.
– Веронику только прихвати! – улыбнулся Макс, – а я скажу Андрею, чтобы вылезал из этого подобия душа и начинал собираться.
Я натянула ответную улыбку и стала подниматься вверх по лестнице. Не могу объяснить почему, но я боялась. Если я права, и Дмитрия Эдуардовича решили подставить, то тот, кто им помогал в нашей компании, точно не захочет быть раскрытым, тем более, пока дело не завершено. Я шла по темному коридору, из-за некоторых дверей раздавались или храп или тихие разговоры, слышимость здесь была ужасная. Я шла все медленнее, когда на двери увидела цифру 38… Подойдя к двери, подняла руку, чтобы постучать, но замерла. Мне не хотелось снова общаться с этим человеком, чувствовать себя словно рабом рядом с ним, но это нужно было сделать, даже если я не права, нужно просто проверить. Я решительно постучала, дверь открылась буквально через пару секунд, на пороге стоял Саша, удивленно глядя на меня.
– Привет еще раз, – быстро сказала я, – можно мне поговорить с Дмитрием Эдуардовичем?
– Он вроде занят, но заходи, сейчас спрошу.
Я зашла, передо мной был довольно просторный коридор, от него в разные стороны отходили три двери. Номер был явно больше, но стены такие же обшарпанные, как и в нашем. Я сильно волновалась перед этим разговором, и эта минута ожидания тянулась словно пытка, наконец, Саша вернулся:
– Проходи сюда, – он открыл передо мной дверь в одну из комнат номера, а когда зашла, остался в коридоре и закрыл дверь позади меня.
Я оказалась в кабинете маленького размера, Дмитрий Эдуардович сидел за столом перед ноутбуком, рядом стоял диван и пара стульев у стены. Я всегда видела директора в дорогостоящих костюмах с галстуком, а сейчас на нем был темно-синий свитер с высокой горловиной, но даже в таком виде он не вписывался в такое простенькое помещение.
– Доброй ночи… – сказала я, как только за моей спиной закрылась дверь, – уделите мне еще несколько минут?
– Ну, вы уже здесь, так что вариантов у меня нет, – ответил он в своей обычной манере, но, кажется, не так грубо, как это было днем, – садитесь… Мне кажется, завтра до 9 утра вам нужно успеть к геологам за новым заключением, так что вам не спится в такое время?
– Вы можете прямо сейчас проверить документы, разрешающие строительство нашего здания?
– Что простите?
– Вы можете проверить разрешение на строительство, которое предоставил нам заказчик?
– Я услышал с первого раза! Только не этим ли вы и ваша команда занималась на протяжении месяца?
– Да… Я понимаю, как сейчас это выглядит…
– Так, словно я непонятно кому и непонятно за что плачу заработную плату! Сделайте милость, объясните!
– Сегодня я вам сказала, что у меня на столе был неверный или поддельный документ… Тот документ был в запечатанном конверте от заказчика с разрешением на строительство и прочим. Мне пришло в голову, что велика вероятность того, что с остальными документами тоже может быть не все в порядке… – я старалась максимально тактично подбирать слова, – для того, чтобы подставить так фирму и вас лично, должны были быть люди, помогающие и сливающие информацию из своих. Я хотела проверить все сама, но для этого мне нужен был бы Максим, а я бы не хотела с ним об этом говорить, пока ни в чем не уверена…