Приехав в город, Надежда оставила в камере хранения вещи, спросила в информации, как добраться по данному адресу, все тщательно записав. Общественным транспортом предстояло сделать три пересадки: автобус, трамвай, троллейбус. Эх, были бы деньги на такси, мигом бы добралась!

Но, наверное, ей пришлось бы отдать за такси все свои наличные. А этого она не могла себе позволить.

Был полдень. Щедро светило солнце, обогревая и уравнивая всех. Надя подошла наконец к заветной двери, на медной пластинке которой были выгравированы цифры «32». Хотела было нажать кнопку звонка, но в последнюю минуту испуганно отдернула руку и стала осматривать то, что было видно из-за высокого забора. А оттуда виднелись две башенки, выполненные с претензией на средневековье, со шпилями и узенькими окошками. Постройка тянулась дальше, исчезая в зелени экзотических деревьев и кустов… «Сколько же здесь живет людей?» – дивилась про себя Надежда, забыв, что надо позвонить.

Неожиданно калитка открылась сама по себе, и перед девушкой предстал парень в защитного цвета форме. На фуражке красовалась непонятная для Надежды эмблема. На рукаве охранника была повязана черная траурная ленточка. От неожиданности Надя испугалась, затем поняла – перед нею охранник. Мысленно подтрунила над собой: «А ты думала просто так зайти и спросить, а где мой папа?»

Тем временем парень внимательно ее рассматривал, а Надя ждала – ей терять нечего. Охранник спросил:

– Вы кого-то ищете, девушка?

Надежда решила говорить по возможности правду, потом будет легче.

– Да, я ищу Трубникову Капитолину. Ее тетя Наташа дала мне этот адрес и попросила зайти к ней, узнать, как живет.

– Трубникова, Трубникова – кто же это? – пробормотал охранник и обрадовался, сообразив: – А-а, так это баба Капа! Так бы и говорили, девушка! Вы здесь постойте, пока уточню, может ли баба Капа с вами поговорить.

Он ушел, прикрыв за собой калитку. Надежда в жизни никогда не видела бабу Капу, но понимала, что сейчас от встречи с этой женщиной зависит чуть ли не вся дальнейшая ее жизнь. Попыталась было наметить, что и как будет говорить – ничего не получилось. Стояла, ждала, пусть идет как идет.

И вновь калитка открылась неожиданно. Вышел тот же парень, за ним поспешала пожилая женщина, на ходу вытирая полотенцем руки. Голова женщины была повязана черным платком. Со словами: «Кто же это ко мне пожаловал?» – с интересом стала разглядывать Надежду.

– Капитолина Ивановна, вы знаете эту девушку? – последовал официальный вопрос от охранника.

Женщина отмахнулась от парня:

– Володя, не пугай людей! Ты уж так строго: «Капитолина Ивановна, знаете…» Сейчас вместе с тобой и узнаем, от кого она, что скажет. Правда, девушка?

«Говорить правду, чтобы потом не путаться. Меня здесь никто не видел и не знает», – пронеслось в голове Надежды.

– Меня зовут Надежда Горчихина. Я приехала из поселка Раскольное. Наша соседка, Наталья Николаевна, дала мне этот адрес. Сказала, что здесь работает дочка ее сестры Веры, Капа. Ее племянница, значит. Попросила меня зайти к вам, узнать, как живете.

Взгляд Капитолины Ивановны потеплел, и она радушно предложила:

– Ну так и заходи, Надя, в гости ко мне, поговорим, чайку попьем. Наталья Николаевна – моя двоюродная тетя. Давненько от нее весточки не было. А мама моя, Вера, умерла давно. Тетя Наташа знает. Заходи, давай! Что мы здесь, у ворот стоим?

Охранник сделал шаг вперед перед Надеждой и извиняющимся тоном произнес:

– Девушка, раскройте вашу сумочку! Извините, такой порядок.

Надя, ликующая в душе (все идет хорошо!), с готовностью щелкнула замком, открыв сумку. Там в пакете лежали документы. Охранник, вытащив паспорт, проверил. Картинно прочитал вслух: «Горчихина Надежда Петровна, 1987 год рождения». Косметичку только открыл, просматривать не стал. Еще лежала шоколадка, ее купила Надя на вокзале, по задумке – для бабы Капы.

Охранник еще раз извинился, возвращая девушке сумку, и отступил в сторону, давая дорогу.

Баба Капа шла впереди, с достоинством ведя гостью в свои апартаменты. Ее комната была просторная, уютная, на первом этаже. Дом оказался двухэтажным, успела отметить Надя, пока шли.

Поставив на стол чашки с ароматным, явно с травами, чаем, а перед Надеждой – тарелочку с пирожными, баба Капа села сама, подвинув к себе чашку. Разговор сразу потек в нужном для Нади русле.

