Эван предпочитал не рисковать. На Ноев, расхаживающих по медленно восстанавливающему привычную жизнь отделению, и так смотрели косо. И на Эвана тоже. Но Мелтон мог постоять за себя по крайней мере как человек.

Ох, как он был рад, что братья уже не выглядели Ноями с полным набором стигмат и серой кожей. Они даже одеты были сегодня скучно по их меркам. В белое, что после битвы было уже не вполне белым, но, к счастью, и не алым.

О новой «выходной» форме в Семье было известно. И он даже примерно помнил, кто кому как проиграл, что белое и простое стало их нарядом. Граф, конечно же… продул. А вот кому? И кто был автором идеи? Не Майтра. Не Вайзли, ибо его не пускали из-за способности лезть в чужие мозги, но так как идея, кажется, была его, значит, победившим был Трайд…

Логика.

Если, конечно, слухи о Трайде и Вайзли истина.

Или, может быть, Трайд взял идею Вайзли, чтобы пустить ещё больше слухов и запутать их всех.

Эван ненавидел идиотское переплетение отношений некоторых. Что заставляло вспоминать о его собственных…

— Эй, ты где витаешь? Мы не в курсе, куда мы идём! — его толкнул Дебитто, возвращая к реальности, и, судя по его улыбке, парень невероятным образом примерно угадал.

— Между прочим, ей всего шестнадцать, я прав?

Эван уже ненавидел его.

— А мне что, блин, сорок? Пара лет — это не разница.

— Не знаю… — Дебитто качнул головой, — просто мне реально интересно, память о прошлом тебе не мешает?

Они называли Эвана братом, что можно было объяснить тем, что он брат Аллена, а тот как брат Ноям, или большой дружбой. К этому названию никто не прикапывался, так или иначе, у Уз был такой характер, что они могли ляпнуть, что угодно. Но почти прямо указывать на наличие прошлой жизни посреди Ордена!

И с таким довольным видом!

Хотя, конечно, они не называли вещи своими именами, маскировали их, что было очевидно. Дома они сказали бы прямо.

— Нет.

— А, ну ладно. Нам просто интересно было.

Эвану было плевать. С воспоминаниями прошлой жизни у него проблем действительно не было. Он даже Аллена воспринимал вполне нормально, как ровесника, сперва беспокоился из-за воспоминаний о маленьком мальчике, что был его воспитанником. Прошлая жизнь ушла на второй план и не мешалась даже там, что уж говорить о прочей жизни. Тем более, когда речь заходила о Тевак…

Нет, он точно не чувствовал себя будто ему больше лет, чем есть сейчас. Меньше — возможно. И глупее, чем он есть на самом деле.

Или глупее, чем он себя считает.

С другой стороны, у Тевак, очевидно, были подобные проблемы. Серьёзно, ни один из них не знал ничего о нормальных отношениях (отбросим все примеры Семьи Ноя, это ненормально), но по крайней мере оба знали, что хотели бы попробовать нечто подобное. И понятия не имели, как об этом сказать. И знали, что оба знают это и без слов.

Осторожное, молчаливое взаимопонимание.

— А она знает о грядущем?

Дебитто создан разрушать, не так ли?

Эван смерил его грозным, мрачным взглядом, объясняющим всё и сразу. Нет, она не знала о том, что сам Мелтон как бы пробуждающийся Ной. Впрочем, он ничего подобного и не отрицал. Просто пока умалчивал.

Это делало вещи сложнее.

— Просто было интересно.

Эван кивнул и, развернувшись, пошёл к лестнице. Пора двигаться и не думать о том, насколько изменится он сам и его мировоззрение, когда гены пробудятся до конца. Так как у него этот процесс постепенный, ничего особого не должно произойти, но кто знает.

Стоит ли даже пытаться начинать что-то?

Насущных дел пока не было, и его, как и близнецов,ожидали наконец собравшиеся лидеры этого небольшого островка. Комуи, Ривер, Бак, Лимрен – человек, возглавляющий отдел Океании в данный момент, Найн, Тиедол, Аркен, Тол, Линк с Мадарао… И все, насколько понимал Эван, относились к нему подозрительно. Хотя бы потому что он вошёл, ведя за собой двух совершенно наплевательски относящихся к своему окружению Ноев.

