Олег кивнул, пожал руку Эдуарду Владимировичу и покинул камеру. Олигарх прошелся по камере затем лег на кровать, что-то опять сердце забеспокоило. Ну ничего, пройдет. Кременецкий, Силиверстов, Баркашов, Сергеев - они все ему ответят и за тюрьму и за боль, за все...
Глава Двадцать девятая .
Украина, Киев.
Август 2011 года.
-Леонид, если завтра вопрос не будет доложен на кредитном комитете банка - Вы будете уволены - в голосе и взгляде Председателя Правления банка "Украинская перспектива" Тамары Изотовой был металл.
Сергеев покорно кивнул и пошел на свое рабочее место. Леонид вошел в пустой кабинет Управления кредитования юридических лиц и упал в кресло, бросив взгляд на настенные часы,они показывали 21:45. С работы похоже он сегодня раньше полуночи не выйдет. К Сильверстову приехали бизнесмены из Луганской области, занимающиеся нелегальной добычей угля, с просьбой о получении кредита, и он им пообещал завтра же рассмотреть вопрос, о чем и сообщила Сергееву руководительница банка. Леонид хмыкнул - руководительница!. После ухода Алмазова с поста председателя правления "Украинской перспективы" Изотова была уже четвертым человеком на этой должности. Это за неполньх восемь месяцев! Силиверстов платил огромные деньги своим менеджерам, об этом знал весь банковский рынок, однако увольнял он людей за малейшую оплошность. В учреждении царила атмосфера страха, все дрожали при одном только упоминании имени акционера, все боялись ответственности, банк был наводнен "смотрящими" от "Луны Юнайтед", которые в любых действиях сотрудников видели злой умысел, каждый день в отношении того или иного специалиста проводились служебные расследования. Леонида сначала поражала эта идиотская манера ведения бизнеса, однако, общаясь с коллегами из других учреждений, где акционерами стали предприниматели из Донецкой и Луганской областей, он узнал, что везде происходит примерно тоже самое. Со временем Сергеев привык, и спокойно занимался кредитованием каких-то "обнальщиков", торговцев углем, владельцем разнообразных нелегальных производств и параллельно огромных государсвенных корпораций, которые в приватной беседе с начальником Управления кредитования юридических лиц сообщали, что им настоятельно рекомендовали обслуживаться именно в "Украинской перспективе" очень "серьезные люди". В отношении него также почти ежемесячно производились служебные расследования, однако всегда на помощь приходил Баркашов, работающий членом наблюдательного совета банка. Обычно виноватым "назначался" кто-то из подчиненных Леонида с его последующим увольнением, Управление кредитования юридических лиц также обновилось уже несколько раз, неизменным оставался только его начальник Сергеев. Руслан в последнее время тоже становился все менее оптимистичным, он уже понял, что никакой банк европейского образца он тут не построит, его задачей было привлечение международного финансирования и контроль над исполнением стратегии развития банка. Деньги Баркашов привлекал, пользуясь своими европейскими связями. Стратегия менялась постоянно, ибо каждое новое правление меняло ее, стремясь поразить акционера какими-то новыми путями развития банка, по факту же царил хаос, в котором главное было своевременно исполнять указания Силиверстова.
Леонид вздохнул - очередная идиотка, которую выгонят через месяц, строит из себя топ-менеджера, по факту являясь лишь передатчиком между ним и акционером. Сергеев давно мечтал познакомиться с Силиверстовым, однако тот не общался с менеджерами уровня начальников управлений, да и не видел его Билл даже толком ни разу. Офис "Луны Юнайтед" находился в другом месте, в банке акционер появлялся редко, окруженный толпой охранников, не позволяющей разглядеть его. В прессе уже стали появляться фото таинственного бизнесмена, все они были нечеткими, сделанными случайно возле дорогих отелей или администрации президента страны, на них издали был запечатлен худой человек с огромной бородой и очках, из-за чего его лицо невозможно было описать.
Леонид провел рукой по голове и поморщился. В последнее время она немилосердно болела, сказывалась нервная обстановка и сидение на работе до ночи. Так, нужно сходить покурить, сосредоточиться, и проанализировать бизнес луганских добытчиков угля, дабы завтра не ударить лицом в грязь на кредитном комитете.
