– Давно? – Поинтересовался Олег, убедившись, что его имп потерял контакт с сетью и деактивировался.
– Секунд тридцать. После того, как ты зашипел на меня... Подавитель транслирует нашу перебранку. Которая закончится бурной постельной битвой. И не шипи на меня, пожалуйста!
– Сколько у нас?
– Не более пятнадцати минут. Ночью защиту обошли за двадцать, но лучше не рисковать.
Мисаки показала рукой на столик у кровати. В центре круглой столешницы неестественно, будто живой, дергался матовый серый шар с кулак размером. Подавитель наблюдения, если судить по контексту. Модель была Олегу незнакома... скорее всего, какая-то специализированная экзотика со складов Ишики. А это вселяло уверенность в приватности разговора – гражданские или общевойсковые модели в их случае ни капли не годились.
– Яблочко наливное на тарелочке с голубой каемочкой...
Олег быстро отогнал от себя воспоминания о бурно проведенной ночи и уже с чуть большим напряжением поборол искушение разложить детали ночной оргии (уж называйте вещи своими именами!) по минутной шкале, чтобы определить, с какого места начали «продавать билеты» :
– Что думаете?
– Ситуация, конечно, малоприятная. И, прошу заметить, лично мне она столь же неприятна, как и моему дорогому супругу. – Протянула Изуми... кажется, она также пыталась припомнить события ночи. – Есть одно соображение, которое нашим хваленным стратегам, достигшим долгожданной кульминации своей интриги, я надеюсь, в голову не пришло...
– Когда они планировали операцию, – Подхватила Мисаки. – Ни в одну голову не могла прийти мысль о том, что будущий князь и его невесты будут сенс-пилотами.
– Верно. – Изуми ткнула острым подбородком в грудь Олега.
– Ну, справедливости ради – мысль, действительно, бредовая... На момент планирования, разумеется. – Заметил Олег. – А почему вы, пришедшие к такому выводу за несколько минут, думаете, что большие дяди об этом не додумаются?
– Головокружение от успехов, – Предположила Мисаки.
– И не надо недооценивать такое замечательное явление, как «замыленные глаза» , – Добавила Изуми.
– ... идеология всей операции строилась на том, что участники – обычные люди. – С удовольствием закончила Мисаки.
– А почему они не отказались от этой идеи, когда выяснилось, что мы...?
Олег не то, чтобы был не согласен, просто он честно пытался проверить идею на «сжатие и разрыв» .
– Не-а, – Потянулась Изуми и, явно передразнивая, протянула. – «Жа-а-адность! Обычная человеческая жадность, Олег-сан!»
– ... и никто даже не собирается эту жадность «щедро подпитывать» – вот что самое интересное! – Мисаки. – Если выводить тебя из игры, то придется отложить выполнение плана еще на несколько лет, пока Агнесс станет совершеннолетней... Совершеннолетней по нашим законам. А это... так-так-так... еще десять лет. За прошедшие двадцать лет Картли никак не успокоился, а если дать им еще десять лет... появится поколение, выросшее с излучателями в руках. Есть и факты – ты теперь все-таки знаешь о своем картлианском происхождении... А в ином случае так и оставался бы в неведении... или тихо сгинул где-нибудь на очередном задании.
– Хм... да... Спасение Агнесс загнало моих соотечественников в цейтнот – тут эльфы молодцы, отличная фига получилась. – Согласился Олег. – Теперь, в случае моего исключения из расклада следующий правитель... правительница Картли была бы полностью подконтрольной Сияющим Звездам... а это для наших недопустимо.
– Да, за несколько лет наши ей бы здорово промыли мозги.
– А сейчас?
– Не-е. Опасались: я могла поинтересоваться, с чего идет такая обработка моей дочери. Так что у девочки сейчас очень хорошее клановое образование... но без якорей и лозунгов. Про запас держали... Мы, Ишики, знаешь, какие запасливые!
– Получается, эльфов устраивает моя кандидатура в качестве правителя Картли?
– Более чем. Но тут маленькая поправочка – она устраивает Сияющие Звезды именно в гармоничной совокупности...
– ... в совокуплении... – Хихикнула Изуми.
– ... с нами двумя – принцессами.
– Неплохой шанс, кстати. – Покивала головой Изуми. – Лично мне не хочется быть женой политической марионетки... мы, Окаджима, маленький, но очень гордый клан! Конечно, некоторые меры в расчете на то, что мы – сенсы, будут приняты, но...
