| I see it here in my hand, and I know it is shining with hell-fire. | Я вижу его на своей ладони, но знаю, что он светится адским огнем. | | I have told you but a hundredth part of its story; what passed in former ages, to what crimes and treacheries it incited men of yore, the imagination trembles to conceive; for years and years it has faithfully served the powers of hell; enough, I say, of blood, enough of disgrace, enough of broken lives and friendships; all things come to an end, the evil like the good; pestilence as well as beautiful music; and as for this diamond, God forgive me if I do wrong, but its empire ends tonight." | Я не пересказал вам и сотой доли его приключений. Что с ним происходило в былые времена, на какие преступления и предательства он толкал людей в минувшем, нельзя себе представить без содрогания. Г оды и годы служил он силам преисподней. Довольно же крови, довольно позора, довольно загубленных жизней и попранной дружбы. Все когда-нибудь кончается: зло и добро, чума и нежная музыка, а что до этого алмаза, то, да простит мне господь, если я поступлю неправильно, но только этой ночью его власти придет конец. | | The Prince made a sudden movement with his hand, and the jewel, describing an arc of light, dived with a splash into the flowing river. | Принц сделал внезапное движение рукой, и драгоценный камень, описав сияющую дугу, с плеском нырнул в бегущую воду. | | "Amen," said Florizel with gravity. | - Аминь, - сказал Флоризель торжественно. | | "I have slain a cockatrice!" | - Я убил василиска! | | "God pardon me!" cried the detective. | - Боже мой, - вскричал сыщик. | | "What have you done? | - Что вы сделали? | | I am a ruined man." | Теперь я погиб! | | "I think," returned the Prince with a smile, "that many well-to-do people in this city might envy you your ruin." | - Полагаю, - с улыбкой возразил принц, - многие богачи в этом городе позавидуют такой погибели. | | "Alas! your Highness!" said the officer, "and you corrupt me after all?" | - Увы, ваше высочество! - сказал сыщик. -Значит, вы все-таки подкупаете меня? | | "It seems there was no help for it," replied Florizel. | - Видно, иначе нельзя! - ответил Флоризель. | | "And now let us go forward to the Prefecture." | - А теперь идемте же в префектуру. | | Not long after, the marriage of Francis Scrymgeour and Miss Vandeleur was celebrated in great privacy; and the Prince acted on that occasion as groomsman. | Немного времени спустя без всякого шума была отпразднована свадьба Френсиса Скримджера с мисс Венделер, и принц выступал на свадьбе в роли шафера. | | The two Vandeleurs surprised some rumour of what had happened to the diamond; and their vast diving operations on the River Seine are the wonder and amusement of the idle. | Братья Венделер прослышали о том, что случилось с алмазом, и теперь большие водолазные работы, которые они затеяли на реке Сене, вызывают восторг и удивление зевак. | | It is true that through some miscalculation they have chosen the wrong branch of the river. | Правда, по неверному расчету, братья принялись не за тот рукав реки. | | As for the Prince, that sublime person, having now served his turn, may go, along with the ARABIAN AUTHOR, topsy-turvy into space. | Что касается принца Флоризеля, эта блистательная личность, сослужив свою службу, может вверх тормашками отправляться в небытие вместе с автором "Арабских ночей". | | But if the reader insists on more specific information, I am happy to say that a recent revolution hurled him from the throne of Bohemia, in consequence of his continued absence and edifying neglect of public business; and that his Highness now keeps a cigar store in Rupert Street, much frequented by other foreign refugees. | Но если читатель настаивает на более точных сведениях, я рад сообщить, что ввиду затянувшегося отсутствия принца, а также поучительного пренебрежения, какое он проявлял к своим общественным обязанностям, недавняя революция сбросила его с богемского трона, и теперь его высочество держит на Руперт-стрит табачную лавочку, часто посещаемую и другими политическими эмигрантами. | | I go there from time to time to smoke and have a chat, and find him as great a creature as in the days of his prosperity; he has an Olympian air behind the counter; and although a sedentary life is beginning to tell upon his waistcoat, he is probably, take him for all in all, the handsomest tobacconist in London. | Время от времени я захаживаю туда покурить и поболтать и каждый раз убеждаюсь, что он так же великолепен, как и в годы своего процветания, за своим прилавком он выглядит настоящим олимпийцем. | |