– А ты, наверное, приехала работу искать? Все сейчас едут сюда с деревень да поселков. Молодые не хотят жить, где их родители жили, всех манит столица области. Хотя я сама тоже из деревни…

Баба Капа погрустнела и продолжила:

– Но я очень давно приехала. Тогда еще не было такого паломничества. – Женщина опять замолчала, затем добавила, вроде для себя. – Была причина уехать из дому… Меня взяли няней. Тогда наша Ольга Платоновна, Оленька, только родилась. Ее мама, Зоя Борисовна, долго болела после родов. Я и ее выхаживала и ребеночка смотрела.

Надежда, затаив дыхание, сжала под столом руки и ловила каждое слово. А баба Капа с грустью продолжала:

– Схоронили мы хозяйку, царство ей небесное! Добрая была женщина, теперь таких не сыскать. Совсем не кичилась своим богатством. Умерла моя Зоя, можно сказать, у меня на руках. Это она настояла, чтобы я называла ее Зоей… Когда умирала, взяла слово с меня, что не уйду никогда из семьи. – Она вздохнула: – Я и сама не думала никуда уходить. Оленьку с рождения вырастила, роднее ее нет никого. Да и хозяин меня уважает, Платон Федорович. Строгий он, правда, но справедливый. – Капитолина Ивановна задумалась, устремив взгляд в окно, видимо вспоминая далекое прошлое, и добавила: – Но нанималась я не к нему, а еще к отцу Зои Борисовны. И эта вся усадьба перешла к нашему хозяину от его тестя. Тот был состоятельный человек.

Услышав о справедливости, Надежда вся внутренне подобралась, боясь выдать обуревавшие эмоции. А Капитолина Ивановна, отхлебнув чая, закончила:

– Что же это я разболталась? Извини, Надюша, не с кем поговорить, вот и отвела душу. Давай, теперь ты рассказывай!

Сначала Надя рассказала, что знала, о тете Наташе. Когда перешла к рассказу о себе – говорила, словно двигалась по минному полю. Сказала, что схоронила маму, отца не было, как и сестер да братьев. Закончила институт, получила диплом преподавателя. Ну и, поскольку одна в «белом свете», ничто ее не держит, решила и себе попытать счастья.

Баба Капа внимательно слушала, ее заинтересовал диплом учителя:

– А учить ты будешь в институте или в школе?

– Я могу работать в школе, в начальных классах. Могу воспитателем в дошкольных учреждениях. Ну и гувернером, репетиром.

Баба Капа повеселела, было видно – она приняла для себя какое-то решение. Тем не менее продолжила спрашивать:

– А ты уже начала искать работу? Может, уже нашла? Хотя в садики сейчас очень трудно устроиться.

Дальше Надя говорила правду, поэтому было легко:

– Нет, Капитолина Ивановна. Я только сегодня приехала. Мои вещи в камере хранения на вокзале. Мне сначала надо подобрать недорогое жилье, а потом уже стану искать работу. На первых порах хоть какую.

Баба Капа неожиданно спросила Надю:

– Ты, наверное, голодная, а я тебя пирожными пичкаю. Сиди, сейчас принесу с кухни супу. Овощной сегодня, вкусный.

И, не слушая девушку, вышла. Надя, закусив губу, прокручивала в голове свои ответы, чтобы не попасть впросак в дальнейшем. Успокоилась, придя к выводу – все не так плохо.

Надя действительно была голодной и не ела еще с того времени, когда ее кормила соседка тетя Анюта перед ее отъездом. Поэтому она ела, сдерживая себя, чтобы не забыться да не опозориться. Баба Капа глядела на нее жалостливыми глазами, и напрасно Надя старалась показать равнодушие к еде, уж в этом Капитолину Ивановну не обманешь! Она подождала, пока девушка поест, и, собирая посуду, как бы между прочим, проговорила:

– К нам в дом нужна няня для ребенка. Ему пять годочков, нашему Платошке. Пока жива была Зоя Борисовна, она не разрешала брать чужого человека. Мы с нею сами справлялись. А сейчас… все пошло вкривь и вкось. Хозяин попал в больницу, слава богу, спасли. Но лежит до сих пор, врачи не отпускают. Олюшка разрывается между ребенком и отцом. Я, как могу, помогаю. – Баба Капа на время замолчала. Надя, затаив дыхание, ждала самого заветного, а Капитолина Ивановна с тоской продолжила: – Но с мальчишкой уже заниматься надо, а я только сказочки ему могу почитать… Так что, Надя, смотри: если это тебя устраивает, я могу попросить Ольгу Платоновну, и тебя возьмут на работу. Заработной платой здесь не обижают, рабочий стаж идет, жильем обеспечивают. Думай, девонька, такой фарт случается редко.