Одним из мальчиков, безусловно, был Хилли Браун. Она не знала второго. Он был гораздо младше Хилли. Его ступни были невероятно грязны, и что-то в этой грязи показалось ей ненатуральным.

- Что... - прошептала она вновь, и в это время младший мальчик во сне обвил руками шею Хилли, прижался щекой к его плечу, и медсестра с ужасом увидела, что мальчики похожи как две капли воды.

Она решила пойти и рассказать о случившемся доктору Гринлифу. И немедленно.

Напоследок она еще раз взглянула на грязные следы на полу. Они начинались четко посередине комнаты.

Хилли Браун открыл глаза.

- Давид?

- Заткнись, Хилли. Я сплю.

Хилли улыбнулся, не вполне уверенный, что это ему не приснилось. Нет, кажется, все в порядке. Давид действительно рядом с ним, теплый и реальный.

- Я тоже сплю, - сказал Хилли. - Мы оба спим, и нам снится один и тот же сон.

Тишина... где-то снизу до их слуха донесся взволнованный шепот медсестры, рассказывающей врачу о случившемся, но в палате царила тишина.

- Хилли?

- Что? - прошептал Хилли.

- Там, где я был, холодно.

- Правда?

- Да. Очень.

- Сейчас лучше?

- Лучше. Я люблю тебя, Хилли.

- Я тоже люблю тебя, Давид. Прости меня.

- За что?

- Сам знаешь.

- Ерунда.

Давид нашел руку Хилли и крепко сжал ее. В девяноста трех миллионах миль от Солнца и сотнях парсеков от центра Галактики Хилли и Давид Брауны спали, держась за руки.