Литмир - Электронная Библиотека

Николай Коляда

Баба Шанель

Комедия в двух действиях

Действующие лица

Солистки ансамбля «Наитие»:

Капитолина Петровна – 90 лет

Сара Абрамовна – 85 лет

Ираида Семеновна – 80 лет

Нина Андреевна – 75 лет

Тамара Ивановна – 70 лет

Роза Николаевна – 55 лет

Сергей, 30 лет, баянист, руководитель ансамбля «Наитие»

Актовый зал дома культуры. Наши дни.

Первое действие

Актовый зал ДК ВОГ (Всероссийского Общества Глухих) празднично украшен ленточками, бантиками, воздушными шариками, стенгазетами с фотографиями и плакатами с надписями: «Ансамблю «Наитие» – 10 лет! Ура! Желаем здоровья и счастья! Ваш коллектив ДК ВОГ! Ваши поклонники! Ваши друзья! Ваши родные и близкие!»

Здесь, в актовом зале, есть маленькая эстрада, она в углу чуть-чуть возвышается над всем полом. На эстраде стоит фортепиано, возле него – журнальный столик, на нем – ваза с цветами. Рядом, прикрытая старой кулисой, на постаменте возвышается чья-то огромная белая гипсовая голова – не понять чья, профиль едва под тряпкой вырисовывается. Тут же стоят большие напольные, вычурные часы. Маятник в них качается. Тут же – трибуна для выступлений.

Еще в актовом зале великое множество стульев. Они стоят кучками, друг на дружке, дожидаясь разных собраний и совещаний. Стулья все одной масти, с блестящими никелированными ножками. А еще актовый зал используют, как танцевальный класс, и потому одна стена зала – вся сплошь в зеркалах. На этой стене слева и справа шторки, которые, в случае чего, можно задернуть и – нет зеркал.

В актовом зале недавно постелили новый паркет и паркет этот, когда кто-то идет, противно скрипит.

В центре зала под огромной хрустальной люстрой, покрытый белой скатертью, стоит квадратный стол. На нем море тарелок, банок, кастрюлек, а в них – салаты, закуски, пирожки, булочки, пампушки, в бутылках – морсы, соки, напитки, компоты и еще много-много всякого такого, что могут приготовить и принести на праздник только трудолюбивые, хозяйственные, упорные, усидчивые и настырные бабушки. Стол накрыт ровно на шесть персон.

А вот и они – персоны. В зал быстро, легко и совсем не по-стариковски входят Капитолина Петровна, Сара Абрамовна, Ираида Семеновна, Нина Андреевна, Тамара Ивановна. Им всем соответственно – 90, 85, 80, 75 и 70 лет. Но все они выглядят на один какой-то такой не дряхлый стариковский возраст – весьма моложавы, суетливы, подвижны.

Они быстро и молча идут к зеркалам. Идут. Подолы сарафанов метут скрипучий паркет. Идут, молчат, тяжело дышат.

Встали в линию, смотрят на себя. В руках у каждой цветы в шуршащем целлофане.

Стоят, молчат, не двигаются, сдерживают дыхание, потому что все пятеро страшно возбуждены, они все почти на грани истерики: ведь только что закончился отчетный концерт ансамбля русской песни «Наитие», где все пятеро являются солистками, и потому такой высокий душевный подъем у бабушек.

А наряжены они соответственно для участниц ансамбля русской песни: у всех пятерых на головах высоченные кокошники, расшитые золотыми и серебряными нитками, украшенные фальшивыми жемчужинками и стразами, звездами, цветочками, колокольчиками, подковами, веточками. Прям горят кокошники, горят!

А одеты бабушки в русские сарафаны. Сарафаны в пол, синего цвета, расшиты немыслимой красоты цветами в русском стиле: тут и морозные узоры, и весенние луга, и масленица – и черт его разберет, чего еще нет на этих платьях! Ну, не платья, не сарафаны это, короче говоря, а какой-то отпад, какой-то великий русский народный праздник! Красота немыслимая! Не бабушки с лавочки выстроились у зеркал и любуются на себя, а королевы, королевны, королевишны!

Вот встали у зеркал, смотрят на себя, не двигаются. Видно, что страшно собой довольны, своим видом, своими нарядами, своей жизнью.