Со всеобщего недоверия всё началось, им же и закончилось.

Им предстояло найти общий язык и обсудить сложившуюся обстановку, спланировать следующие действия как свои, так, возможно, и противников.

И пока Эвану везло.

Комуи был действительно великим человеком, способным разобраться с любым катаклизмом. Опыт в Ордене зарабатывался куда быстрее, чем в любых других местах, и далеко не все выдерживали адские темпы. А он был Смотрителем этого сумасшедшего дома уже не так уж и мало лет. Достаточно, чтобы казаться вообще единственным Смотрителем, что существовал в Ордене. А кто-то ещё смог бы так же? Заботиться о том, что ему вверено, заботиться даже в то время, как, возможно, его сестра находилась в опасности? Быть лидером такого странного сооружения, такой удивительной системы? Настоящим лидером, который мог бы сказать, что угодно, и ему бы поверили? Почти поверили…

Но главным был тот факт, что, проработав здесь, познакомившись с разными чудесами и встретив многие удары судьбы, Комуи остался настоящим учёным, открытым для нового и неожиданного. Даже для союза с Ноями. И противостояния начальству.

Их план прошёл идеально. А может быть, даже лучше, они могли постоять за себя, и даже Эван, проработавший здесь всего-то каких-то полгода, чувствовал себя довольным по этому поводу.

Это место успело даже ему запасть в душу.

На данный момент, перемахнув через все разнообразия, они обсуждали угрозу семьям взбунтовавшихся сотрудников, что казалась весьма и весьма реальной. И стыдно признавать, это был тот момент, о котором сам Мелтон едва не забыл за всеми приготовлениями. Всё же им предстояло не только отделения Ордена отстаивать, но и ещё и по параллельному направлению двигаться. Дел было много.

Оправданий хватало.

— У нас есть чем с ними торговаться. Им невыгодно сейчас выставлять себя монстрами, убивающими семьи изменщиков, это значит пошатнуть свою репутацию и перед теми, кто пока верен Церкви, — наконец подвёл черту под этим вопросом Комуи. Все понимали, что всё пока что закончится переговорами с начальством, на них и рассчитывали. — Они не будут этого делать. Слишком велик риск огласки. К тому же сейчас, когда мы положили на стол такой козырь, как приказ Шута, являющегося, по сути, регентом Сердца и заключившего договор с Ноями.

— Договор с Ноями это не то, что будет говорить в нашу пользу, — сухо напомнила Найн.

И опять почти все взгляды сошлись на стоящих за спиной Эвана парнях.

— Что? — всё же молчавший всё время Джасдеро не выдержал. — Какие-то претензии? За вас просил Аллен, с него и спрос.

Эван был благодарен, что это не было что-то более вызывающее, однако и после таких слов в кабинете повисла неудобная тишина.

Дверь со скрипом отварилась, и как раз вовремя в помещение шагнула сосредоточенная, но явно уставшая Тевак.

— Мы переправили почти всех раненых в Океанию, — произнесла она. — У нас остались лишь ушибы и ранения, что не слишком сильно влияют на трудоспособность, так что, можно сказать, миссия выполнена.

Весть была хорошей, и все тут же забыли о конфликте с близнецами. Никем же не прогоняемая Тевак прошла дальше и упала на диван рядом с Эваном. Может быть, в силу привычки. И в силу той же самой привычки обернулась к нему спиной и уложила запрокинутую голову парню на плечо. Она уже делала так раньше, пару раз или даже больше. Это получалось уже само собой, так же как и в первый раз, естественно и просто, они сами не замечали в этом ничего плохого.

Однако девушка никогда не делала ничего подобного перед другими! И другие никогда ничего подобного не видели. Эвану показалось, что все взгляды вселенной сконцентрировались именно на нём, хотя именно Тевак подошла и устроилась так здесь сама! Её же никто не заставлял!

И они ничего особенного не делали.

В чём проблемы?

Мадарао выглядел явно чем-то недовольным и, не сводя взгляда с сестры, довольно ощутимо ткнул под рёбра Говарда. А потом смерил его очень и очень не добрым взглядом, в котором отчётливо читалось нечто вроде «я же говорил!». Линк лишь пожал плечами, тут же поморщившись и схватившись за раненую руку.