– Ты прекрасна! – произнёс он, явно прилагая усилия, чтобы слова звучали как можно более убедительно. – Но нам лучше пока не афишировать наши отношения. Ты согласна?
– Да, Саллос, – прошептала Ронове, ловя себя на том, что, даже произнося его имя, испытывает трепетную неловкость.
Девушка поднялась со стула и сразу очутилась в объятьях наставника. Ронове задыхалась от счастья, ощущая его волнующую близость.
Плоть к плоти, горячее дыхание обжигает и без того порозовевшие щёки, приоткрытые губы предваряют поцелуй. Ронове задрожала в сладостном ожидании большего.
Саллос вдруг слегка отодвинулся, пристально взглянув в глаза, и нежно поцеловал. Никогда раньше она не испытывала такого пьянящего ощущения, и в голове мелькнула пугающая догадка, что она влюблена.
– Ночь наша, если только ты хочешь воспользоваться случаем, – прошептала Ронове, положив голову ему на грудь.
Глава 9
Кебун оказался городом достаточно самобытным. Сразу было видно, что его не строили по единому архитектурному замыслу. Скорее город магов был рождён в результате усилий многих поколений просто жить в нём. Бесчисленные перестройки приводили к тому, что жилые помещения на первом ярусе становились лавками, а потом обратно, мастерские превращались в трактиры, большие залы разделялись на комнатки, а неказистые домики вдруг становились садами. И отпечаток всех этих метаморфоз был настолько заметен, что придавал Кебуну необычный, какой-то слегка абсурдный вид.
Дилия и Дэрелл оценили эту прелесть города, когда, поднявшись по лестнице на террасу, оказались во дворе на другом уровне. Проследовав под арку, очутились в лавке, а когда вышли через едва заметный проход, вообще заблудились, попав на совсем незнакомую улицу. Решив положиться на интуицию, они свернули в ближайший переулок, потом в подворотню, поднялись на крышу и в полной растерянности спустились в абсолютно неожиданном месте. Попробовали пройти по немыслимо узким и кривым улочкам налево, потом направо; опять подворотня привела их в тупик и к новой лестнице. Поднявшись, они оказались на достаточно большой рыночной площади, но она явно была крышей для нижних ярусов построек, что не казалось нормальным. Двух‑трёхэтажные дома, массивные каменные стены цвета известняка. Немного окон, на ночь закрываемых металлическими ставнями, арки, лестницы, сводчатые проходы. Все улицы и здания были рассогласованны, словно поддавшись влиянию магически ускоренного времени. Удивляло почти полное отсутствие декора; всё было выстроено так, как если бы с начала и до конца работали одни каменщики. Улица могла войти в жилище, растворяясь в его арках и террасах и выйти с другой стороны, дом мог перекинуться через улицу на другую сторону и как-то там размножиться. Архитекторы явно не были теми, кто приложил руку к созданию Кебуна – города магов. Хотя сложную систему дворов и террас, возможность попадания с крыш одних залов в галереи других можно было назвать своего рода авангардной формулой архитектуры.
Не желая больше блуждать, путники двинулись в сторону здания, где красовалась вывеска «Таверна камня Кебуна», а чуть ниже – ещё одна вывеска: «Камень в Кебуне – это не камень, это сам Кебун, это его плоть».
Однако, несмотря на необычность города, таверна была традиционной. Вход украшала массивная деревянная кружка на ржавой железной цепи, свисающая со скобы. Из таверны раздавались звуки музыки, смех и нескладное людское пение. Хмельное веселье рвалось наружу, в магический лабиринт таинственного города. Но эти звуки не привлекали Дилию, и она не сразу вошла внутрь, несмотря на голод и Дэрелла, который уже был готов перешагнуть порог.
Когда они оказались внутри, Дэрелл обнял Дилию за плечи в ответ на любопытные взгляды и повёл к деревянной стойке в центре зала. Посетителей было больше, чем таверна могла вместить, и проход через зал занял более продолжительный отрезок времени, чем ожидалось. Когда они достигли заданного места, Дэрелл начал разговор с владелицей заведения.
