Обдумав, не рассказать ли Риверу остальную часть истории, Брит отказалась от этой задумки. Они слишком мало знакомы, чтобы посвящать его в мерзкие детали. Она была готова поспорить, что Ривер был бы рад отпустить ее, узнав, как именно она сбежала от бывшего мужа.
– Итак, ты остаешься? – Ривер пнул одну из цепей. – Иначе я прикую тебя к этой кровати, – усмехнулся он. – Я даже надеюсь, что ты выкажешь свое желание уехать, потому что у меня есть фантазии, как связать и трахать тебя до потери пульса. Если на это понадобится несколько дней, быть на тебе – лучший способ провести это время.
Разве можно устоять перед ним? «Я не могу», – призналась сама себе Брит. Ривер был слишком красив, его прекрасные глаза искрились весельем. Она рассказала достаточно, поставив в известность, что идет в комплекте с проблемами и, тем не менее, он не сбежал. Большинство мужчин не хотели бы вступать в отношения с женщиной, имеющей такой багаж. Конечно, Ривер предлагал не реальные отношения, а месяц бурных сексуальных игр, но, так или иначе, он не проводил Брит до двери и в ту же секунду не выбросил из своей жизни.
– Вот что я скажу тебе, – мягко проговорила она. – Я проголодалась, и мне нужно поесть, но потом я позволю тебе приковать меня этими цепями.
Во взгляде Ривера вспыхнула жажда, и он облизнул губы.
– Проклятье, детка. Ты чертовски меня возбуждаешь, и я снова твердый. Ты смерти моей хочешь?
Брит скрыла дрожь, вызванную этим вопросом.
– Нет, но я очень хочу есть. Так что придержи эту мысль.
– Хорошо. Будет неправильно морить тебя голодом, когда чертовски хорошо знаю, что тебе пригодится вся твоя энергия для запланированного, – Ривер подмигнул, откатился в сторону и, поднявшись на ноги, протянул Брит руки. – Позволь помочь тебе встать, поскольку именно из-за меня ты оказалась в этом положении, а затем показать, что такое фирменный сэндвич Рейнов со стейком.
Она ухватилась за протянутые руки, позволяя Риверу потянуть ее на себя и поднять с кровати. Брит замялась, поскольку фраза о сэндвиче напомнила ей о словах Райдера после того, как тот подсматривал на ними с Ривером в гостиной.
– Как насчет того, что вы с братом делите женщин? Я не забыла об этом и, поскольку мы выйдем из комнаты, то, вероятно, столкнемся с ним, но уверяю тебя, такое дерьмо не по мне.
В ту же секунду улыбка Ривера исчезла, и в глазах застыл холод.
– У тебя свое прошлое, а у меня – свое. Мы с Райдером росли среди тех, кто думал о нас лишь самое худшее, и это отчасти сделало нас более дикими, чем большинство мальчишек. Мы были весьма рады соответствовать имеющейся репутации.
– Но все же вы и правда делились женщинами? – от этой мысли что-то внутри нее похолодело, и она попыталась вырваться из рук Ривера.
Он шагнул вперед, вторгаясь в личное пространство Брит, и ей пришлось смотреть на него снизу вверх, потому что он почти прижался к ней всем своим телом. Ривер крепче сжал ее руки и отказывался отпускать.
– Если бы мой брат притронулся к тебе, я бы пнул его задницу, и я сказал ему об этом. Не знаю в чем причина, но ни одна женщина не влияла на меня так, как ты, Брит. Я никогда не хотел женщину сильнее и никогда не чувствовал такого собственничества.
Посмотрев в его темные глаза, Брит снова увидела в них искренность.
– Хорошо. Я просто хотела убедиться, что мы друг друга поняли.
– Мы друг друга поняли. Не знаю, что происходит между нами, но это нечто сильное.
– Я точно могу сказать тебе, что между нами, – внезапно усмехнулась она. – У тебя снова встал и уперся мне в живот.
– Сначала поесть, а уж потом трахаться, – рассмеялся Ривер. – Я – несравненный повар и делаю лучшие сэндвичи со стейком во всем Техасе.
– Звучит более чем заманчиво. Сейчас я съела бы целую лошадь.
– Корову, не лошадь, – усмехнулся он. – Я слишком сильно люблю их, чтобы когда-нибудь класть на тарелку, – он выпустил одну руку Брит и направился к двери, увлекая ее за собой. – Вперед. Я хочу вернуться с тобой сюда как можно скорее.
