— Простите, меня задержали, - отвечает Тристан, следуя за женой.

Тристан проходит в гостиную и даже не замечает, каким дьявольским огоньком горят глаза Руди, ведь все идет, так как нужно. Тристан не замечает, потому что он словно ослеп. Идет так, как нужно кукловоду, того, кто управляет миром, словно марионетками и Тристан даже не думает, какую ошибку он совершил. Тристан думает, что сделал все правильно, но в реальности он совершил ужасную ошибку. Ошибку, из-за которой прольется кровь. Ошибку, из-за которой приближается нечто темное.

Что-то приближается. И оно жаждет крови.

Комментарий к Глава 51. Что-то приближается. Слоуфо́кс (англ. slowfox букв. медленный фокстрот) одна из форм фокстрота - парный танец свободной композиции с характерными длинными легкими скользящими шагами и наклонами корпуса; муз. размер - 4/4; темп умеренный.

Квикстеп (англ. Quickstep) — быстрый фокстрот. Если термин «фокстрот» по одной из версий образный и в буквальном переводе означает «шаг лисицы», то термин «квикстеп» более точный, то есть «быстрый шаг». Действительно, речь идёт о танце, который в соответствии с его живым ритмом требует от исполнителя лёгкости, подвижности. Богатый вариациями, квикстеп принято считать «малой грамматикой» стандартных танцев.

========== Глава 52. Где спектакль, а где реальность. ==========

И помнит пусть народ,

Что на блистательный и краткий миг

У нас был Камелот!

Второму Камелоту не бывать,

Но суждено ли в сердцах первому сгореть?

Нью-Йорк.

На нем однотонный костюм разбавленный жилетом в полоску, галстук. Хотя, учитывая статус Деймона Сальваторе он изо всех сил пытался подчеркнуть свой статус : бутлегера и гангстера, сына самого Джузеппе Сальваторе. Всегда, но не сейчас, ведь его руки дрожат, он не решается обернуться в сторону комнаты, где собрались все неравнодушные к горю Дефне Майклсон-Аллен. Собрались, чтобы выразить сочувствие той, кто потеряла мужа и осталась одна в этом мире. У Дефне Аллен не осталось никого, кроме будущего ребенка, за которого она должна бороться. Бороться до конца. Похоронами занимались Джереми и ее дядя, пусть и Дефне впала в ярость, убеждая, что этим должна заниматься она. Коул ее муж и прощание с ним ее дело. Говорила, что должны обязательно быть машины и все те, кто неравнодушен к ее горю. Ярость и безумие из-за утраты, единственного дорогого человека оправдывали ее поведение. Никто не обращал на то, что говорит Дефне в таком состоянии. Видя ее такой, Гилберт и Лори настояли на том, чтобы гроб был закрытый, но запретить ей попрощаться они не могли, и Дефне одна всю ночь просидела у гроба, на корточках, рыдала, что-то говорила и просила прощение даже поцеловала деревянную крышку, перед тем, как Елена и Лола увели ее из комнаты. Она должна была проститься, ведь если бы этого она бы себе не прости, это бы мучило ее всю оставшуюся жизнь. Она должна была проститься и попросить прощение. Прощение за то, что не уберегла его. Прощение за то, что он отдал свою жизнь, чтобы спасти их.

Краткий стук в дверь, после которого Сальваторе входит в комнату. Проглатывает подступивший к горлу ком, только чтобы на глазах сильного мужчины не показались слезы. Слезы, которые было дозволено проливать женщинам. Смотрит на Дефне, облеченную в платье « цвета ночи» да и сама женщина выглядела, словно потерялась во тьме ночи и не видит выхода.

— Лори спрашивает, вы готовы выйти Миссис Майклсон? – тихо, словно сейчас его сердце остановится вместе с сердцем Дефне.

— Я готова, Мистер Сальваторе, - отвечает она, отходя от Лолы и беря черную шляпу-клош пошитую из фетра, загнутую в верху, Дефне лично, с помощью декоративных булавок, приколола черную вуаль, ведь ей не хотелось, чтобы ее в такой ужасный момент ее лицо видели, те, кто переживает и скорбит вместе с ней.

— Вы можете не идти, в вашем положении, подумайте о ребенке, а если это грозит опасностью, - пытается убедить ее Сальваторе.

