Сегодня все изменилось. После окончания очередного собрания старейшин клана «Ворон» Эрл Бриош вернулся мрачнее тучи и приказал вызвать к себе Элиота. Этот вызов был подобен грому с ясного неба. В ход пришла сложнейшая механика человеческих взаимоотношений. Проще говоря, такой вызов разом нарушил сложившийся паритет сил. Вечная интрига – забраться повыше и потеплее – вновь была готова вспыхнуть подобно пожару.
Пребывая в раздумьях, Элиот распахнул дверь приемной своего владыки. Телохранители, здесь их было уже четверо, даже не шелохнулись. Лишь Гайер, прозванный среди своих – за свой рост и молниеносную реакцию – «питоном», удостоил молодого аналитика вежливым кивком.
Секретарь Старого ворона был из разряда тех самых людей, кто, услышав слово, успевал сказать в ответ десять, и все по делу. Но сейчас он был занят, внимательно прослушивая новостной блок крупнейшего информационного агентства, одновременно делая пометки на компьютере.
Сообразив, что придется немного подождать, Элиот погрузился в мягкое кресло и прикрыл глаза. Нет, он не устал и уж тем более не собирался дремать. Он просто вновь занялся привычным делом, анализом. И по всем расчетам выходило только одно. Во всем этом виноват его пресловутый меморандум…
Эрл Бриош прекрасно видел, что молодой Макарт прибыл точно в назначенное время. Отдельный монитор всегда отслеживал, что происходит в приемной. Дань старым привычкам, чем действительно необходимость. Глава рода даже отметил, как похожи Макарт-старший и Элиот. Старика он не видел уже года три, младший же постоянно мелькал на виду.
Плох был бы Старый ворон, если бы не думал о будущем. Элиот входил в особый список наиболее перспективных и верных сторонников, на которых можно будет положиться, – нет уже не ему, а наследнику.
Тут же про себя чертыхнувшись, Бриош поправил себя, наследнице. Разговор предстоял тяжелый. И начинать его прямо сейчас Бриош не собирался. Вместо этого он налил себе из графина свежей минеральной воды, сделал большой глоток и, не торопясь, достал из деревянного футляра очки. Зрение потихоньку слабело, а делать операцию Эрл не решался. Он никогда не доверял эскулапам, с этим он прожил целую жизнь и не собирался на склоне лет менять свои привычки.
Затем он вновь открыл оставленную им здесь утром папку. Взял в руки четыре с небольшим странички текста, написанного от руки убористым почерком. Заголовок был предельно лаконичен: «Меморандум», дальше следовала чуть косая линия строк, таящая в себе ту самую проблему, в реальность которой мудрый ворон поверил именно сегодня.
«Военный конфликт в клане – прогнозы и реальность».
Эрл все так же аккуратно перевернул все странички и вчитался в подпись: «Элиот Макарт» и ниже, где стояла дата двухгодичной давности. Затем он отложил рукописный текст и достал из той же папки стандартный бланк – отчет аналитического отдела, подписанный самим руководителем и имевший дату недельной давности. Во всем остальном оба эти документа совпадали вплоть до запятых, разве что доклад главного аналитика содержал более полные и свежие данные.
Мальчик написал этот чертов меморандум почти два года назад, когда о войне мог подумать только сумасшедший или гений. Эрл в раздражении кинул отчет главы аналитиков обратно на стол.
«Сука», – без затей произнес про себя глава рода. Сначала не поверить и просто положить под сукно меморандум Макарта, а затем выдать этот шедевр за собственное творение.
Решение возникло само собой.
– Макс.
Секретарь откликнулся мгновенно:
– Да, господин. Я весь во внимании.
– Ознакомь молодого Макарта с содержимым зеленой папки.
– Да, – лаконично отозвался секретарь, что указывало на его крайнюю степень изумления.
Зеленая папка представляла собой краткие выжимки и подборки наиболее значимых донесений агентуры, внешних источников информации и прочие материалы, подготавливаемые сразу тремя конкурирующими структурами: разведкой, отделом планирования и личной службой безопасности главы рода.
Отдав распоряжение, Эрл Бриош аккуратно убрал документы в свой сейф и вновь позволил себе глоток воды. Необходимо было в мельчайших подробностях продумать предстоящий разговор. Но додумать ему не дали.
