Не успевает Флитвик проговорить: «Начали», — как первое заклятье Манос оказывается на пути к своей цели. Эйми подныривает под него и посылает в Афину пять птичек. Небрежным движением палочки Манос извергает поток огня, сжигающий птиц, пролетевших уже половину пути. Никто случайно не хочет жареной птицы, а?
Ударное Эйми и следующее за ним оглушающее отбрасываются прочь дуэльным щитом, окружившим невооруженную палочкой руку Афины. Эйми уже полагает, что победила, когда её оглушающее соприкасается с рукой Афины, и чуть расслабляется, что позволяет греческой ведьме послать в живот француженки нечто мерзкое. Эйми кричит, падает влево, вцепившись в живот, и посылает проклятье мимо — Афине даже не нужно его блокировать щитом на руке, но та все равно защищается.
Надо отдать Эйми должное. Даже в таком состоянии, испытывая сильную боль, ей все-таки удается подняться на ноги. Неуклюжие движения, фактически, помогают ей увернуться от изгоняющего и последовавших цепей. Веревки наколдовать намного проще, чем цепи. Сейчас гречанка просто красуется перед публикой. Эйми поворачивается, чтобы уничтожить цепь, но вместо того, чтобы окрутить цепью тело Эйми, Афина заставляет цепь обвить как кнут ногу Бокурт. Металлический кнут ранит до крови, и у превзойденной девушки вырывается крик боли, однако со второй попытки ей удается его уничтожить.
Афина времени не теряет — демонстрирует свое искусство, играя с Бокурт. Она повторно накладывает дуэльный шит, но только на руку, и высокомерным жестом предлагает противнице атаковать. Эйми пытается наколдовать элементное, пробуя забросать ее градом, напомнив мне о моем сражении с самозванцем. Её противница раздражена тем, что вынуждена демонстрировать свои искуснейшие щиты, и встречает ледяные шарики стеной огня.
Порыв ветра из палочки ученицы Дурмштранга раздувает пламя — оно закрывает Бокурт обзор. Афина быстро меняет позицию, начиная тем временем сложное колдовство, зеркальное заклинание, — создаёт иллюзорную версию самой себя. Когда огонь затухает, француженка оказывается лицом к лицу с двумя оппонентами, которые идентично двигаются по платформе. Эйми швыряет оглушающее, от которого обе Афины уклоняются. Манос колдует без цвета, не давая Эйми угадать, кто из противников у нее настоящий. Я знаю, что та, кто ближе ко мне, и есть настоящая, и вынужден отдать гречанке должное. Она уворачивается от ударного, фактически подходя к нему ближе — и зеркальная версия кажется настоящей.
Эйми покупается на её уловку, и в результате её впечатывает в дуэльное поле. Афина посылает удар в девчонку из Бобатона, ловит её палочку и опускает Эйми на землю. А потом гречанка делает несколько шагов в сторону и сливается с двойником.
Манос даже не пытается спрятать хищную усмешку — она превосходит противника по всем статьям. Девушка накладывает заморочное, которое на секунду дезориентирует Эйми. Вместо того чтобы покончить с противником, Афина «украшает» Эйми увеличенными зубами и длинными усами, пока Эйми не успела выйти из ступора. Толпа одобрительно кричит. Разоружающее становится практически утешением, однако оно поражает Бокурт с такой силой, что девушку снова впечатывает в поле, лицом в камень. Афина призывает палочку и пристально на неё смотрит, пока Флитвик объявляет ведьму из Дурмштранга победительницей.
Вместо того чтобы отослать палочку Эйми обратно, Афина кладет её в середину своего круга и сходит с помоста. Чтобы забрать палочку и снять сглазы, Эйми вынуждена прогуляться через всю платформу. Такой прием называют «тропой позора» — обычно победитель показывает таким образом, что противник был для него полным ничтожеством.
— Не слишком-то порядочно, да, Поттер? — комментирует Шляпа.
Соглашаюсь:
— Нет, но я слышал, её изрядно осмеяли за её полёт, и, думаю, она хотела сделать этим определенное заявление.
— Странно. Из-за улыбки у неё на лице мне кажется, что этой суке нравится оскорблять других. Она скандалистка и любит наказывать. Не забывай, ЭйчДжей, я бывала в Дурмштранге и раньше — у них есть неписанное правило. Переводится как «Или ты из Дурмштранга, или ты ноль». А теперь выкинь все из головы и выиграй нам спор.
