— Я думала это Элайджа, и можешь гореть в Аду! - она видит как между его губ выдвигаются клыки.
Зверь просыпается и она знает, что ей не спастись. Она пытается что-то сказать, но стальная хватка сжимает ей горло, и даже попытка высвободиться выглядит жалкой.
— К его возвращению я подумаю, что с тобой делать, а до тех пор, любовь моя, ты будешь отравлена, - заявляет гибрид.
Волчьи клыки вспарывают нежную кожу ее шеи, один укус - и отрава безумия уже бежит по ее венам прямо к ее сердцу. Никлаус Майклсон отпускает ее и Кетрин падает к его ногам.
— Я ненавижу тебя!- холодно произносит она.
Элайджа находит свою любимую после полудня. Она лежит на полу и извивается от боли. Яд. Она не помнит, где реальность, а где галлюцинации.
— Ты пришел попрощаться? - кашляя шипит брюнетка.
Служанка рассказывает все.Элайджа в ярости направляется в комнату брата, который ждал его прихода.
— Это намек на легендарного зверя за той Красной Дверью? – спрашивает Клаус видя, как лицо Элайджа покрывает тончайшими венками.
— Пойдем, брат. Я выпущу его поиграть, - Элайджа хватает бокал из рука брата и запускает ео в стену.
— Откуда столько ненависти? - усмехается гибрид. — Из-за твоей жены. Ну, я решил ее проучить.
— Я зол на тебя! Ты ворвался к ней в ванную, угрожал ей и наградил укусом оборотня, - Элайджа мгновенно оборачивает деревянный стул и сломав одну из ножек запускает ею в шею брата.
— Хватит, Элайджа, - гибрид с легкостью избавляется от деревянной ножки в его горле. — Я здесь...
— Король города? - Элайджа схватив брата, вытаскивает его в коридор и бьет его о стену. — Ты ничего здесь не контролируешь!
— У меня достаточно кинжалов, чтобы контролировать свою семью! - Клаус освобождается от хватких рук брата и бьет его по лицу.
— И ты справишься один? Ну, давай! Убей меня сейчас, Ребекку - следующей, а потом, может, и Хоуп? - Элайджа толкает брата прямо к своей комнате.
— Заткнись! Замолчи, Элайджа! - Клаус уже не контролирует себя. — Ты предал меня!
— Нет, между любовью не выбирают, - Элайджа заталкивает брата в комнату. — Извиняйся! Сейчас же! Извиняйся, перед моей женой!
Очередную ссору между братьями теперь видела и Кетрин, которая издавала только тихие стоны. Но, она даже и не представляла, что Элайджа ударил Клауса ради нее. Клаус покорно опускается перед Кетрин и прокусив свое запястье поит ее своей кровью.
— Извини, - со злобой шипит Клаус, понимая, что любовь Элайджи к Кетрин победила.
Предательство всегда влечет за собой последствия. К счастью, не всегда - такие кровавые. Его руки в крови, но Клаус осознает, что ему этого мало.
— Женщина, которая ударит тебя.
Элайджа еще и не знал, что эти слова брата окажутся правдой. Майклсон до сих пор помнит их первую и последнюю ссору. Он помнит тот день, когда утром его разбудил запах кофе и свежей выпечки. Открыв глаза Майклсон увидел поднос : с кофе и булочками, вот только записка, прилагавшийся к одинокой алой розе повещала, что это для Мисс Кеннер. Элайджа не сразу понял, что происходит, пока не увидел жену в конце комнаты с конвертами в руках.
— Доброе утро, Катерина, - улыбнувшись Майклсон понял, что его жена не намеренна разговаривать с ним.
— Иди, - грубо выразилась Пирс. — Иди, принеси Хейли завтрак в постель, думаю тебе стоит устроиться прислугой в ее дом.
— Катерина, я не намерен ссориться, - заявил Майклсон и потянулся к своей рубашке.
— Ты оплачиваешь ее счета! - подойдя ближе, она бросила ему конверты в лицо. — Почему бы тебе и не продолжить ублажить
Мисс Кеннер своей преданностью? Соберись! Элайджа Майклсон, которого я полюбила никому не позволил бы с собой так обращаться! Она пользуется тобой! Твоим доверием! Соберись и забудь ее! Выбрось ее из головы или я сама убью ее! Убью и принесу тебе ее сердце! Убью! Элайджа, я не буду терпеть все это! Она никто для тебя! Никто!
