У меня же эти две недели всё было по привычному распорядку. Хотя нет, отвыкал от ручного управления, снова пользуясь сетью для пилотирования. А так работал, в мастерской ввозился, покупая как и прежде разный неликвид у военных, благо у тех его накоплено на годы вперёд. Некоторые из других пилотов последовали моему примеру, не я один рассорился с Крегом, получая дополнительный доход. Кстати, а сертификацию на планете я всё же прошёл, так что у меня теперь семь баллов в рейтинге и дополнительная метка техника по бытовому оборудованию. Противоабордажника и «погонщика» я пока не сдавал. Всё времени выделить не мог, да и военные с тем нападением зашуганные, пока не до этого. Так что с возвращением наших, когда всё успокаиваться стало, решил, что в ближайшее время и эти две специализации пройду. Будет девять баллов в рейтинге социальной безопасности, а с врачом ровно десять.
На данный момент я практически поднял последнюю оставшуюся медицинскую базу в пятый ранг, всего семь процентов оставалось, и можно будет подавать заявку на сдачу сразу по трём специальностям. В этом случае получу три балла. Нормально, двенадцать лучше одиннадцати. Ну и дальше начну закупать базы. То есть брать комплектами, или как их называют — пакетами. Пожалуй, начну с техника малых и средних кораблей, а потом корабельного инженера. Кстати, сразу инженера учить смысла не было, базы техника и инженера переплетаются, пока техника не выучишь, потом на сертификат инженера сдать не получиться. Изучение пилотирования средних кораблей я пока в конец списка задвинул, не до него. Мне судно долго восстанавливать, успею за это время не только пилотирование выучить, а ещё что-нибудь попутное. Вот техника выучу и сдам на сертификат, уже можно будет думать о покупке судна, а выбор я уже сделал, тут в отстойнике длительного хранения стоит, а точнее стоят, их там шесть туш имеется. Пока время термит.
Вот так работая и учась, я добивал базу врача, и готовился вернуться к «Повару». Всё равно пока другого ничего не было. Заявку на сдачу по трём специализациям я уже дал, и меня поставили в очередь. Сдавать на сертификат врача третьей категории я буду через шесть дней, соберут для этого комиссию из военных врачей, а вот на «погонщика» и противоабордажника раньше. Их сдавать буду в разные дни, за один просто не успею. Причём специально указал выходные дни, не ночами же сдавать, мне тоже иногда высыпаться нужно, и от капсулы в том числе. Я обычно как учился, шесть ночей в капсуле, а седьмой, выходной, в своей каюте, спал уже настоящим сном. Это я из баз узнал, постоянно учиться вредно, нужно давать передышку организму, и одной ночи вполне достаточно при таком интенсивном обучении. А сдача на «погонщика» у меня сегодня назначена была, благо как раз выходной. Противоабордажника сдам в следующие выходные. Так что у меня всё спланировано было.
Я как раз возвращался из сертификационного центра, где почти десять часов провёл в тренажёрных капсулах виртуального погружения, доказывая, что базы по «погонщику» у меня имеются, и в общем сдал, метка на нейросети и отметка в карте ФПИ теперь имеются, когда на границе зон между территориями нашей корпорации и военными повстречал знакомого пилота. Он со среднего буксира был, из тех что работают в отделе поиска и доставки. Выживший при нападении. Мы пилоты постоянно друг с другом общаемся, старички уходят, новички приходят, но знаем мы друг друга хорошо, пусть и не лично, но знаем.
— Здорова, Рой, — поздоровался я, сближаясь с идущим на встречу пилотом. — Ты куда так целеустремлённо топаешь?
— В тренажёрный зал. Поднял базу пилота на ещё один уровень, вот хочу закрепить в тренажёрах. Специально заявку на ночь отправил, в это время там народу мало.
— На станции понятие день и ночь относительны, но ты прав, мало. Я сам оттуда иду.
— Тоже базы подтверждал?
— Нет, сертификацию проходил. Теперь имею восемь баллов в рейтинге социальной безопасности. Уже пришло подтверждение из центра сертификации империи.
— Солидно для дикого. Быстро поднимаешь как я посмотрю.
— Стараюсь. Кстати, что у вас там с отделом поиска и доставки? Я слышал собираются с нуля восстанавливать боевое крыло, да ещё усиливать его?