Встаю со скамейки, направляясь к своему помосту.
— В чем здесь отличие от твоего спора, в который ты втравила Флёр?
— Я не чемпион, ЭйчДжей. Мне безразлично, кто выиграет, а кто проиграет — так и так весело. В этом и разница.
***
По дороге Флёр останавливается, чтобы проверить, как там Эйми — француженку уже осматривает Поппи. И если раньше полувейла казалась злой, сейчас она просто разъярена. Стою там, где круги сливаются с дорожкой — жду, пока она не поднимется на помост. По традиции мы должны подойти друг к другу. Судящий этот поединок маг из Дурмштранга разрешает нам сблизиться.
— Как Эйми?
Та шипит в ответ:
— С чего это тебя вдруг заботит?
— Она была вежлива со мной, когда меня ранили, если у тебя вдруг вылетело это из головы.
Её лицо теряет всякое выражение.
Она начинает отвечать, но брошенный искоса взгляд судьи обрывает девушку:
— Хватит болтать! — интересно, он случайно не под влиянием её ауры? На руке мужчины я заметил кольцо — зуб даю, он злится сам на себя. — Ну что, закончили разговоры? Повернитесь и по моей команде расходитесь по дуэльным местам. Палочки наготове и никаких заклинаний, пока я не скажу. Понятно?
Оба киваем, и он резко командует нам повернуться и разойтись. Дохожу до центра круга и разворачиваюсь, палочка уже в руке. Пульс учащается, глаза в глаза, пытаюсь её прочитать. Взгляд девушки кричит: она кинется в атаку быстро и яростно.
Пусть.
— Начали!
Она бьет оглушающими! Флёр не считает меня за противника. Посмотрим, что она скажет на это. Заклинание несколько безвкусное; обычно я выдал бы веревку или цепи, затем анимировал бы их или трансфигурировал.
— Урсурус Инвито! — выкрикиваю я, предупреждая её о том, что последует.
Насыщенный магией воздух рядом с моей палочкой формируется в немаленького такого бурого медведя. Толпа удивленно ревет, когда медведь устремляется вперёд по разделяющей нас дорожке. Выражение лица Делакур просто неописуемо.
Но она живо реагирует. Поток пламени останавливает «Потапыча», а сильное разрубающее приканчивает его. Но погреться в лучах славы она не сможет — её уже обвивают три анимированных веревки.
Из её палочки вырываются две веревки. Отвечаю отталкивающим, отсылая их обратно к хозяйке. Флёр немедленно принимает защитную позицию, искусно уклоняется от пяти веревок и быстро начинает их уничтожать. Одну из них движением руки трансфигурирую в пса — в черного грима, чтоб вы знали. Флёр одаряет лже-Сириуса взрывным прямо в морду и побыстрее пытается очистить площадку дуэли от засорившего её мусора.
Решаю поиграть в пожарника — посылаю в неё из палочки мощный поток воды. Она почти успевает увернуться, но я не только намочил её — всё вокруг тоже мокрое и скользкое. Двойная выгода.
Пока она отвечает ударным, в неё летит мой Конус Холода. Вся скопившаяся в круге вода превращается в лёд, и девушка немедленно поскальзывается и падает. Пытаюсь было увернуться от ударного, но мои ноги не сдвигаются с места. Какого…? Мать его! Щит! Ой! Не успел толком блокировать, удар пришелся мне на левое плечо. Я приклеился к месту. Когда она успела наложить эти липкие чары? Рассеять их! Какого черта? Не получается. Это что-то новенькое.
Вот дерьмо! Что теперь? Она поднялась на ноги — наверное, зачаровала ботинки. Сварганиваю пару веревок для её развлечения, пытаясь выяснить, что она сделала с моей платформой. Мощные взрывные — должно быть, она знает, что я застрял.
В качестве защиты от взрывов наколдовываю массивный щит из металла и управляясь с ним без палочки, рассматривая в это время свои ноги. Мои брюки начинают растворяться! Что это за хрень? Делаю щит прозрачным, чтобы отслеживать, чем она там занята — создает верёвки и трансфигурирует их в пару волков.
Да пошло оно все подальше! О скромности подумаю позже, иначе следующее, что будет на мне надето, это бобатонское платье. Флёр возобновляет поток взрывных, и мой щит их перехватывает. С несущимися вперед волками необходимо разобраться. Взрывное превращает одного в мерзкую на вид кучу, а второго я бью своим железным щитом.