– Хозяин. – Секретарь выдержал подобающую паузу и добавил: – Элиот считает, что ничего нового он там не прочтет.
– Тогда я жду его. – Бриош вздохнул, вновь прикладываясь к минералке.
– Сэр. – Молодой аналитик был сдержан и немного напряжен.
– Проходи и садись, Элиот. Я хорошо знал твоего отца и позволь мне быть с тобой на «ты».
– Конечно, – лаконично отозвался юноша.
– Прежде всего, я признателен тебе за твой меморандум. Пусть и с опозданием на два года, но он лег на мой стол. Причины, по которым это произошло, мне не интересны. Точнее, с этим я разберусь сам. Важно совсем другое: какова твоя оценка нынешней ситуации!
Элиот кивнул. Он прекрасно понимал, что на пороге предстоящей войны междоусобица роду только навредит. Поэтому никаких особых расследований и репрессий не будет.
– Если позволите один вопрос, сэр.
– Давай. – Бриош вновь хлебнул воды, чувствуя, что от волнения у него пересыхает в горле.
– Сегодня по блоку новостей сообщили, что Совет единогласно проголосовал за разоружение. В течение месяца будут сокращены наступательные силы альянса и трех других родов. Также сокращению подлежат шесть полных танковых батальонов альянса. А знаменитая шестая штурмовая бригада альянса будет переброшена в приграничные колонии.
– Все верно, сынок.
– Теперь вопрос, сэр. Ганхен, ваш ровесник, присутствовал на Совете?
– Конечно, он же один из влиятельных политиков альянса.
– Когда произносили ритуальную клятву, он поднял свой взгляд на вас, как и заведено, вы ведь сидите напротив друг друга?
– Нет, – ответил вдруг пораженный Бриош. «Вестник смерти» – седой Ганхен – никогда не прятал свой взгляд от Бриоша. За долгие годы заседаний в Совете они столь поднаторели в этих играх-гляделках, что научились почти безошибочно определять, лжет ли взгляд твоего оппонента. И все равно никто из них двоих не отводил глаза, произнося ритуальные слова согласия.
– Ганхен лгал. И знал это. Он боялся вас, сэр, и только вас. Имеющийся расклад сил полностью в их руках, только с одним «но». Наш звездный флот самый мощный среди всех родов. Я уверен, что честь переброски штурмовой бригады альянса поручена нашим десантным крейсерам.
– Продолжай. – Бриош медленно краснел от гнева на самого себя. Каждое слово молодого аналитика било не в бровь, а в глаз.
– Наш клан, единственный, где нет официального наследника. Я не стратег и даже не тактик, а простой аналитик. Но даже навскидку приведу самый простой вариант: бригада грузится на десантные крейсера и в сопровождении прикрытия отчаливает. Тут же происходит кровавый налет на нашу резиденцию – и вопли СМИ, подконтрольных альянсу, о зверском преступлении двух гнусных родов клана «Ворон». У них полное превосходство на земле, войска прочих родов не готовы к войне, наши дезориентированы смертью всей руководящей верхушки, а тут с небес обрушивается разъяренный флот, мстящий за всех со штурмовой бригадой в новейших закупленных танках. – Элиот смолк, а Бриош молчал, переваривая услышанное. Как ни печально, но мальчик безжалостно рвал в клочья остатки тех иллюзий, которыми тешил себя Эрл все это время.
Откинув панель на своем столе, Бриош вытянул крохотный микрофон и отчеканил:
– Код ноль.
Этот сигнал в считанные доли секунды облетит почти полпланеты и тихо прозвучит в шлеме могучего Атара. Бастард по рождению (отец Атара был «вороном смерти», мать безвестной отверженной, хоть и чистой крови), он был обречен стать изгоем. Родня не приняла его. Зато это сделал Бриош. Атар оценил этот поступок. И вскорости стал поединщиком рода «черных воронов». Трижды в финалах он убивал бойца «воронов смерти», чем окончательно пленил новоявленных родственников и вселил в сердца бывших родичей смертельную ненависть. Рядом с ним, разумеется, всегда находилось еще трое воронов, чья верность была даже не личной, а скорее наследственной. Именно им он доверил безопасность своей молодой супруги, беременной на восьмом месяце девочкой, будущей наследницей его необъятной власти.