— Это точно, уже начали подготовку. Вон у военных подали заявку на десять крейсеров, из тех что в отстойнике длительного хранения, шестого поколения. Плюс берём пять линейных крейсеров пятого поколения. Последние военные начали подготавливать к предпродажному осмотру. Ах да, ещё нам приобретают с пяток средних транспортов и шесть специализированных ремонтных судов. Решили брать одного типа. Тех толстячков в отстойнике видел? Шесть туш там, модели «Крепыш»? Вот их забираем. Это же специализированные суда, как раз нам на разделку подходят. Мигом будем очищать кладбища, снимая уцелевшие модули с остовов. Теперь вот людей по империи набирать будем. Отдел кадров без выходных работает. Кстати, если надумаешь, переходи в наш отдел, нам нужны люди.
— Понятно. Ну удачи, — хлопнув Роя по плечо, улыбаясь сказал я, а когда пилот скрылся в переходах, я стоял и ждал этого, то улыбка сползла с моего лица.
Чёрт, как всё не вовремя. Именно одно из ремонтных судов этой модели «Крепыш», между прочим шестого поколения, я и приметил себе. А получается парни из корпорации опередили меня. В отделе поиска и доставки было три специализированных ремонтных судна, два потеряли, одно вернулось без единого повреждения, вот видимо и решили усилить ремонтные подразделения отдела. Как плохо. Из того что имеется в отстойнике, только «Крепыши» привлекли моё внимание, и откровенно говоря, я настроился только на приобретение судна именно этой модели. Ничего другого мне не нужно. На душе такое чувство, как будто у меня как у ребёнка игрушку отобрали. Гады всё-таки, вон с десяток кораблей из обломков корпусов дополнительно восстанавливать хотят, чего там ремонтные суда не вернут в строй и не включат в отдел поиска? Взяли и на моего «Крепыша» лапу наложили.
А расстраиваться было отчего. Эти «Крепыши» относились к судам техподдержки, и сосчитались двойственными. То есть могли продаваться гражданским без особых ограничений. С одним НО. У этих ремонтных судов через половину корпуса идёт ствол сверхкрупного калибра, коими гражданским владеть запрещено. А вот средними артиллерийскими башнями на обшивке и ракетными пусковыми вполне возможно владеть. Саму сверхтяжёлую пушку убрать не получится, она в каркас вделана, начнёшь резать, пропадёт целостность «скелета». Однако, как поступают военные в этом случае, забивают чушку в ствол, частично разукомплектовывают орудие и ставят программный запрет. Вот и всё. Для меня как для инженера и программиста вернуть всё на место не проблема. Для виду буду держать орудие в разукомплектованном состоянии, а как пересеку границу, уходя на Фронтир, приведу её в боевое состояние. Ну это так, просто намёки. По факту, эти «Крепыши» относятся к классу линейных крейсеров. Ещё бы, туша в два километра, вон две лётные палубы на борту имеется.
С виду те практически одного размера с малыми линкорами, однако всё же считаются средним классом. На борту ремонтные мощности и даже имеется док для средних судов не выше шестого крейсерского класса, то есть могут «заглотить» тушу в четыреста метров длинной. Остальные по размеру не войдут. Но могут ремонтироваться или приходить обслуживании встав у борта. Причём у «Крепыша» имеются захваты и тот может как буксир утащить однотипный корабль, или такого же размера, уйдя с ним в гиперпрыжок. Тот же малый линкор хоть и с трудом, но утащит, тяжи и дредноуты нет, в размер гиперпузыря не войдут. Также на борту могут стоять промышленные синтезаторы, малые заводы и фабрики для изготовления запчастей на месте. То есть, это такой передвижной ремонтный заводской комплекс. Военные их нахваливают, хотя уже и перешли на следующее поколение этих судов техподдержки, сдав шестое поколение в такие вот отстойники. И вот это судно хотят увести у меня из-под носа? Да не бывать этому. Правда стоит отметить что в сборе такое судно стоит не меньше чем в сто миллионов кредитов, я имею в виду, когда сходит со стапелей, в полной комплектации. Видимо у корпорации имелись необходимые средства чтобы совершать такие приобретения. А ведь по примерным прикидкам выходило, что корпорация выкупает боевые и ремонтные суда примерно за два миллиарда. Огромные деньги.