Потом, все так же глядя в зеркала и стоя на месте, вдруг все вместе резко начинают говорить друг с другом на повышенных тонах. Вообще все с самого начала несоразмерно крикливы и словоохотливы.

Тамара. Я терпеть ненавижу, когда вы все начинаете фальшивить. Ты, Нина, ты, Сара, ты, Ираида и вы, Капитолина Петровна. Вы взяли в третьей песне во втором такте не ту ноту. Там была «до», а вы взяли «соль».

Нина. Нет, Тамара Ивановна, вы ошибаетесь. Мы все взяли в третьей песне во втором такте именно «соль». Вот послушайте:

Глядя в зеркало, Нина Андреевна спела громко, как-то не сильно точно, противноватым старческим голосом:

Со-оль!!!

Молчание.

Тамара. Какая же это «соль»? Это и есть «до».

Нина (улыбаясь, глядя на Тамару Ивановну в зеркало). Вы мне хотите испортить праздник.

Тамара. Не хочу. Зачем мне. Только – «соль» есть «соль», а «до» есть «до». У меня музыкальное образование. Я была балериной в музкомедии двадцать лет, я знаю.

Молчание. Стоят, разглядывают себя.

Нина (негромко, радостно улыбаясь, рассматривая свое платье). Это было нечто…

Все (хором, негромко, счастливо). Это было нечто…

Молчание.

Ираида (поет очень громко, разглядывая себя в зеркале). «Ты встае-ошь, как из тумана! Раздвигая грудью ро-ожь! Ты ему навстречу, Анна, белым лебедем плыве-о-ошь!»

Молчание.

Нина (негромко). Девочки, ну какой это был успех?! В жизни такого успеха у нас не было. А?!

Тамара. Почему? На Восьмое марта в доме ветеранов в прошлом году нам тоже так же сильно аплодировали.

Нина. Лишь бы спорить.

Сара (вдруг декламирует). «Сжала руки под темной вуалью! «Отчего ты сегодня бледна?» – «Оттого, что я терпкой печалью! Напоила его допьяна!»

Ираида. Сара Абрамовна, ну стопорите уже с вашей Цветаевой, а?

Молчание. Стоят, разглядывают себя, всех распирает от радости.

Нина (негромко). Нет, ну как платья на нас сидят-то? В обливку! А?! Это было нечто…

Все (хором, негромко). Это было нечто…

Все смотрят друг на друга, смеются.

Ираида. Пошли к столу? Отпразднуем?

Все поворачиваются, идут к столу, радостно поют: «Вот это хор! Вот это хор! Вот это хор, хор, хор, хор, хор!». Двигают стулья, цветы в вазы вталкивают, стоят над столом, хлопают в ладоши, рассматривают еду и напитки, говорят быстро.

Капитолина (потирает руки). Эх, тяпнем сейчас по маленькой! (Припевает.) «Эх, люблю я отдохнуть, а более – пожрать! Парочкой батонов в зубах почесать!» Сколько закусона! Сколько выпивона! Сколько девки наготовили всего! Ура!

Тамара. Капочка, полегче, полегче. А то будет, как в прошлый раз.

Капитолина. А что было в прошлый раз?

Тамара. Ничего. Просто не забывай, что тебе девяносто лет через две недели.

Капитолина. Нет, я не поняла, что было в прошлый раз?

Ираида (стоит, что-то ест, угрюмо). Ну, когда тебя на носилках уносили.

Капитолина. Откуда это?

Ираида. С дня рождения Тамары Ивановны.

Капитолина. Что?!

Сара. Тише, тише! (Схватила бутылку со стола, вертит в руках, показывает всем.) Вот, рекомендую! Я принесла! Это настоящий «Арманьяк»!

Нина. А что такое «Арманьяк»?

Ираида. То же, что коньяк, только армянский.

Сара. Нет, нет, вы ошибаетесь, Ираида Семеновна! Это из Франции! Мне привезли! Я заказала! И мне привезли!

Ираида. Да, да, Сара Абрамовна, конечно. Этот «Арманьяк» с надписью «Франция» делают в соседних гаражах.

Нина. Так, тише, не ругайтесь! Я вот сделала «Оливье», а тут – мой такой вкусный винегрет! Прям исключительно вкусно, исключительно!

1
{"b":"580142","o":1}