Элайджа не возмутим, а Кетрин бьет его кулаками в грудь. Она не способна контролировать свою ревность и вспыльчивость. Следующее, что делает Пирс это собирает все конверты со счетами и уверенно направляется к Клаусу, который мирно сидел на кухни допивая кофе.
— Вижу, что ты встала не с той ноги, неужели Элайджа не удовлетворил тебя, - язвит Клаус наблюдая за горящими от ненависти глазами Кетрин. — Советую обратиться к Стефану.
— Письма, которые никто не любит получать, - она швыряет конверты прямо перед ним. — Счета Хейли. Думаю, это твои счета. Ну, с это момента ее счета - твои счета.
Кетрин исчезает, прежде, чем Элайджа спустился в кухню и застала брата рвущего конверты.
Она доверяла только дочери и именно поэтому доверилась только ей. Пригласив ее в в Китайский ресторан.
— Шлюха! - Кетрин не сдерживала себя в оскорбления в адрес Хейли.
— Боже, Успокойся, - Надя старается внимательно выслушать мать.
— Я вырву… Я вырву ее сердце, - Кетрин не может прийти в себе после ссоры с Элайджей.
— Небольшая семейная ссора, - Клаус наливает Элайджи бокал с виски. — Это так мило.
— Признаюсь, что Катерина права, - вздохнув, Майклсон берет в руки бокал с янтарной жидкостью.
— Она не уйдет от тебе, потому что ты ее единственный шанс выжить, учитывая, что я мечтаю вырвать ей сердце, - мечтательно произнес гибрид.
— Это никогда не случится, - первородный выпивает содержимое стакана. — Она вернется. Я знаю. Она доверяет только дочери, значит она рядом с Надей. Я буду ждать ее, чтобы извиниться.
— Да, она вернется на каблуках и с бутылкой виски, - Клаус предупредил брата, но тот не приклонен.
— Я вырву ее сердце и скормлю собакам! Я ее кожу сдеру, - план мести и вправду успокаивал Пирс. — Я даже подумывала убить твоего отца за это.
— И не забудь вырвать печень или раздавить каблуком щитовидку, - смеется Петрова.
— Отличная идея! – поддержала дочь Пирс, понимая, что та шутит над ней. — Что со мной не так?
— Просто, - Надя берет в руки куколку гейши, которая стояла на столе, - Ты все с приставкой – анти.
— Анти-гейша, - Надя права, ведь ее мать действительно даже не походила на образец для подражия и не умела играть на музыкальных инструментах или развлекать беседой, но только такая могла сдержать такого мужчину, как Элайджа Майклсон. — Мы идем в магазин нижнего белья. Я покажу твоему отцу, что значит поцелуй гейши.
— Стоп! Какое белье? Какой магазин, - но, Кетрин уже вытаскивает Надю на улицу.
— В нескольких кварталах от сюда, я видела там отличный комплект и плеть, - вспоминает Пирс.
— Плеть? - в недоумении шепчет Петрова.
— Да, фирмы Mark Todd, - спокойно отвечает Кетрин.
— Моя мать слетела с катушек, - признает Надя.
Элайджа старался сдерживать себя, понимая, что отправил дочери уже тридцать седьмое смс, и получил все тот же ответ, что и двадцать минут назад : Она уже ушла в особняк. Я с Ребеккой. Конечно же он волновался о Кетрин Пирс, потому что любил ее. Ему казалось, что в комнате душно и это заставило Элайджу расстегнуть его рубашку, нет ему душно из-за волнения.
Тут-тук… Элайджа слышит стук ее каблуков на лестнице и опускает голову, стараясь не смотреть на ее. Он думает, что она пьяна и сейчас она кричать, о том, что убьет Хейли и вырвет ей сердце, но Элайджа признает, что Кетрин ему дороже Хейли. Она его жена. Она мать его дочери. Он передумал. Кетрин заставила его передумать.
— Вы признаете, что вели себя скверно, Мистер Майклсон?
Элайджа отчетливо слышит звук. Как будто кто-то рассекает воздух, а когда он поднимает глаза, то видит в руках жены плеть.
— Я сказал брось.
Элайджа не потерпит этого и мгновенно оказывается рядом с женой. Она бросает плеть на пол и сморит ему в глаза всего долю секунды, но этого хватает, чтобы Элайджа понял : Эта женщина не уступит. Она усмехается и медленно опускает вниз поднимая плеть, а Элайджа успевает оценить декольте в ее новой ночной рубашки. Он не знает, что сейчас она готова на все.