«Вставлять якоря и закладки в сенсов или оболванивать их «патриотическим воспитанием» – такое только самоубийце в голову прийти может... или терорристу-саботажнику – все равно, что бомбу ножовкой пилить. А мне, судя по всему, якоря решили ставить в РИВАКОС... но тут – хлоп! – мы так удачно схлестнулись в спарринге с Мисаки и активировались, как сенсы... Хм... удачно... «Удачи не существует, Олег» . Как того инструктора звали, который меня «на слабо» поймал...?»
– Мельниченко... – Вкрадчиво произнесла Мисаки.
Олег вздрогнул от этих слов Мисаки. Даже зажмурил глаза... Этого, конечно, не может быть, потому что такого не может быть никогда, но его упрямая логика взвыла дурным голосом...
– Ми, зайка моя... а ты правда мысли не читаешь?
– Твои? Скорее всего читаю. – Спокойно зевнула Мисаки.
Олег увидел загоревшиеся восторгом глаза Изуми и ее коронное «О» , прикрытое кончиками пальцев.
– Ты знаешь статистику случаев одновременной активации двух сенсов? – Хитро блеснули глаза Мисаки.
– Нет. – Олег удивился вопросу... подумал, прислушался к себе... к Мисаки... и сделал вывод. – Скорее всего – такой статистики нет вообще.
– Ага... Видишь, у тебя тоже получается... угадывать. Ноль целых ноль десятых, аната. Я имею в виду случаи, когда: во-первых, оба сенса остаются живы, во-вторых, они разнополы и, в-третьих, состояли до и после активации в... м-м-м... трахались, короче. Наш случай – единственный зафиксированный. Так что моя уверенность в тех мыслях, которые в данный момент крутятся в твоей голове – самая мелкая и незначительная из всех странностей, которые нас с тобой окружают.
– У-у-у... – От полноты чувств Изуми вцепилась Олегу в грудь коготочками. – Олег! Олег! Я тоже так хочу! Ми, а как это...? А можно, я тоже...?
Девушки уже «распутались» и теперь лежали по-другому: одна, вытянувшись под прямым углом к Олегу, положила подбородок ему на грудь, другая, повторив все тоже самое с другой стороны – на живот. Олег во время разговора развлекался тем, что, напрягая мышцы, подбрасывал то одну ушастую голову, то другую, то обе одновременно. Девушки фыркали, но положения не меняли, время от времени вцепляясь, как те же кошки, когтями. Кстати, даже в таком положении их стройные длинные ноги едва-едва доставали до противоположных краев огромной кровати.
– Не парься, Изуми. Олег, скорее всего, чувствует нас обеих. Но если я ощущаю самое необычное для себя – хваленную мужскую логику – то он, вероятно, «читает» больше наши эмоции. Так?
– Действительно... – Припомнил Олег то, что раньше относил на счет своей интуиции. – Хм, милые мои пантеры-тигрицы...
– Согласна! – Задыхающимся от волнения голосом зашептала Изуми. – Мы должны завершить этот разговор? Об этой нашей особенности! Угадала? Угадала? Да? Да?
– Да! – Улыбнулся Олег. – Молодец, у тебя тоже... ш-ш-ш!!!
– У-и-и! – Изуми от переполнявшего ее восторга вцепилась в грудь Олега не только ногтями, но и зубками. – Наши действия? – Спросила она с азартом.
Олег почувствовал такой же молчаливый вопрос Мисаки.
– Никаких. Пока. Под первые «советы» – прогибаемся. Покочевряжимся, конечно, но – прогнемся. Вы для достоверности изобразите некоторое «фи» .
– Изобразим. – Поколол грудь подбородочек Изуми. – Только ты, аната, уж постарайся сохранить лицо. А мы тогда изобразим наше одобрение – так будет гораздо лучше... Папочки будут довольны, а это – сам понимаешь...
– Действительно. Ладно. Кроме того, нужно знать, в каком состоянии мое княжество сейчас и на что способны и готовы люди – в Сети тут мало что можно найти – нам нужно побывать там лично. Я хочу посмотреть на людей... на подданных. Нас, наверняка, проведут по улицам Российской Империи, как того слона, напоказ, а потом вежливо попросят «принять ответственность» за Картли. Следовательно, переместимся на территорию Картли.