Женщина отличалась крупным телосложением. Круглое добродушное лицо, натруженные полные руки, приветливая улыбка… Однако она производила впечатление человека, способного мгновенно изменить свой миролюбивый настрой. Дилия чувствовала себя немного дезориентированной, и усталость брала своё. Гомон, стоящий в зале, не давал ей шанса сосредоточиться, и она не слышала ни слова из беседы Дэрелла с хозяйкой таверны.
Ей удалось разобрать только самый конец разговора, когда Дэрелл аккуратно выложил на стойку монеты.
– Эта почтенная жрица живёт на юго-востоке?
Сгребая монеты, хозяйка протянула новому постояльцу ключ и ответила:
– Да, господин, вам просто нужно пройти через правый спуск, свернуть налево и проследовать прямо до следующего подъёма.
Новый постоялец взял ключ со стойки и, пожелав женщине хорошего дня, подошёл к Дилии.
– Ты точно не хочешь перекусить здесь?
Оглядевшись по сторонам, Дилия задумалась, но то, что она видела, не вызывало в ней этого желания.
Зал был до отказа забит людьми, в основном мужчинами. Некоторые играли в карты, кто-то в кости, многие налегали на подозрительного вида пищу. Больше всех бросались в глаза постояльцы, которые, напиваясь с друзьями, весело орали немыслимо громкие песни. Хотя определить, были ли мелодии разными, оказалось весьма затруднительным, скорее всего, слух услаждало одно бесконечно длинное творение.
Царящее в таверне хмельное оживление после стольких лет в подземелье хранителей казалось утомительным и даже зловещим.
Дилия отрицательно покачала головой, и они поднялись по лестнице на второй этаж. В начале тускло освещённого коридора нашли свою комнату, и Дэрелл, открыв ключом дверь, пропустил избранную вперёд. Маленькая масляная лампа, кувшин и тазик, возле стола три обшарпанных стула. Чуть в стороне находилась низкая кровать, застеленная тёмно-серым одеялом. Каменные стены со следами облупившейся краски, исцарапанные высказываниями неподобающего приличному заведению характера. Запах, царящий в помещении, – смесь сырости, мочи и каких-то несвежих продуктов. Оставалось одно – убеждать себя, что всё это меньшее из зол.
– Что тебе удалось узнать у хозяйки таверны? – спросила Дилия, ополаскивая руки и лицо прохладной водой.
– Она рассказала мне, где найти жрицу грядущего. Видимо, одна живёт в городе. Как я понял, проповедует их мировоззрение и набирает новых жриц, если таковые нужны ордену.
– Это отличная новость! – воскликнула Дилия и принялась вытаскивать вещи из сумки.
Дэрелл спустился вниз. К тому времени, как она со всем закончила, он вернулся, неся две миски с рёбрышками, хлеб и кружки с пивом. Ели быстро, пища показалась вполне съедобной, хотя скорее причиной был голод, а не мастерство повара.
Закончив трапезу, Дэрелл заметил очевидную усталость и встревоженность Дилии.
– Тебе стоит лечь и поспать.
Дилия чувствовала себя неуютно, мысли крутились в голове, раздражая своей прилипчивостью, а не поддающаяся контролю взбудораженность засела внутри, как меч в камне, поэтому слова друга не были услышаны.
– Дилия… – окликнул её Дэрелл.
– Ты понял, где искать жрицу? – словно очнувшись, спросила избранная.
– Думаю, что понял, хотя здесь очень нелегко ориентироваться.
– Отлично!
– Только одно… – Дэрелл сделал большой глоток. – Не стоит тебе пытаться вступить в орден. Жрица сразу определит, что ты не обычный доброволец. К тому же я уверен, что нам лучше оставаться вместе.
– И что ты предлагаешь? – отведя взгляд и сжав кулаки, спросила Дилия.
В серых глазах Дэрелла спряталась улыбка.
– Сейчас тебе необходимо выспаться. Ты должна понимать, что мысль о том, что мать отдала свою жизнь ради безопасности дочери, не самый лучший вариант для Ватулы. Поэтому утром на свежую голову мы обсудим план действий. Не рассматривая безрассудное и бесполезное самопожертвование.
– Я понимаю, что все подобные жертвы абсолютно напрасны. Ты, разумеется, прав, но, если честно, мне никак не успокоиться…