– Будем! – И два флотских приятеля негромко звякнули рюмками и опрокинули огненную жидкость себе в рот.
* * *
– Развлечений у нас масса, и для рядовых обывателей, и для миллионеров.
– А для военных? – Андрей мысленно облизнулся, рассматривая во все глаза ладную фигурку прикрепленного к нему стюарда. Миниатюрная, смуглая и очень улыбчивая.
– Вам тоже понравится. Наш круизный корабль оборудован водным амфитеатром, каруселью, изготовленной в натуральную величину, натуральным ледовым катком, полем для гольфа, четырьмя плавательными бассейнами, для которых понадобилось в общей сложности три тысячи тонн воды, волейбольной и баскетбольной площадками, стеной для скалолазания и детской зоной с тематическими парками и детскими научными лабораториями. На нем среди прочего есть сорок спа-купален и симуляторы полного погружения последней модификации на сто человек.
Лайнер настолько большой, что поделен на «районы» со специальной тематикой, включая тропическую зону с пальмами и животными. В общей сложности на судне высажено двадцать тысяч растений и сто деревьев – это первый парк по размерам на круизных космических лайнерах площадью более двух тысяч квадратных метров. Поэтому наши пассажиры могут отдохнуть в парке в тени настоящих деревьев, послушать лучшие постановки мюзиклов и посмотреть ледовое шоу в исполнении…
– Стоп, стоп, Синди. – Андрей переступил с ноги на ногу. Несмотря на заверения врачей, сломанная нога продолжала побаливать, привнося в жизнь молодого офицера достаточно значительный дискомфорт.
– Простите, я вся во внимании.
– По очередности задач. Размещение. Обед. Затем мне нужна качественная гражданская одежда. Цена не имеет значения. Следом небольшой забег по магазинам. Я прибыл без вещей. И в конце необходимо составить расписание занятий на тренажерах для поддержания физической формы.
– Конечно. Я все пометила. Осмелюсь предложить вечером билет на мюзикл.
– Годится. Что дают?
– Классику. «Призрак оперы».
– Два нескромных вопроса?
– Может быть, не стоит? – Синди кокетливо улыбнулась, всем своим видом намекая на обратное.
– Вы замужем?
– Нет.
– Я читал на вашей информационной страничке, что вы профессиональный массажист.
– Да. – Синди мило зарделась, вопросы были действительно нескромные.
– Тогда закажите два билета на мюзикл. Вдруг я что-то не пойму.
– Да… но… – Девушка чуть замялась. Но Андрей, заботливо проинструктированный опытными разведчиками, которые очень тепло простились со своим спасителем, красиво закруглил разговор:
– И чтобы скрасить все возможные коллизии нашего общения – это вам! – В руку кокетки легла небольшая коробочка.
– О-о-о. – Синди, несмотря на свою выдержку, не смогла удержать свои эмоции. – Это же дизайнерская работа. С брильянтами. Дом Ван’Клеф.
Андрей понятия не имел, сколько стоит эта бирюлька. Ее ему вручил Сализа, сказав лишь, что оно того стоит.
– И, разумеется, десять процентов от потраченных мной здесь денег будут перечислены на ваш счет как чаевые, Синди.
– Вы умеете убеждать. Я бы даже сказала совращать невинных девушек. – Синди захлопнула коробку. – Я обещаю. Вы запомните этот круиз. – Чертовка сумела неподражаемо обыграть свои последние безобидные слова.
Но от таких интонаций Андрей явственно ощутил тепло, разливающееся по животу, и с удовольствием вспомнил цитату мертвецки пьяного флаг-майора Прокофьева на проводах: «Такие девочки, ну, прикрепленные стюарды, принадлежат к числу тех женщин, которых ловеласы-любезники величают ловкими дамами, мужи высшего света – бальными особами, а старые холостяки – разбитными бабенками. Не тушуйся. Это их работа – ублажать клиентов».
* * *
Наблюдательный центр службы безопасности круизного лайнера «Гордость империи» располагался глубоко в чреве звездолета. Сотни мониторов, десятки операторов фиксирующих абсолютно все телодвижения пассажиров и экипажа. Если только по высочайшему указанию для особо привилегированных пассажиров наблюдение не отключали полностью. А так контроль был тотальным и бесцеремонным.