Брит боялась столкнуться с семьей Ривера, сколько бы он ни говорил, что ничего страшного не случится, она все же не привыкла спать с парнем, когда рядом вся его семья. Усугубляло ситуацию, что Брит была с Рейнами почти не знакома, и они могли остаться о ней не лучшего мнения, ведь она запрыгнула в кровать Ривера.
Когда они вошли в кухню, там было тихо и пусто, а Ривер, улыбнувшись Брит, отпустил ее руку.
– Они, должно быть, пошли подремать.
– Твой брат спит днем?
– Нет. Нав и Трина, скорее всего, сейчас в постели и трахаются, но я не хотел говорить об этом вслух. Райдер, наверное, обыгрывает Трипа и Адама в покер.
– Тебе нужна помощь с обедом?
– Нет. Присаживайся и позволь мне продемонстрировать мои кулинарные навыки, – усмехнулся он. – Я учился у лучших.
– Твой отец готовил?
Ответом стало комичное выражение его лица.
– Мм, нет. Нас с парнями учила готовить Мэри.
– Кто такая Мэри?
Выражение лица Ривера стало печальным.
– Это мать Адама и Трипа. Отец нанял ее после того, как сбежала моя мать, и Мэри воспитывала нас, пока не умерла от рака. Когда она заболела, мы еще учились в средней школе. Это разбило нам сердца.
– Мне так жаль.
Ривер отвернулся от Брит и открыл холодильник.
– Спасибо. Нас буквально рвало на куски при взгляде на то, как она борется за жизнь и постоянно страдает от дикой боли. А еще это стало последней каплей в нашем отношении к отцу, – он достал нечто, обернутое в белую бумагу, и пошел к плите.
– Отцу?
– Он спал с Мэри почти каждую ночь. Она любила его все эти годы, но он никогда не относился к ней, как она того заслуживала. Постоянно обманывал и изменял ей, но она оставалась с ним ради нас. Когда Мэри заболела, отец стал относиться к ней еще хуже и, избегая ее, почти не появлялся дома. В конце концов, все мы встали у двери ее спальни и сказали, что надерем его жалкую задницу, если он отойдет от нее, поэтому отец обнимал ее, пока она умирала. Думаю, это чего-то да стоит. Она покинула этот мир, как того хотела.
Брит молчала несколько минут, обдумывая слова Ривера.
– Хорошо, что вы сделали это, – наконец, произнесла она, не зная, что еще можно ответить.
– Мэри заслуживала большего, чем мой отец, кто угодно заслуживал большего, но, впрочем, меня уверяли, что он не всегда был таким. Надеюсь, это правда. Он умер менее чем через год после Мэри.
– Мне очень жаль.
Ривер, не поворачиваясь к ней лицом, пожал плечами, разжигая конфорки и ставя на плиту неглубокую чугунную сковороду.
– У нас был Нав, и мы держались все вместе. Мэри дарила нам материнскую ласку и привела в нашу жизнь Трипа и Адама.
– Это хорошо.
– Да, – кивнул он. – Они сменили фамилию на Рейн еще до смерти Мэри, потому что она хотела присоединить их к нашей семье и не оставлять одинокими после того, как покинет этот мир. Полагаю, она хотела выйти за папу замуж, но он отказался. Мэри была хорошей женщиной.
Ривер прервал тишину, бросив стейки на сковородку, как только та достаточно нагрелась. От запаха, наполнившего кухню, у Брит заурчало в животе. Ривер несколько раз с улыбкой посмотрел на нее и вытащил из кладовой мешок картофеля.
– Давай помогу, – Брит встала. – Я привыкла все готовить.
– Достань из холодильника соус для стейка. А еще я не возражал бы против большого стакана молока. Стаканы стоят в шкафу слева от тебя.
Брит прошла по кухне, ей было комфортно общаться с Ривером. Никогда прежде мужчина не готовил для нее. Муж был старой школы, считал все дела по дому женской обязанностью и не пошевелил бы пальцем, чтобы хоть что-то сделать. Это в очередной раз напомнило Брит, насколько Ривер отличается от человека, за которого она вышла замуж. Десять минут спустя Брит проглотила первый кусочек приготовленного Ривером стейка.
– Потрясающе. Спасибо.
Ривер подмигнул ей.
– Придержи это слово до тех пор, пока не увидишь, что я приготовлю для тебя в спальне, – он взял стакан молока. – Ешь. Тебе понадобится много сил.