— Я уже привыкла лететь в пропасть, только люди этого не видят, и я пройду пешком всю траурную процессию, - непоколебимая женщина, которая одевает головной убор, смотрит в глаза Деймону и тот понимает, что она не отступит. — Я уже давно потерялась, где спектакль, а где реальность. Машины готовы, пусть гости проезжают вслед за главной машиной с гробом, а я пойду пешком.

— Как пожелаете, - разводит руками мужчина. — Надеюсь, что вы ничего не помните.

— Я ничего не помню, - говорит Дефне, проходя мимо Сальваторе.

Конечно же, она врет и все помнит. Помнит, потому что это реально. Реально, то, что случилось. Реально, то, что она оказалась в пропасти. Реально, что их история была не вымыслом, и случилось в реальной жизни. Реально, ведь она сама все видела.

Теперь она готова все признать, ведь она сама все видела.

В то утро она еще не одевалась, на ней была только легкая пижама : свободные штаны и рубашка из шелка. Женщина проснулась от звонка в дверь. Ее муж уже собирался завтракать, сегодня у Коула Майклсона важное совещание с управляющими компании.

Сегодняшний четверг Коул Майклсон должен запомнить на всю свою жизнь, ведь именно сегодня он лично проведет собрание. Советы Жозеля должны ему помочь и захлопывая кожаный чемодан с важными бумагами, Кол верит в то, что у него все получится, смотрит в окно и даже в утреннем Нью-Йорке людно. Дефне проснулась раньше, чтобы поддержать его. Улыбается, целует его, а тот прижимает ее к себе, отвечает на поцелуй, а та спешит отстраниться и открыть входную дверь. Удивляется, видя на пороге Елену и Веронику, но приглашает их пройти и выпить с ней кофе или чай, после того, как ее муж уйдет на работу. Елена ссылается, что столь ранний визит обоснован тем, что она волнуется за беременную Дефне и акушерка просила передать ей лекарства.

— Я ухожу, моя девочка, - прощается Майклсон.

Сегодня ему не суждено покинуть квартиру, ведь как только он открывает дверь вооруженные мужчины ,облаченные в пальто реглан, костюмы и брюки с отворотами, ботинки с круглыми носами. Его тянут в квартиру, а тот, похоже и не сопротивляется, понимая, что мужчины профессионалы, как и он, ведь спрятанный револьвер они находят меньше, чем за минуту. Один из мужчин сдерживает Дефне, приставив к ее виску пистолет, а рукой закрывает рот.

Все перепутано и туманно. Елена перепугана, но уйти она не может, так же как и Вероника. Невольные свидетели стали жертвами и теперь сидят за одним столом в кухни. Стараются не смотреть приставленное к их вискам оружие. Оружие, которое может выстрелить и отнять жизни.

Все перепутано. Гилберт прячет шприц в своем пальто, которое она даже не и не подумала снять.

Дефне пытается дотянуться до сидящего рядом мужа, но, конечно же ,ей этого не

позволят сделать. Тяжело дышит, а тот старается не смотреть ее. Старается запомнить ее глаза.

— Вы ублюдки, отпустите женщин, - смело заявляет Кол. — И мы поговорим.

— Молчать, Мистер Майклсон, если не хотите, чтобы я вышиб мозги вашей жене, и тогда вы потеряете не только ее, - отвечает один из мужчин.

— Кто вас подослал? Я ведь должен знать от чьей руки я умру, ведь к этому все и идет,– задает вопрос Коул, чтобы отвлечь их.

— Не говори так Коул, ты не умрешь, - пытается сказать Дефне.

— Маиза, - подзывает служанку мужчина.

— И что? Кто затеял эту игру? – вновь спрашивает Кол, ведь ему важно знать это, а служанка ставит перед Коулом чашку с кофе, в которую выливает содержимое пузырька в напиток.

— Маиза, ее брат стал жертвой интриг вашей семьи, ведь парень работал на вашу семью и был убит, последнее, что он слышал – звук пули, - гангстер указывает на Маизу. — Но сегодня вы заплатите за все и за этот поступок тоже. Желаете, чтобы они жили, вы выпьете этот яд.

— Как я могу доверять вашему кукловоду, я даже не знаю правил игры, - хмыкает Майклсон, смотря в чашку.

— Вы отняли у него все и конец вашей семьи придет от того, кого зовут « Красным волком» , - уверенно и твердо говорит мужчина.