Рэк Садамири, толстый, неопрятный офицер с обрюзгшими щеками и необъятным животом, исполнял обязанности старшего дежурной смены. Он ежеминутно утирал лоснящееся лицо – в служебных помещениях ощутимо экономили на вентиляции, – прохаживаясь за спинами своих сотрудников. Среди контролеров, оперативно сканирующих все помещения лайнера, куда имели доступ пассажиры, всегда имелись три-четыре верных человека, приносивших Садамири незаконный доход.
Аккуратный рэкет бесправных стюардов обоих полов класса люкс и точечные наезды на незадачливых пассажиров, не способных за себя постоять. Это было золотое дно. Главное правило – делиться – Рэк Садамири соблюдал неукоснительно. В этих коррупционных цепочках были замешаны все: администраторы, инспекторы, менеджеры смен и охранники. И такой скользкий бизнес процветал на лайнере не один год.
– Что-нибудь есть? – Садамири притормозил у одного из своих информаторов.
– Есть достойная зацепка. Лопух флотский и малышка Синди Митчелл.
– Скинь запись. – Наблюдая ход перехваченного разговора, Садамири аж захрюкал от удовольствия. Затем одобрительно похлопал по спине наводчика и добавил:
– Три тысячи лат. Скину завтра. Заслужил.
Скорее по инерции, он тут же отправил стандартный запрос о благонадежности офицера Андрея Саломатина и получил стандартный ответ. Единственное, что могло бы насторожить бывалого вымогателя, слишком быстрое присвоение званий молодому офицеру. Но жажда легких денег пересилила смутное беспокойство.
Решительным шагом добравшись до закутка, где находился скромный кабинет старшего дежурной смены охраны, Садамири, не мешкая, дал команду доставить ему для допроса стюарда верхней палубы класса «люкс» Синди Митчелл, пометив в грифе запроса «Приоритетно».
Далее, пользуясь имеющимися ключами доступа к системе наблюдения, он отключил запись камер в рабочем закутке и в допросной номер семь, где обычно проворачивал свои делишки. Следом, открыв личный сейф, такой полагался каждому дежурному, в самом неприметном отделении Садамири отыскал пластиковую коробочку с новомодными наркотиками и отправился навстречу к своей жертве.
Спустившись на три уровня вниз и пройдя пост вооруженной охраны, не подчинявшейся здесь никому, кроме капитана лайнера, вымогатель, удостоверившись, что Синди Митчелл уже доставили, приложил руку к кодовому замку допросной и с силой хлобыстнул стальной дверью, морально подготавливая девушку к предстоящему разговору.
– Малышка Синди! – Садамири усмехнулся, масляно скользнув взглядом по телу ладного стюарда. И без какого-либо перехода, жестко ухватив ее за горло, злобно зашипел прямо в лицо:
– Что сука, совсем страх потеряла? Коробку с драгоценностью сюда, быстро. Вот так-то лучше, тварь.
Садамири отпустил зарыдавшую от унижения и бессилия девушку.
– Это подложишь лоху своему. Как сделаешь, сообщишь. Все поняла? И не дергайся. Узнаю, что язык распускаешь – твой труп найдут на нижних палубах. – Толстяк швырнул свою коробочку на стол. – Саму коробку потом уничтожишь в утилизаторе. Ясно?
– Ясно, – сквозь слезы выдавила Синди. Она неоднократно слышала про такие истории, но до сегодняшнего момента не верила, что такое может произойти именно с ней.
Садамири, наслаждаясь беспомощностью жертвы, грубо накрутил роскошную гриву волос девушки себе на кулак:
– Если не будешь глупить, кину потом на счет пару сотен лат. И запомни. Здесь, на лайнере, я знаю о каждом твоем шаге, даже какого цвета у тебя трусы. – И толстяк довольно заржал.
Дело было сделано. Эта тупая подстилка теперь никуда не денется. Она подкинет флотскому наркоту. Затем в качестве превентивной меры служба безопасности проверит этого пассажира и зафиксирует факт преступления.
А уж выкачать все до последнего лата с флотского лоха ему не составит никакого труда. Потом выкинуть его с лайнера на первой же остановке и подсчитать свою прибыль.