Сергеев встал и, взяв сигареты, собрался выйти на улицу. Открыв дверь кабинета он остановился на пороге - мимо быстро прошли трое крепких мужчин, затем Виктор Силиверстов, затем еще трое, все охранники мельком посмотрели на Леонида, лишь акционер даже не повернул головы, прямо глядя перед собой. Билл закрыл дверь и вернулся в кабинет. Придется пару минут подождать пока они выйдут и уедут, курить на пороге банка при его владельце было бы неправильным. Сергеев пять минут побродил по кабинету, массируя голову, боль все нарастала, затем вышел из него, закрыв на ключ, и спустился вниз. Оказавшись на первом этаже, Билл застыл - Силиверстов с охраной стояли в фойе.
-Ты охранник? - один из людей акционера обратился к Леониду.
-Нет, я начальник кредитного Управления - Билл проклинал себя, что не подождал еще некоторое время. После заданного вопроса он мгновенно понял что происходит - банк после девяти вечера закрывался, охранник, сидящий у дверей по видимому отошел, и теперь Силиверстов не мог выйти из банка.
-Так сходи, поищи его - мужчина, задавший вопрос Леониду, повелителько посмотрел на него. Билл перевел вигляд на Силивестрова - он наконец-то увидел его близко - и понял что лицо этого человека в принципе рассмотреть невозможно - виден был только нос, все остальное лицо было скрыто за огромной бородой и очками. Акционер молча стоял, держа мобильный телефон в правой руке, левая была в кармане брюк. В наступившей тишине роздались шаги и фальшивое напевание популярной песни "Чумачечная весна" и появился охранник, державший в руках дымящуюся чашку, из которой свисала нитка с биркой. Мужчина шел, глядя на свою руку, но, подняв глаза, он застыл, как Билл чуть раньше.
-Ты где был, урод? - Леонид впервые услышал голос Силиверстова.
-Яааа. На минуту оттт-о-шел, чая закипятить- охранник заговорил заикаясь, все присутствующие увидели что его тело задрожало крупной дрожью.
-Очень хорошо. Я как раз плачу тебе, чтобы ты чай кипятил - Силиверстов говорил спокойно - где ключ от двери?
-Ттаам, за стенкой, номер один - охранник кивнул на свою стойку. Силиверстов кивнул одному из своих людей, тот пошел и достал ключ.
-Ты уволен, урод - акционер банка сказал эти слова тем же невозмутимым тоном, но в следующую секунду метнул мобильный телефон в любителя чая. Аппарат попал в лоб охранника, тот упал на спину, чашка вылетела из рук и с грохотом разбилась. Пол мгновенно окрасился кровью, дорогой металлический телефон отлетел к ногам Билла. Тот поднял аппарат и передал его к мгновенно подскочившему к нему одному из людей Силиверстова.
-Господин начальник кредитного Управления, пока не прибудет смена этому человеку - Вы охраняете банк - Силиверстов пошел к открывшимся дверям , но на пороге повернулся - я надеюсь на Вас, Леонид.
Процессия вышла из банка, Сергеев услышал как один из людей акционера, приложив к уху телефон, говорит о необходимости срочно приехать в банк и сменить охранника, открывший дверь бросил ключ Леониду. Когда дверь захлопнулась за последним из вышедших, Билл быстро подошел и закрыл ее на ключ, затем вернулся к лежащему на полу охраннику, тот громко стонал, из разбитого лба продолжала течь кровь. Леонид помог ему встать, кое-как перевязал голову, усадил на стул, они дождались смены. Билл закончил свои дела в банке, поехал домой, лег спать, однако так и не смог уснуть, всю ночь, пытаясь вспомнить, где уже слышал голос Силиверстова, а слышал он его раньше точно. То, что акционер в конце "разговора" обратился к нему по имени, Сергеева не смутило, похоже Баркашов ему называл начальника Управления кредитования юридических лиц, но вот голос... этот голос... Леонид встал еще больше разбитый после бессонной ночи, но так и не смог вспомнить.